углу кафе Джефф Талбот вытирал носовым платком кровь с лица, сочившуюся из раны. Кровь попала на воротник его матросской рубашки, и он уже собрался замыть его. Стоявший за стойкой Луис был более озабочен физическим состоянием моряка, чем происходящим на улице. С беспокойством, почти как отец, осматривал он моряка.
— С тобой все в порядке? — спросил он.
— Все нормально, — ответил Джефф. — Что нужно было этому парню?
— Зипу?
— Его так зовут? Да, ему.
— Не знаю.
— Чем я помешал ему? Я не влезал в его дела.
— Его дела — вмешиваться в дела других. Он плохо кончит. Так же, как и Мирандо.
— Не могу понять, зачем он ищет приключений на свою голову. Он слишком горяч.
Луис пожал плечами:
— Не более, чем остальные.
— Говорят, испанцы очень горячие, не так ли?
— Некоторые — да, некоторые — нет, — Луис опять пожал плечами.
— У нас во Флетчере нет ни одного испанца, представляешь? — произнес Джефф с каким-то удивлением. — В л^изни не видел ни одного испанца до сегодняшнего дня, как тебе это нравится?
— А я не видел ни одного. человека из Флетчера до сегодняшнего дня, — ответил Луис.
— Что я хочу понять… — Джефф замолчал, глядя на свой окровавленный платок. Взглянув на Луиса, произнес — С тобой, кажется, все в порядке?
— Все в порядке.
— Я хотел сказать… ведь ты его не любишь. — Джефф опять сделал паузу. — Этот Мирандо тоже испанец?
— Si.
Ничего н сказав, Джефф кивнул головой и задумался.
— Если ты будешь рассуждать таким образом, моряк, то сделаешь большую ошибку.
— Каким образом?
— Сам знаешь каким. Ты мыслишь очень примитивно.
— Это мое личное дело, Луис. Я должен знать. Это не ради развлечения. Это важно для меня.
— Почему это так важно?
— Потому что… — взглянув на висевшие настенные часы, он подумал, захочет ли Чайна встретиться с ним и хочется ли ему снова увидеть ее. Затем, нахмурившись, произнес — Просто для меня это важно, вот и все.
ГЛАВА X
Кажется, все были готовы к тому, что их ожидало впереди. Была готова полиция. Она заполонила улицы, дворы и крыши домов. Были готовы зрители к предстоящему спектаклю. Зип и Сиксто добыли деревянный ящик и поставили его недалеко от заграждения; они были готовы тоже. И даже лейтенант Бирнс, казалось, быЛ сейчас готов. Ему, вероятно, было известно, что вверенные ему силы были расположены именно так, как этого хотел он. В руке лейтенант Бирнс держал большой неуклюжий мегафон. Сделав несколько шагов вперед, он поднес этот громоздкий аппарат ко рту, дунул в него, чтобы проверить громкость, и затем произнес:
— Мирандо? Пепе Мирандо? Ты слышишь меня?
Его голос эхом отозвался на притихшей улице. Все с нетерпением ожидали, что же скажет Мирандо, но ответа не последовало.
— Ты меня слышишь? — повторил Бирнс громко. И опять тишина. Казалось, толпа замерла, затаив дыхание. — Я знаю, что ты слышишь меня, так послушай, что я тебе скажу. Мы заблокировали эту и соседнюю улицу. Наши люди повсюду — в окнах, на крышах прилегающих домов. Ты окружен, Мирандо. Слышишь?
Забравшись на деревянный помост, Зип и Сиксто старались ничего не оставить без внимания.
— Это наш ящик, зарубите все себе на носу, — произнес Зип. — Он предназначен только для «Латинских кардиналов». И я не позволю никому вставать на него.
— Ну так как, Мирандо? — продолжал Бирнс. — Или ты выходишь, или мы сами войдем к тебе?
— Почему он молчит? — сгорая от нетерпения, Зип посмотрел на окна второго этажа, поднес ко рту ладони, сложив их так, чтобы прозвучало громче, и крикнул — Ответь им, Пепе! '
— Если начнется стрельба, — звучал голос Бирнса в мегафоне, — можно ранить людей на улице. Так как, ты выходишь?
И опять продолжительное молчание. Набравшись терпения, Бирнс ждал.
— Ну хорошо, — опять начал он. — Если ты… — Но тут из окна на втором этаже раздался голос. Звучал только один голос, его обладатель так и не появился. Казалось, голос возник из ниоткуда. Это был громкий крик, прервавший слова лейтенанта.
— Кого я подстрелил?
— Это Пепе, — обрадованно закричал Зип, и тут в толпе раздался такой крик, как будто с гор сошла лавина. — Это Пепе, Пепе, Пепе. Это Пепе, Пепе!
— Ты попал в полицейского, — сказал Бирнс;
— Я убил его? — прокричал Мирандо, оставаясь все еще человеком-невидимкой.
— Нет.
— Это ложь. Я убил его.
— Ты ранил его в плечо. Так ты выходишь?
— Я убил его? Он мертв?
— Пусть они попробуют схватить тебя, Пепе! — крикнул Зип.
— Мирандо, хватит играть в прятки. Если ты сдаешься…
В воздухе появился новый звук. Доносившиеся из мегафона слова прервал оглушительный вой сирены.
— Что это? — закричал Мирандо.
— «Скорая». Так каков будет твой ответ, Мирандо?
— Он не имел никакого права даже пытаться убить меня. Он должен был умереть. Я должен был его застрелить.
— Но ты не застрелил его. Так что ты скажешь? Да или нет? Ты сдаешься?
— Нет! — вдруг злобно прокричал Мирандо. — Думаете, имеете дело с дешевым подонком? Я — Пепе Мирандо! Слышите? Если я вам нужен — входите и берите меня.
— Молодец, Пепе! — завопил Зип, ткнув Сиксто в ребро. Вдруг вся улица взорвалась криками одобрения.
— Да здравствует Пепе!
— Браво, Пепе!
— Покажи им, Пепе!
— Тuxol— закричал Бирнс. — Всем замолчать^— Полицейские быстро пробрались к толпе и на улице стало вдруг тихо. Но на крышах все еще раздавались возгласы одобрения и солидарности с загнанным в ловушку бандитом. Бирнс терпеливо ждал, когда все успокоятся. Поднеся ко рту мегафон, он произнес:
— Ну, хватит болтать, Мирандо. Мы начинаем.
— Давно бы вам пора начать, трусливые псы, — крикнул Мирандо. Вдруг в одном из окон промелькнула тень, а за ней появился и сам ее обладатель — убийца Пепе Мирандо. Это был низкорослый, крепкий человек в майке, с отросшей за три дня бородой, губы которого были искривлены в злой усмешке. В каждой руке у него было по пистолету. Он запрокинул голову, а затем быстрым резким движением наклонился вперед, сплюнув на улицу. И вдруг открыл сплошной, беспрерывный огонь, как бы стараясь доказать, что главнокомандующий здесь он — Пепе Мирандо.
По приказу Бирнса с крыш грянул оглушительный залп, и весь этот воскресный летний день рассыпался на мелкие кусочки, словно хрусталь. Сверху беспрерывно стреляли, и Бирнс спрятался за колонной машин.
В это время в толпе началась паника. Женщины оглушительно визжали, а мужчины, наклонив головы, старались укрыться за стоящими впереди. Бирнс опять махнул рукой, и стрельба прекратилась. Мирандо в окне уже не было.
Вокруг Бирнса собрались Карелла, Паркер и Эрнандес.
