Команда была полностью измотана, люди исповедовались друг другу. Не было ни минуты отдыха. Постоянно нужно было следить за тем, чтобы корабль не разбился о берег.
Шторм продолжался двадцать восемь дней, а флотилия прошла за это время всего лишь 170 миль. Чтобы удержать направление, у руля должны были стоять по четыре человека. Если бы Колумб прошел дальше, все было бы легче. Но он был здесь, чтобы найти пролив, этого он и придерживался все время, хотя и был очень болен.
Наконец достигли мыса, у которого берег Гондураса поворачивает на юг. Ветер стих, плыть стало легче. Но здесь они потеряли двух человек, это место Колумб назвал Рио-де-лос-Десастрес. 25 сентября флотилия находилась у Ла-Хуэрга, у одного из островов современной Коста-Рики. Еще раз они встретились с индейцами. Колумб посчитал их массагетами, о которых говорилось в одной из его любимых книг. В действительности уже сотни лет не было никаких массагетов, а те, которые жили когда-то, были азиатами. Немного дальше индейцы объяснили, что их страна называется Квирикветана. Колумб, филологические познания которого определялись, в основном, его фантазией, назвал ее Сиампа. Здесь ему удалось получить много золота, которое он выменял на разные медные безделушки. Но пролива он так и не нашел.
Зато Колумб узнал, что он плыл вдоль узкого перешейка, отделявшего Атлантику от другого большого океана. Вероятно, поэтому он и считал, что где-то здесь должен быть пролив, и решил продолжать поиски. Он узнал также, что страна по ту сторону моря называется Сигуаре, и поверил, что это слово созвучно со словом Сиампа или Китай. С этих пор он и довольствовался этим удивительным сходством, перестал искать пролив и заинтересовался исключительно золотом. Что произошло с ним? Никто никогда этого не узнает. Во всяком случае, ни в одном сообщении о четвертом плавании после эпизода с Сигуаре пролив и его поиски больше не упоминались. Может быть, Колумб уже задумывался о пятом плавании, которое он мог осуществить, вернув себе благодаря золоту королевскую милость. Но это плавание не состоялось. Смерть унесла первооткрывателя раньше, и он не смог уже осуществить его.
17 октября Колумб достиг побережья Верагуа, где в 1536 год его внук был назначен герцогом. Этот титул его потомки носят еще и сегодня. Из-за неблагоприятной погоды Колумб был вынужден провести там три месяца. Пройдя с большими трудностями вдоль побережья, 2 ноября он наконец нашел естественную гавань Пуэрто-Бело. Там он нашел прибежище. Это место стало позже началом пути через Панамский перешеек и торговым центром, где купцы, прибывающие на испанских кораблях, выторговывали богатства Перу.
9 ноября погода улучшилась, и Колумб снова отправился в путь вдоль побережья. 26-го он бросил якорь в маленькой бухте, которую назвал Ретрете. Индейцы встретили их довольно враждебно, что и понятно, так как команда, посещая их деревни, проявляла особый интерес к их женщинам. Берег кишел аллигаторами. Во время своего третьего плавания Колумб усмотрел в этом определенный знак, так как он знал, что в Азии водятся крокодилы. Но сейчас он был слишком усталым и разочарованным, чтобы в этом сходстве увидеть причину для новых надежд. Кроме золота, в Кастилии ему больше ничего не нужно было. Поэтому он решил вернуться в Верагуа. Он был уверен, что найдет его там. Но погода снова испортилась. Целый месяц прошел в опасном движении туда и сюда. Опасности сменяли одна другую. Вода, ветер, молния — все пришло в движение. Казалось, что берег представлял собой единственный утес, затопленный взбунтовавшимся морем. С мрачных небес непрерывно устремлялись на землю потоки дождя. Нигде не было спасения. По три дня корабли теряли друг друга из виду. Однажды они попали в центр смерча. Страшный вихрь со свистом образовал огромную воронку вокруг кораблей. Колумб пытался усмирить его, держа Библию в руках. Своей шпагой он рассекал воздух и чертил ею большой крест и круг, охватывающий всю его флотилию. Не начал ли он сам верить в свои сверхъестественные силы? Во всяком случае, прошли два спокойных дня. Но корабли были окружены целой стаей акул. Очевидно сама природа защищала золото Верагуа. Дневной рацион был слишком скудным, и люди, собрав свои последние силы, бросали гарпуны налево и направо, чтобы вытащить на борт окровавленные куски акульего мяса. К счастью, затишье позволило пожарить его. За этим пиршеством они немного отдохнули. Корабли, связанные друг с другом канатами, медленно пробирались сквозь кровавую воду, сверкающую от плавников раненых и умирающих бестий, плотным кольцом окружавших корабли. Жадность охватила людей, вдруг освободившихся от невероятного напряжения, продолжавшегося несколько недель. Сухари прогнили, но из них варили кашу и ели ее ночью, чтобы не видеть червей.
Шторм начался снова. В начале 1503 года корабли укрылись в бухте в самом узком месте Панамского перешейка. Лишь несколько миль отделяли их от Тихого океана. Но они лежали как израненные звери, зализывающие свои раны после страшной битвы. Ни у кого не было сил расспросить туземцев, а тем более проделать даже короткий путь через джунгли. Прошло еще десять лет, прежде чем Бальбоа открыл Тихий океан.
6 января они бросили якорь в устье реки. Это место Колумб окрестил Белен. Здесь он решил основать опорный пункт, крепость и посылать людей в глубь страны искать золото. Немного нашли. Тогда адмирал основал там поселение. Сам он хотел вернуться в Испанию за подкреплением, а вместо себя оставить Бартоломео. Слабое тело Колумба было во власти неукротимой воли.
Но и у Бартоломео была сверхчеловеческая твердость. Он не прекращал своих поисков даже и в промокшей от дождей земле. За один день он пересекал реку сорок два раза. Постепенно нагромождались пластинки и куски золота. Одновременно строили новое поселение, Санта-Мария-де-Белен. Скудные запасы, привезенные из Испании, были снесены на один корабль, который Колумб оставлял своему брату.
Вигвам из корыКогда дожди прекратились и море стало спокойнее, Колумб хотел покинуть свое убежище и вернуться в Испанию. Но в устье реки вода настолько упала, что каравеллы не смогли выйти в море. Сначала они были пленниками разбушевавшейся стихии, а теперь их держала засуха. К тому же проявились враждебные намерения индейцев, когда они поняли, что испанцы не уйдут. Проявив неслыханную смелость, молодой дворянин по имени Диего Мендес проник в селение и организовал там засаду. Ему удалось захватить местного касика и увести его и тридцать людей из его свиты на глазах у вооруженных туземцев. Касик сумел бежать из плена. Возвратившись в Белен, испанцы принесли с собой золото в форме пластин и цепей, которыми они обвили лавровые венки и несли их на голове.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
