Читаем без скачивания Пионер. Назад в СССР (СИ) - Ларин Павел

Короче, придя в школу, я сильно удивился. Это была очередная материна ложь. Что все друг другу братья и сестры. Люди добрые, надо просто их любить. Тогда они, в ответ, будут любить меня. Чушь!

В общем, мать сильно удивилась, когда ей позвонили из школы и велели срочно приехать. Она приехала. Но в первые же пять минут испытала сильное желание сообщить всем, что я не ее сын и вообще мы с ней не знакомы. Видел это по испуганному взгляду родительницы. Прошло много лет, но я его помню.

— Ваш сын, мадам Разикова, половину класса отправил в медицинскую часть. Он просто заставил их грызть друг другу уши! И нос! То есть, конечно, не один нос. Все носы. Все носы друг у друга. Вы понимаете⁈

Директор мерял шагами кабинет и буквально исходил страхом. Он, этот страх, сочился из каждой по́ры его потного тела. Липкие, тошнотворные эмоции я чувствовал как свои. Взрослому, лысеватому мужику было страшно так, что он на полном серьёзе опасался спустить в штаны. Кстати, у мужика на тот момент уже были проблемы со здоровьем. Мутное темное пятно говорил об этом однозначно. Правда, тогда я не понимал, почему вообще вижу пятно в районе паха директора.

— По какой причине в документах не было указано, что этот…– Он повернулся ко мне и посмотрел взглядом, который выражал максимальный уровень презрения. Хотя, даже его презрение было показухой. Так директор прятал панику. — Что этот ребенок имеет способности?

— Какие способности? Вы как можете говорить подобное? Мы — приличные люди! — Мамочка медленно начала садиться. Ноги, наверное, не держали. Даже не заметила, что под ее задом нет стула. Хорошо, нашелся добрый человек. Учитель истории. Он ногой успел подтолкнуть табурет к маменьке и она не растянулась на полу.

Следующие пятнадцать минут директор уверял родительницу, что я есть исчадие ада. А именно — малолетний псионик, который, к тому же, не получал должного образования, не стоит на учете и вообще имеет характер склонный к мятежу и бунту. Слова «мятеж» и «бунт» для маменьки звучали, как самое страшное ругательство. Даже, как приговор.

Меня, по совести сказать, тоже спрашивали. Требовали признаний. Я скромно сидел в углу, сложив руки на коленях, и никак произошедшее не комментировал. Для меня, если честно, это был тоже шок. Нет, в раннем детстве я слышал какие-то голоса. Особенно в людных местах. Они, эти голоса, роились огромным клубом растревоженных ос. Но мне казалось, будто так говорят мои придуманные друзья. Просто их много. У всех же детей есть придуманные друзья? Ну, ладно… Было пару раз, когда предметы двигались сами.

А… Еще… Лет в пять чуть не упал с обрыва, который находился за нашим домом. И в последний момент меня ухватила ветка дерева. Не я ее. Ключевой момент. А она меня. Ива. Ветви гибкие, как лианы. И вот один такой ивовый отросток, самый длинный, вдруг резко выгнулся и обвил меня вокруг талии, удерживая на весу. Просто в момент, когда начал падать, подумал, что неплохо было бы ухватиться за дерево. Жаль, оно далеко. Но и такой случай не вызвал в моей голове вопросов. Или вызвал, но я их сразу откинул. По крайней мере, рассказывать точно никому не стал.

А больше ничего странного не было. Честно.

Оказалось, псионики не только должны вставать на учет в первые же годы своей жизни, но и одарённых детей забирают в специальное заведение. Если к семи годам ребенок показывает высокий уровень способностей, он в этом заведении остаётся насовсем. Им занимаются уже конкретно. Из него готовят…да хрен его знает, кого. Профессионала. Вора, убийцу, наемника. Все вместе. Но по официальной версии, конечно, это просто специалист для решения проблем, угрожающих Конфедерации. Все прилично.

Если же уровень слабенький и максимум, на что хватает способностей, это — телекинез, то пацана возвращают в обычную жизнь. Только приглядывают. Когда становится совсем взрослым, ему подбирают соответствующую профессию. Используют, как рабочую силу. В основном, в тех же косморазведках на других планетах. Говорю, «пацана», потому что девочки не бывают псиониками. Слишком сильный эмоциональный фон. По крайней мере, случаев таких неизвестно.

Учитывая, что дети со способностями практически перестали рождаться, заведение, в котором меня должны были держать с юных лет, существовало уже чисто номинально. Последние выпускники покинули его лет тридцать назад. Их было трое и все они уже трудились в полную силу, принося пользу Конфедерации. Говорят, Штаты и Эмираты тоже имели несколько подобных специалистов. Но псионики, пожалуй, единственное достижение, которым державы друг перед другом не хвастались никогда. Более того, скрывали изо всех сил. На хрен надо. Секретно оружие, так-то.

Короче, мать отпиралась и со слезами на глазах говорила, быть такого не может. Директор тыкал пальцем в запись с камер, где отчетливо видно, как пятеро здоровых первоклашек, чем их только кормили, интересно, подходят ко мне, что-то говорят. Потом один из них отвешивает мне подзатыльник. И вот после этого вдруг они сцепились между собой. Сначала между собой. Дальше — больше. Часть класса кинулась на моих обидчиков, пытаясь добраться зубами до их ушей. Уши, видимо, показались невкусными, следующей целью стали носы.

Пока мать и директор выясняли истину, я сидел скромно в уголочке. Даже в семь лет в моей голове сформировалось четкое понимание, признаваться нельзя. Судя по тому, что говорят взрослые, меня заберут у матери и отправят в какое-то страшное место. Родительница, какая-никакая, но своя. Привычная. А всякие левые места вызывали у меня тогда категорическое отторжение.

Точку в споре поставил тот самый учитель истории. Он вдруг резко, а главное очень неожиданно, схватил тяжеленный стул и запустил его прямо в меня. Клянусь! Просто швырнул тяжёлый стул с металлическими ножками ребенку в башку.

— Если одаренный не проявлял способностей в предыдущие годы, значит, он их просто скрывал по какой-то причине. И вина в этом Ваша. У ребенка сто процентов имеется психологическая травма. Вы за это еще ответите. — Заявил учитель, глядя на предмет мебели, который валялся теперь в углу.

Просто чертов стул изменил траекторию, не успев долететь до меня буквально сантиметров десять.

— Скорее всего, Вы неоднократно говорили мальчику что-то из разряда… — Учитель истории помолчал буквально секунду, подбирая примеры, — Из разряда, мол, не было бы его, Вам было бы легче жить. Парень закрылся и заблокировал себя. Но в момент опасности сдерживать то, что в нем есть, невозможно. Это срабатывают его способности. Удивительно сильные способности, хочу заметить. Вы видели? Только что стул ушёл в сторону под углом в девяносто градусов. Надеюсь, вы пожалеете наш мозг и не начнете доказывать, что это ветер из окна подул.

Мать с грустью посмотрела на приоткрытую оконную створку. Видимо, именно так она и хотела сказать.

В общем, из кабинета директора я уехал в закрытую школу. Школа, это громко, конечно, сказано. При одном то единственном ученике.

Как бы то ни было, вырос я удивительной сволочью. Возможно, учитель истории был прав, и это — детская травма. А возможно, я просто — хреновый человек. Вторая версия мне ближе. Третий вариант — псионики изначально рождаются с внутренней убеждённостью, они не такие, как все. Более умные, более сильные. Могущественные.

Так вот, моими руками было сделано четыре революции на Африканском континенте, который оставался разделён на множество мелких стран. Громкие революции. С погромами, убийством правительства и террактами. В Азии я убил одного диктатора без особой на то причины. Ну…просто замудохал. Честно. Я путешествовал. У меня, между прочем, был отпуск. Хотел посмотреть мир. Заодно приобрести себе дорогую во всех смыслах реликвию. Жезл какого-то там императора, сдохшего несколько тысячелетий назад. Ясное дело, никто не собирался тратить на это деньги. Зачем? Я наоборот планировал его продать одному коллекционеру и хорошо заработать.

И вот мое желание не совпало с мнением диктатора. Он слишком трепетно относился к столь необходимой нам с коллекционером вещи. Пришлось диктатора убить. А потом, пока в стране шли беспорядки, забрать жезл из музея. В итоге все списалось на мародёров.