их в научную медицину. В этом аспекте данные "Вайдурья-онбо" о лекарственных растениях станут отправным моментом для дальнейшей работы специалистов различных профилей.
Глава 3. Основные принципы замены лекарственных растений тибетской медицины
Анализ описаний лекарственных растений в "Вайдурья-онбо" показывает, что уже в период создания трактата были известны случаи замены одних видов сырья другими, нередко худшими по лечебным свойствам.
Автор трактата указывает на существование заменителей и обращает внимание на фальсификаторы — такие растения, которые нельзя использовать при изготовлении лекарств.
В Тибете индийское и китайское растительное сырье заменялось местным. В Монголии из импортного сырья в значительной мере сохранилось китайское, а индийские и тибетские растения были заменены представителями монгольской флоры. Забайкальский вариант претерпел также очень большие изменения.
Необходимость поиска заменителей диктовалась прежде всего невозможностью получения первоначально применяемого лекарственного сырья, что, в свою очередь, зависело от ограниченности экономических связей Монголии и Забайкалья, дальности путей из Индии и Тибета. При этом заменялось сырье скоропортящееся, не выдерживающее далеких перевозок: в большей степени — цветки, листья, травы; в меньшей — корни, корневища, сухие плоды и семена [Гаммерман, Семпчов, 1963; Гаммерман, 1966].
В связи с труднодоступностью и отсутствием заменителей в Забайкалье не применяли двадцать четыре вида сырья. Среди них корни Inula racemose Hook, (пу-шкар-му-ла), Jurinea macrocephala Benth. (пхо-рог-миг), плоды Mangifera indica L. (бра-го), плоды (?) Bombax ceiba L. (шал-ма-ли), семя Ormosia sp. (ба-мкхал) и др.
Поиски заменителей осуществлялись различными путями. Некоторые из них с позиций современных представлений о метаболизме веществ вторичного происхождения в растениях являются вполне обоснованными. К числу таких путей относится, прежде всего, использование в качестве заменителей видов одного и того же рода или близких родов одного семейства.
А. Ф. Гаммерман было показано, что в Забайкалье ламы-лекари хорошо знали растения. Так, например, астра алтайская считалась у них лучшим сырьем и гемолитический индекс у нее оказался 1:150 против худшего сырья астры альпийской с гемолитическим индексом 1:83. Также у лучшего сорта сырья смолевки ползучей — 1:150000, а у худшего — смолевки енисейской 1:125 [Гаммерман, Шупинская, 1937].
Под названием "тханг-пхром" первоначально был известен Datura metel L. В Тибете в качестве его заменителя использовали Physalis praealta Hook., а в Забайкалье начали применять местный вид пузырницы Physochlaina physaloides (L.) G. Don. Все эти растения по химическому составу более или менее равноценны, так как содержат тропановые алкалоиды [Chopra е. а., 1956; Пешкова, 1964; Leete, 1979].
Из семейства валериановых в "Вайдурья-онбо" описано растение банг-бой. Оно имеет толстое корневище, прикорневую розетку листьев, красно-коричневые стебли и розово-красные цветки, собранные в соцветие [ВО, л. 220а]. Нами это растение идентифицировано как Nardostachys jatamansi DC, а в Забайкалье этот вид сырья был заменен растением того же семейства валерианой лекарственной V. officinalis L.
Под тибетским названием "ли-га-дур" в "Вайдурья-онбо" описано растение с листьями, похожими на листья борца разнолистного. Черешки листьев красные, цветки тоже красные. Корень растения снаружи похож па зарубцевавшуюся кожу [ВО, л. 203б]. Санскритский эквивалент тибетского ли-га-дур — Pashnambheda [Ш., 1406] — расшифровывается как бадан язычковый Bergenia ligulata [Kirtikar, Basil, 1934; Chopra e. a., 1956]. В Забайкалье под названием "га-дур" и "ли-га-дур" известны корни бадана толстолистного (В. crassijolia). Такую замену, по-видимому, можно считать рациональной, так как корпи обоих растений содержат одинаковые группы действующих веществ [Chopra е. а., 1956; Атлас…, 1962; 1976].
В пределах близких систематических групп в Забайкалье найдены заменители для многих тибетских растений. Так, растения рода сверция заменялись видами горечавки, представители рода горечавка — видами галении.
Известно, что в траве горечавки бородатой содержится горечь [Гаммерман, Шупинская, 1937], найдены флаво-ноиды [Николаева и др., 1979]. Как известно, флавоноиды обладают высокой биологической активностью, для них установлено противовоспалительное и желчегонное действие [Барабой, 1976]. Кроме того, различные виды сем. горечавковых издавна известны как желчегонные [Гаммерман, Гром, 1976]. В связи с этим замену сверции чираты травой горечавки бородатой следует считать, по-видимому, вполне обоснованной. В пределах родов заменены виды мытника, остролодочника, астрагала и др.
Нередко заменителями являлись разные органы одного и того же растения. Так, семена чернушки посевной, называемые "сэ-ра-наг-бо", заменяли ее листьями, и кроме того, видами борца, растущего в Тибете [ВО, л. 189а]. Корни молочая (тхар-ну) можно было заменять надземной частью этого растения, высушенной в тени [Большой агинский жор, л. 121а].
Нередко поиск заменителей проводился на основании внешнего сходства, одинакового вкуса и запаха, учитывалась окраска и форма цветков, листьев, окраска древесины, корней, вкус и форма семян и плодов и т. п. Отмечались и случаи фальсификации дорогостоящих ввозимых из других стран видов сырья местными видами, часто не имеющими никакого сходства с исходным сырьем.
Примером замены сырья по сходству растений можно считать замену семян момордики кохинхинской Momordica cochinchinensis из семейства тыквенных. Это растение по-тибетски называется "сэр-чжи-ме-дог" (золотой цветок), очевидно, за желтую окраску цветков. Сырье сэр-чжи-ме-дог использовалось в качестве противовоспалительного [ВО, л. 190а]. Действительно, известна протпвовоспалительная активность семян момордики кохинхинской [Муравьева, Гаммерман, 1975].
В Забайкалье иод названием "сэр-чжи-ме-дог" использовался красоднев малый Hemerocallis minor Miller из семейства лилейных, имеющий крупные желтые цветки. Как показали экспериментальные исследования, противовоспалительная активность у цветков красоднева отсутствует [Трутнева и др., 1971]. Замена, по-видимому, проведена только на основании сходства в окраске крупных цветков.
Для целого ряда заменителей, не принадлежащих к одному семейству или роду, есть данные, свидетельствующие о близости их фармакологического действия. Так, в Вайдурья-онбо" под названием "а-шо-гандха" описано два лекарственных растения — с белыми и красными цветками. Корни а-шо-гандха похожи на таковые тханг-пхром, листья и стебли сочные, опушенные. Растет а-шо-гандха на обрабатываемых землях [ВО, л. 232а]. Одно из этих растений нам удалось идентифицировать. Под санскритским названием a-sho-gandha, от которого и произошло тибетское название, были известны корни витании снотворной Withania somnijera Dunal, обладающие слабым успокаивающим действием [Kirtikar, Basu, 1934; Chopra е. а., 1956]. В практике тибетской медицины в Забайкалье корни витании были заменены корнями пеона белоцветкового Paeonia albiflora Pall. Настойка корней близкого вида (P. anomala L.), применяемая в научной медицине, обладает седативным действием [Турова, 1974; Телятьев, 1976].
По сходству в окраске цветков и наличию приятного запаха заменено сырье под названием "чжа-бой". Как показано в "Вайдурья-онбо", чжа-бой имеет ветвистые от основания стебли, листья, похожие на языки пламени, желтые с приятным запахом цветки, собранные в кистевидные соцветия [ВО, л. 220аЗ]. Это растение идентифицировано нами как патриния однотычинковая Patrinia monandra С. В. Clarke. Судя по наличию санскритского эквивалента tagara [Ш., 1756], этот вид патринии был еще в Индии заменен валерианой Валлиха Valeriana wallichii DC
