меня! Видимо полицейский оценил свои силы и сопоставил их с количеством охраны в доме. Они вызвали подкрепление. Мужчина оказался умнее, чем я могла представить. Он не подал виду, чтобы меня никуда не увезли и не убили. Просто создавал иллюзию, что все в порядке и у них нет претензий.
Надежда снова зажглась в моей душе. Я плакала от радости. Они здесь! Здесь! Я смогу вырваться из этой клетки!
Прошло несколько минут. Выстрелы сменили звуки борьбы и бьющегося стекла. Потасовка на первом этаже не прекращалась. Охрана Сергея не собиралась сдаваться так просто. У них был внушительный запас оружия и людей, поэтому отбиваться могли довольно долго. Я молилась, чтобы они проиграли в этой схватке.
Спустя еще какое-то время, я увидела, как из дома выводят закованных в наручники охранников. Они выглядели весьма и весьма потрепано. Омоновцы не церемонились и зашвыривали их в фургон. Один… второй… третий… да сколько же их там!
В самом конце я увидела, как выводят Сергея. Моего личного монстра поймали. Теперь он сам будет закован в клетку. Это доставляло мне сладострастное удовольствие. Неужели на короткий миг восторжествовало чувство справедливости! Чудовище поймано и заковано в наручники.
Напоследок, Сергей посмотрел в мое окно и расплылся в зловещем оскале. Его улыбка заставила меня поежится. Мурашки снова забегали по телу. Он осознанно смотрел на меня, зная, что я здесь, что наблюдаю за ним. Это послание лично для меня. Даже когда дверь фургона закрыли, я ощущала, как он смотрит на меня. Это было жутко. Но сейчас я в безопасности. Он не сможет до меня добраться.
Я слышала, как по этажу бегают люди. Как выбиваются соседние двери. Комнаты в этом доме почти всегда заперты. Это личный пунктик хозяина. В половине из них никогда никто не жил. Даже я не знала, что там. Возможно, за одной или несколькими из них тоже держат заложников.
Дошла очередь до моей двери. Ее вынесли со второго удара. Я по-прежнему стояла абсолютно голая. Но это не помешало мне в слезах кинуться на шею омоновцу, вошедшему в комнату. Этот незнакомый мужчина сейчас стал для меня самым родным. Моим спасителем. Супергероем в черном костюме. Я готова была целовать его руки и ноги за то, что эта чертова дверь открыта.
Мужчина не оттолкнул меня. Через маску он спросил все ли со мной в порядке и есть ли в комнате кто-то еще. Чувствовала я себя сейчас как никогда хорошо, а вместе со мной тут никто не находился. Меня закутали в какой-то плед и начали выводить из дома.
Глава 14
Я переставляла ноги максимально быстро. Готова была бежать без оглядки. Хоть в лес, хоть в тундру, только бы подальше от этого дома и моего личного кошмара. Чувство паники и того, что сейчас кто-то меня снова схватит и затащит обратно в дом, не покидало до того момента, как меня посадили в полицейский фургон и увезли в больницу для осмотра. Всю дорогу я сидела с повернутой назад головой. Все казалось, что еще минута и за нами начнется погоня или что-то в этом роде.
********************
Никогда не любила ни больницы, ни врачей, но сейчас лежа в палате после сдачи всех анализов, я испытывала простое человеческое счастье. Невероятное облегчение и расслабление разливалось по моему телу. Где-то на подкорке, конечно, еще оставалось тревожное чувство, что все это сон…
Медперсонал кружил вокруг меня без остановки. Меня холили и лелеяли словно самое дорогое сокровище, словно я была дочерью депутата или кого-то еще покруче…
Вчера практически сразу после приезда из моей руки выкачали несколько пробирок с кровью, задали миллион вопросов и прощупали все внутренности. Люди в белых халатах бесконечно приходили и уходили из палаты. От постоянной смены людей кружилась голова, хотелось, чтобы меня хоть ненадолго оставили в покое. Но я все равно… очень рада, что нахожусь здесь…
*******************************************************
Утро нового дня пришло очень быстро. Я не заметила, как прошла ночь. Просто вечером погрузилась в свои мысли и отключилась. Физическая и моральная измотанность не позволили долго размышлять.
Тело немного ныло. Сон выдался довольно крепким. Я проснулась в той же позе, что была вечером. Мышцы затекли, а рука занемела. Движения доставляли дискомфорт и неприятные ощущения. Удивительно, что я не испытывала таких ощущений, находясь в заточении в доме Сергея. Видимо эмоциональное состояние блокировало все остальное. Я не помню, чтобы мне было сложно встать с кровати, или я не могла пошевелиться из-за боли. Сейчас же, здесь в палате больницы, все травмы резко вышли на поверхность. Тело ныло и гудело. Кожу во многих местах саднило и покалывало. Я ощущала каждый синяк и каждую натертость на коже.
Однако, меня мучило не это. Я все пыталась понять, почему получала наслаждение от секса с Сергеем… Как это чудовище меня заводило? Почему тело таким предательским образом на него реагировало? Это оставалось для меня загадкой… Я не находила ни одного разумного объяснения.
Мысли о том, что все это мне просто нравилось, пугали. Стокгольмский синдром? Но я не пыталась защитить Сергея и не испытывала к нему нежных чувств. Без зазрения совести я бы выстрелила в него при первой возможности. Я ненавидела его всей душой и в то же время мое тело таяло под его ласками.
— Аня, к Вам посетитель! — медсестра громко оповестила меня из дверного проема.
Скорее всего очередной врач, или полицейский для взятия показаний, или юрист, или черт знает кто еще…
— Привет, — тихий голос Влада раздался в палате и мурашки мгновенно покрыли мое тело.
Я поначалу даже не поверила, что это он. Подумала, что, наверное, показалось. Я смотрела в сторону молодого человека и не верила своим глазам. За дни, проведенные в заточении, я практически смирилась с тем, что больше никогда его не увижу. Сейчас для меня он казался чем-то мифическим, вымышленным и нереальным.
— Как ты? — снова его голос…
Я несколько раз моргнула, сильно зажмурилась и снова вгляделась в фигуру, стоящую рядом. Это действительно был он, либо у меня все же галлюцинации и помутнение рассудка, что неудивительно.
Мой мальчик, мой самый любимый …Чувства к Владу накатывали волнами. Находясь там, в клетке, я убедила себя, что наши отношения закончены. Я была уверена, что все кончилось, не успев начаться… Я знала, что он не захочет иметь со мной ничего общего. Почему? Да потому, что мало кто захочет связываться с такими проблемами, как у
