именно хочет от меня Морис. Правда, как я собираюсь это реализовывать, мне самой пока ясно не было. С другой стороны, я же заставила поднос окаменеть? Значит, мне нужно как-то вычленить заразу у нее в крови, обратить в камень, а потом вывести.
– Если я превращу ее кровь в камень, она же умрет! – я с ужасом посмотрела на Мориса. – Чо, быстро беги к ректору!
– Никто не выйдет из этой аудитории, пока не закончится лекция, – наг переполз к двери и воинственно покачал хвостом с гулем.
Огр философски вздохнул и молча прыгнул в окно, заставив Ллейшаха раздраженно зашипеть.
– Десссссять минут!
– Пока придет ректор, от нее останется только шкурка. Рита, ты можешь это сделать! Хотя бы сдержи распространение! – Морис встряхнул застывшую меня.
– Я не могу!
– Можешь!
– На мне этот проклятый ограничитель! – вспомнила я. Магическая «удавка» в быту совсем не ощущалась, но именно сейчас я боялась, что она вот-вот начнет действовать.
– На мне тоже, если ты забыла, – едко напомнил Морис. – Но как думаешь, у нас есть выбор?
Кирра слабо застонала, и я сама чуть не взвыла. Если накосячу, дело не закончится отработкой в оранжерее или мытьем столовой. Если что-то пойдет не так, я убью соседку!
Казалось, на меня смотрели абсолютно все, а, может, и не казалось вовсе.
– Я помогу, – сказал Морис, и мне хотелось ему поверить. – Слушай, как мы поступим…
Спустя минуту я закрыла глаза и прикоснулась к Кирре. Яд в ее крови ощущался очень знакомым, почти родным. Это из-за моих змей? Я осторожно позвала его, одновременно с этим старательно представляя себе, как каждая капелька распадается каменной пылью. Горло сдавило, и на миг мне показалось, что и вся моя сила, к которой я успела привыкнуть, сейчас испарится. Но Кирра вдруг громко закричала, и я поняла, что вот оно – пора.
– Морис!
Кракен склонился над девушкой и поцеловал. Такого пункта в плане не было, но я слишком вымоталась, чтобы как-то на это реагировать. Руки Кирры вздрагивали, а потом вообще начали трястись как в припадке. Морис присосался к ней не только ртом – щупальца опутали ее тело. Все затаили дыхание, особенно я. И тогда Морис выпустил Кирру из жутких объятий и кивнул мне.
– Давай.
Я положила ладони Кирре на грудь, мысленно «позвала» каждую пылинку, которую сама же в ней создала, и нажала, заставив подругу выкашлять эту отраву. Кирра кашляла долго, сильно, роняя на меня капли крови и жуткой черноты. Как только все черные капли оказались на воздухе, Кирра вздрогнула и открыла глаза, заходясь еще более сильным кашлем. Жива!
– А вот сейчас я очень зла, – медленно, негромко, но о-о-очень угрожающе протянула я, ощущая, как трансформировалось мое лицо, покрывшись чешуей, зубов во рту стало значительно больше, и два клыка больно уперлись в нижнюю губу. Когти прорвали кожу, поэтому, пока я пробиралась через соседей по лавке к выходу, за мной тянулась тоненькая цепочка кровавых капель. Наг с интересом смотрел за моими передвижениями, но не показывал ни малейшего беспокойства, хотя даже я могла себе представить, на какое чудище становилась похожа.
Мне стало жутко обидно. Мало того, что он едва не угробил мою подругу, так еще и мой боевой вид его не впечатлил. Чертова рептилия! Интересно, как он отреагирует на то, что я сейчас оторву ему хвост и намотаю ему же на шею?
К слову, о шее.
Это был первый раз, когда я в полной мере ощутила подавляющую силу ограничителя, но адреналин настолько зашкаливал, что на боль в горле, слабость и дрожь я просто не обратила внимания. Вскочила на парту и прыжками спустилась прямо по столам к кафедре, чувствуя, как устрашающее давление пытается прибить меня к полу. Мне осталось пройти всего метр, когда меня перехватили и перекинули через плечо, задом к преподу, лицом к обалдевшим студентам.
– Чо, держите Кудряшову крепче! А ты, Ллейшах, доволен? Доигрался?
Голос ректора показался мне музыкой, и одновременно с ним что-то с тихим звоном лопнуло на самой границе слуха, и на меня накатила волна жара. Я попыталась дернуться, но огр сжал меня еще сильнее, практически лишив возможности дышать. Красная пелена спала с глаз, я с ужасом осознала, что мои волосы сильно удлинились, и теперь толпа змей обвивала меня почти по пояс и то ли заигрывала с Чо, то ли всерьез надеялась покусать.
– Я все равно убью этого рептилоида! А хвост на стейки пущу! – взвыла я, когда разглядела, что выросшие когти изуродовали остатки маникюра. Не знаю, как здесь с косметическими салонами, но я прямо перед смертью прихорошилась. Обидно же!
– Дрей, а вы вовремя… – почему-то откашлялся наг и отпустил полузадушенного Рэнди.
– Я всегда чертовски вовремя, – вдруг рыкнул ректор, и я попой почувствовала, что он смотрит прямо на меня. – Вы хоть понимаете, как мне это надоело? Я из-за постоянного стресса линять начал! – Ощутимо запахло дымом. – Ты давно играл с огнем, Ллейшах! Я предупреждал! Если бы не наша долгая дружба, я бы с удовольствием понаблюдал, как студентка Кудряшова порвала бы тебя на куски. И не буду кривить душой, от стейка я бы тоже не отказался!
– Я все контролировал, – вяло огрызнулся наг.
– Попасть под ее влияние это контроль? – хмыкнул Миллхаус.
А меня словно окатили ледяной водой. Реально? Я смогла окаменить нага? То есть, когда он стоял перед дверью и смотрел на меня, он уже был под моим влиянием?
Я извернулась, выглядывая из-за огра.
– Хотите сказать, я могла его разорвать на клочки?
– И он даже бы не пикнул, – подтвердил ректор, и наг раздраженно зашипел. – Гуля и оборотницу в медпункт, кто знает, что вы там с ней наворотили, гении. Ма, проследи, заодно прихвати там успокоительного для нашей воинственной горгоны. Морис, молодец, практикум для тебя и Маргариты я засчитаю, как, впрочем, и для Чо с Ма. А вот остальные…
Все присутствующие студенты вздрогнули, когда ректор перевел на них взгляд.
– Остальным большой и жирный незачет! Неужели было непонятно, что лекция идет по не положенному сценарию? Или понадеялись, что преподаватель не может вас убить? Могу вас разочаровать, убить вас может даже несчастный кактус на подоконнике в коридоре. И ваша задача научиться выживать. Более того, это первостепенная задача для новеньких. Ясно?!
Я наблюдала, как облачка горького дыма вырываются у него из ноздрей во время этого эмоционального спича. После пережитого меня начало трясти мелкой дрожью, холод снизу медленно и мерзко пробирался наверх, заставляя ежиться и крепче прижиматься к раскаленному огру.
– От остальных
