Читаем без скачивания Кукольный домик - Анна Гурова

Орбита пренебрежительно хмыкнула, но Доминик задумался.

– А ты что думаешь о нашем соседе? – неожиданно спросил он Шикамару, который сидел на своем любимом месте – на подоконнике.

– Я согласен с Малышкой и Дженни, – сказал ниндзя. – Тахир не просто что-то скрывает. Он опасен.

– Вот как?! – протянул Доминик. – Почему ты так думаешь?

– Увидел по глазам.

Орбита хихикнула:

– Да уж, в такие узкие глаза надо очень исхитриться заглянуть!

Шикамару насмешку проигнорировал:

– Мы, ниндзя, воины-колдуны, и разбираемся в таких вещах. Знаете, что такое «обет»?

– Нет.

– Это клятва. Но не простая. Ты клянешься не кому-то другому, а самому себе. Обет – это великая сила! Если человек поклялся всерьез, в душе у него загорается пламя, и он становится способен на удивительные вещи. И если ты встречаешь воина, который живет один, стойко переносит все лишения и при этом помалкивает о причинах, надо обязательно разузнать – что он задумал, и не касается ли это вас.

– На что это ты намекаешь? – с подозрением спросил Доминик.

– Что толку попусту гадать? Но если бы Тахир был ниндзя, я был бы почти уверен, что он принес клятву мести.

– Все равно чепуха, – фыркнула Орбита.

Но Доминик задумался.

– Это серьезное обвинение! Как бы выяснить наверняка? – пробормотал он.

– Шикамару же сказал, – ответила Малышка. – Разузнать. Пусть Тахир не хочет нам ничего говорить – так мы откроем его тайну сами.

– Как?

– Я знаю как. Слушайте, что я придумала…

Глава 14

Упавшие штаны и черная вилка

Тахир проснулся в своем доме под крыльцом от того, что кто-то чавкал и шуршал прямо у него над ухом. Охотник осторожно приоткрыл глаза, покосился влево и увидел нечто абсолютно возмутительное.

В нескольких шагах от него, косясь на кровать, сидела мышь! И не просто сидела, а торопливо пожирала сушеные яблоки прямо с вязанки.

Тахир подскочил как ужаленный и сорвал со стенки копье. Но, прежде чем охотник успел его метнуть, мышь изо всех сил рванула связку с яблоками, сдернула ее с гвоздя и кинулась к двери.

– Ах ты наглая воровка! – заорал взбешенный Тахир, бросаясь за ней в погоню.

Мышь зигзагами удирала по снегу, не выпуская из зубов добычу. Тахир, кипя от злости, мчался за ней. Ну и мыши пошли! С такими наглыми ворами он прежде никогда не сталкивался! Она еще узнает, на чей дом покусилась! «Сниму с нее шкуру и повешу на стену, – думал он на бегу. – Нет, сделаю из нее дверной коврик! Лучшего она не заслуживает!»

Улучив момент, он метнул копье. Мышь резко затормозила. Оружие просвистело у нее между ушей, нырнуло в снег и пропало. Тахир разразился руганью, а мышь оглянулась, что-то пропищала и трусцой побежала дальше, через огород – куда-то к парникам, где, видимо, и находилась ее норка.

Но Тахир и не думал отказываться от погони. Как верно подметил Шикамару, охотник и в самом деле был весьма мстителен.

«Ладно же! – подумал он, нашаривая в снегу копье. – Тебе это даром не пройдет. Беги, нахалка, наслаждайся последними минутами жизни! А я найду тебя по следам, куда бы ты ни спряталась! Уж замести-то следы тебе точно ума не хватит!»

Когда меховая шапка Тахира исчезла за углом сарая, из крысиного лаза высунулись четыре головы.

– Ушел! – прошептал Доминик. – Ну теперь, пока он гоняется за Машенькой, надо действовать быстро! Давайте, ребята, вперед! Обыщите там все очень внимательно. Да смотрите не задерживайтесь! А мы с Малышкой отвлечем его разговором, если он вернется раньше времени.

Дженни и Шикамару, не тратя понапрасну слов, припустились к крыльцу сарая и вскоре исчезли в щели. А Доминик с Малышкой принялись степенно прогуливаться по протоптанной дорожке вдоль огорода, с тревогой ожидая возвращения охотника. Хоть Машенька и пообещала вдоволь поводить его по закоулкам за парниками – как бы он не догнал ее слишком быстро!

– Сейчас мы разберемся… – бормотала себе под нос Дженни, увлеченно копаясь в деталях конструктора. – Что за боевого робота он тут собирает…

– Я все осмотрел, – доложил Шикамару. – Тайников нет. Все чисто. Пора уходить.

– Подожди минутку! Посмотри, какие странные лыжи! У них такие крепления, будто они не прицепляются к подошвам, а вкручиваются прямо в них!

– Да, ты права…

Шикамару поднял одну лыжу и нахмурился.

– И вот на этих колесах точно такие же крепления, – продолжала Дженни. – Думаю, это для робота. А где же весь остальной робот?

– Этого я не знаю, – ниндзя заинтересовала сложная механическая конструкция, на которую они раньше не обращали внимания. – А это что такое? Сгибается и разгибается…

– Колено для робота! – предположила Дженни. – Или локоть!

– Дался тебе этот робот, – с досадой сказал Шикамару. – Честно говоря, я просто пошутил насчет него. Но теперь даже не знаю что и думать.

– Но это и в самом деле похоже на колено!

– Тсс!

Шикамару вдруг кинулся к одному из узких окон.

– Проклятие, это Тахир! Возвращается!

– Прячемся! – пискнула Дженни, ныряя под кровать.

– Не сюда! В сарай!

Но было уже поздно. Шикамару сам едва успел забраться под одну из кастрюль, как шкура, служившая дверью, откинулась, и внутрь вошел Тахир. Он был ОЧЕНЬ сердит. За его спиной маячили виноватые лица Доминика и Малышки.

– Поиграть со мной решили, да? – спросил он спокойным злым голосом. – В прятки? Вы что, думали, что я не увижу ваших следов на снегу? А эту сумасшедшую мышь, значит, тоже вы подослали?

– Машенька не сумасшедшая, а очень смелая мышь… – начала Малышка.

– Тахир, можно мы все объясним? – предложил Доминик.

Но охотник к нему даже не обернулся.

– Вылезайте, маленькие шпионы! – рявкнул он.

– Фигушки! – послышалось из-под кровати.

– Иначе я вас вытащу силком, и тогда вам не поздоровится!

Кастрюля с грохотом перевернулась. Шикамару быстро вскочил на ноги, выхватил меч и встал в боевую стойку.

– Не смей прикасаться к Дженни, – грозно предупредил он. – Иначе будешь иметь дело со мной!

Тахир презрительно расхохотался:

– С тобой? Сначала только раздобуду увеличительное стекло! И не размахивай тут своей зубочисткой! Вот повешу тебя за шкирку на стену, и будешь висеть вместо мышиной шкуры!

– Никто не смеет называть славный меч Шикамару зубочисткой! – воскликнул ниндзя.

Он замахнулся, прыгнул вперед и нанес длинный, красивый рубящий удар. Лезвие просвистело в воздухе, разрубило ткань, и с Тахира свалились штаны.

– Ага! – торжествующе завопила Дженни из-под кровати. – Я так и знала, что это было колено!

Доминик и Малышка, следившие за поединком в дверную щель, ахнули от удивления.

– Что это?!

И хотя Тахир быстро подтянул упавшие штаны обратно, все успели разглядеть, что от пояса до самых сапог он был сделан из железа! Обе его ноги были хитро собраны из деталей немецкого конструктора. От суставов на шарнирах и подшипниках тянулись вниз цепочки-мускулы и лебедки-сухожилия…

– Хотел ему голову отрубить, но немножко не достал, – проворчал Шикамару, вкладывая меч в ножны. – Зато мы кое-что узнали.

– Что вы узнали? – с вызовом спросил Тахир (впрочем, присмиревший). – Что я безногий? Ну да, я инвалид. И что с того? Разве я единственная кукла, у которой отломали ноги, а потом выкинули за ненадобностью?

И тут в мозгу у Малышки что-то щелкнуло. Но не успела она поделиться своей догадкой, как Дженни выскочила из-под кровати и завопила:

– А-а-а! Ты та самая кукла, от которой взяли ноги для Марго!

– Я тоже тебя вспомнила! – воскликнула Малышка. – Ты сувенирная кукла из набора «Пятнадцать республик – пятнадцать сестер!» Но ты провел у Анюты всего один день, и мы все решили, что тебя просто брали поиграть…

– А на самом деле Анюта решила, что мои ноги вполне подойдут для Марго, и – оторвала их, – мрачно сказал Тахир, пытаясь подтянуть штаны повыше и заново обмотать вокруг пояса кушак.

– Но почему ты не сказал нам сразу? – спросила Малышка.

– Зачем? Когда меня бросили в сарае, никто меня ни о чем не спрашивал.

Малышка не нашлась что сказать. Вместо нее ответил Шикамару:

– Я был прав. Вот почему он не уснул, как другие. Ему не давала спать мечта о мести.

Тахир сощурил свои и без того узкие глаза:

– Ну ты, мелочь, – без намеков!

– Я ни на что и не намекаю, – бесстрашно сказал маленький ниндзя. – Только кому ты собираешься мстить – Анюте или Марго? Или, может, обеим?

Тахир старался не выдавать своих чувств, но это у него получалось плохо. Все видели, что он зол и растерян.

– Мало ли что вы навыдумывали, – сказал он наконец. – Ну да, я не питаю добрых чувств к Марго и вашей хозяйке. Но это еще ничего не значит. Марго я ничего плохого не делал!

– Но теперь мы знаем, что у тебя были причины желать ей зла, – сказал Доминик.

– Причины – это не доказательства, – парировал Тахир.