Среди голубого простора они бросили якорь, став вдоль коралловых верхушек. Место изобиловало колониями живых кораллов и мерцающими гротами. Адам оглянулся на них.
— Ну что, нервничаем? — спросил он, глядя в упор на Клэр.
Она гордо тряхнула головой:
— Ничего подобного!
— А что же вы дрожите? — Он положил ей руку на плечо.
— От волнения.
— Ну, тогда все нормально. Оставьте мне шляпу. Обещаю, что буду хранить ее как зеницу ока.
Дэн Хили подошел к ним, слегка хмурясь:
— Немножко беспокоит меня воздушный насос, мистер Брок. Со своими хитростями, пока к нему не приспособишься. Все ведь старенькое, вообще-то говоря.
— Мы со Свеном, если хотите, будем крутить лебедку, а вы спускайтесь с девушками и смотрите там за порядком.
— Правильно! — Дэн Хили повеселел, все еще тревожась за полный успех экспедиции. Это только добавит ему популярности на материке. Он отошел помочь Свену, занятому открыванием крышки колокола.
— Ну, вы уверены в себе? — вопросил Адам беспечно.
— Не приставай, дядя Брок, — вдруг вспылила Тина. Он лишь удивленно приподнял брови.
Дэн Хили позвал их, и девушки в его сопровождении залезли в колокол. Какое непривычное чувство, решила Клэр, выглянув из иллюминатора. Она видела, как Адам, напрягая мышцы, разворачивает на палубе электролебедку. Добрые две минуты капитан Хили возился с насосом, потом подошел к телефону, связывавшему с палубой.
— Ты там, Свен? — загремел он в трубку, и Тина прыснула, но шкипер сохранял полнейшую серьезность. — Скажи мистеру Броку опускать. А потом погодите.
— Есть, сэр, — передразнила его Тина.
Воздух из компрессора имел специфический запах, и Клэр вспотела, и живот у нее свело. Водолазный колокол покачивался на своем железном тросе по левому борту. В первый момент, когда вода накрыла их, Клэр почувствовала приступ клаустрофобии. Она уставилась в иллюминатор на странный зеленый мир — тихий, никем не потревоженный и такой разнообразный! Внезапно целая флотилия маленьких рыбок, беззвучно открывая рты, уставилась на нее через стекло с явным любопытством. Она засмеялась, и напряжение ее спало. У другого иллюминатора Тина, с детства привычная к такому прекрасному окружению, уже их перечисляла.
— Ой, посмотрите, капитан Хили! — кричала она в упоении. — Вон они. Целая колония желтохвостиков. Красивые, правда? Как замечательно, что их вокруг нас так много!
Капитан склонился над ее плечом, соглашался рассеянно:
— Да, действительно. Связь кораллов с живописно раскрашенными рыбками общепризнанный факт, не знаю почему. Надо спросить дядю Брока, он знает лучше меня. Даже щупальца плотоядных гигантских анемонов вмещают целые рыбьи семейства. Взгляните на эти стайки, ярко-красные с поперечными белыми полосками. Не спрашивайте меня почему, но они неподвластны ядовитым жалам приютивших их хозяев-анемонов.
Еще пятнадцать футов, и они стали на уровень с живыми кораллами. Это фантастическое погружение в тайны рифа полностью отвлекло их от поднимающейся температуры и горячего запаха компрессорного масла.
Клэр прищурилась. Целые сонмища рыб царственно проплывали мимо, особенно красивой была коралловая треска с широким крыльеподобным оперением. Цвет ее невозможно было описать, он был не фиолетовый, не индиго, не голубой, а какая-то смесь всех трех. Под водой верхушки кораллов вздымались подобно небоскребам. Все это напомнило спецэффекты кино.
Они спускались все ниже и ниже и наконец мягко шлепнулись на морское дно, усеянное морскими звездами. Колокол накренился, и Клэр не сдержала тревожного восклицания. Дэн Хили обернулся к ней.
— Не тревожьтесь, голубушка, — быстро отозвался он, начисто забыв о «мисс Кортни». — В старом колоколе безопасно, как в сейфе. Даже еще лучше. Он не опрокинется. Мистер Брок хорошо его держит.
Прямо над ними поднялась туча песка, и большая серая тень накинулась на косяк восхитительных рыб-попугаев.
— Ах ты, дрянь! — вскричала Тина с чувством. — Ненавижу акул!
— Кто же любит? — отозвалась Клэр спокойно.
Тина уже переключилась на другое:
— О, посмотрите, видите?
Это была гигантская раковина-моллюск, фута четыре длиной с ультрамариновым в золотую крапинку панцирем, вся облепленная кораллами и устрицами.
— Эх, жалко, нет с собой фотоаппарата, — пожаловалась Тина.
Дэн Хили забавлялся, глядя на нее и любуясь ее непосредственностью.
— Чтоб вы знали, девушка, я видал наши гигантские раковины, используемые как фонтаны для святой воды в соборе в Париже. Наши двустворчатые раковины — самые большие в мире, спокон веку. Есть куча историй про местных ловцов жемчуга или рыбаков, которые попадаются в них, одно движение — и ты пропал.
Клэр поежилась, представив себе это зрелище.
Дэн Хили оглядел их и принял решение:
— Ну ладно, пора подыматься!
Он проследовал к телефону и заговорил с палубой:
— Тащите наверх, мы уже достаточно насмотрелись.
По мере их подъема в увеличивающемся сиянии дня висячие коралловые сады выглядели совсем фантастически: хрупкие ветви роголистов, органные трубы кораллов, «хризантемы» самых изысканных пастельных тонов, чудесный синий анемон, задетый иллюминатором Клэр, призывно вытянул свои неисчислимые щупальца.
На палубе ручейки морской воды стекали со стекол иллюминаторов, вновь создавая причудливые картинки. Клэр опять почувствовала слабость в желудке и ногах, но постаралась сдержаться.
Тина, казалось, была в полном восхищении. Несмотря на свои прежние колебания, Клэр должна была признать, что таким опытом не следовало пренебрегать. Тем не менее она с удовольствием подставила лицо солнцу и свежему ветру, как распустившийся цветок.
Адам вытащил ее, принюхиваясь к теплому, живительному запаху ее волос.
— Ну что, стоило того? — спросил он, задержав руки на ее талии.
— Это было прекрасно, — отвечала она искренне, освобождаясь от его объятий.
Палуба показалась ей удивительно надежной.
— Наденьте-ка лучше шляпу, — посоветовал он лаконично и повернулся к Тине.
На обратном пути Клэр держалась очень тихо, борясь с недомоганием в области желудка. Свен отпустил ей несколько пышных комплиментов, кося глазом на Адама, но она почти не слышала его. Некоторые женщины легко вступают в безопасный флирт, она же избегала этого. Голос Свена звучал странно громко после подводной тишины. Тина, перегнувшись через поручень, кидала хлеб рыбам-сарганам. Ветер посвежел, и вода приобрела зеленоватый цвет. Свен был сверх меры польщен тем вниманием, которое, как ему казалось, она ему уделяет. Мужчины так часто считают что-то само собой разумеющимся, подумала она с усмешкой и прикрыла глаза под порывами морского бриза.
