Глава 14
Утро солнечное, днем жарко будет. Елина обмывалась у водопада и ёжилась. Надо бы еще придумать что-то с зубной щёткой. Ну, в город поедем – может там найду. Но вот деньги у Морны как-то неловко просить. Они ведь ей не с неба падают.
– Утро доброе, Морна.
– А и правда – доброе. Вчера Вара-та и рыбы богато споймал, да и сдал всё не задёшево. Видала, каку ткань-та привёз?
– Красивая, даже очень. Давай тебе платье сошьём?
– Что ты, куда таку красоту носить-та буду?
– Да вот, в город поедем, туда и будешь. Ты ведь молодая ещё, что её хранить?
– Мало ли, как жись-та повернётся. А продать таку завсегда можно. С самой, слышь, Лигмы ткань-та. Тама лучшую делают. Ихние хозяйства и синюю выпускают и всякую. Самый тонкий и крепкий у них матерьял-та. А по крайчику, как ткут – такие секретные узелки вплетают. Больше нигде таких не делают, а всякий видит – откуда матерьял.
– Из такого материала на тебя платье можно сшить – всем на зависть. А в сундуке будет лежать – ну какая тебе самой радость от этого? Вара ведь для радости тебе подарил, а ты спрятать хочешь. Не думаю, что ему приятно будет. Вот скажи: какие сегодня планы у нас на день?
– Дак обнаковенные планы... Мужики пусть отдохнут немного, я их даже и будить не стала. Огород ты почти весь справила… Ну, попозднее надо коняшку выпустить, попасти… Ну, в стойлах почистить… Обед сготовить… Курям корму засыпать и воды всем налить… Свиням вчера варила – покормить тока надо…
– Это мужчины и без нас все отлично могут сделать. А мы с тобой давай сейчас прямо пойдем платьем займемся. Я тебе фасон придумала – прямо супер!
– Какой такой «супер»?
– Мама моя так говорила. Это значит – очень красивый. Ну, соглашайся давай. Я сейчас яичницу мужикам пожарю, поедим, и завтра ты в город уже в обновке поедешь. Заодно сундук мой пересмотрим. Может, что-то продать нужно лишнее, а что-то – докупить.
Знала, знала куда бить!
Любопытство – страшная вещь. Так Морне интересно было приданые шелка рассмотреть и вышивки – не устояла.
Все тряпьё из сундука Морна перебрала, разложила поверх кровати, вышивки – каждую к свету поднесла, любовалась, языком цокала. Особенно восхитили ее платья, что от мамы Елинкиной остались. Отвлекалась только в зеркало поглядеть да ткань к лицу прикинуть – идёт ей такой цвет или нет? А вышивка такая?
Гантей сунулся, было, с вопросами – прогнала и нашумела на него. Нельзя женщину от такой радости отвлекать!
Для деревенской молодухи это всё – как шопинг в Италии для модницы.
Елинка в это время обмеряла Морну шнурком подходящим, узелки завязала, а чтобы не спутать, какой к чему – по краю стола зарубки сделала. И ножом нацарапала у каждой – ПОБ, ПОГ, ну и остальные все мерки. И отпустила Морну дальше добро перебирать.
Платье она решила сделать с поясом под грудь и со сборками. Бюстгальтеров здесь нет, а Морна всё же ребенка кормила. Вот пояском-то ей грудь поднимем и в сборочки красиво уложим. С вытачками с таким инструментом связываться Елина не рискнула. Даже обмылка или мелка нет, так и резать ткань на глазок пришлось. Вышивку точно не успеть сделать, времени мало, но из подходящих бусинок между грудей брошку изобразить – вполне успеем. Рукав скроила тоже по косой, чуть ниже локтя и немного расклешенный. Сметала на живую нитку.
Еле оторвав Морну от тряпья поставила на первую примерку.
Рисунок Софьи Шахновской
– Еля, чтой-та оно больно не такое...
Елина в это время подтягивала и поправляла складки на груди. Глубину выреза пометила. Вот тут ещё немного ткань присобрать и бусинки нашить, типа брошки…
– Да ой, дак как сидит-та не по-людски.
– Тебе не нравится?
– Красиво, ничо не скажу, но тако если тока баронесске нашей впору носить. Мне-то куда таку красоту? Почему другие тако не носят, а я буду?
– Потому – что ты красивая, просто забыла об этом, – Елина смеялась.
– Ну уж, не знаю, не знаю...
Видно было, что платье Морне нравится, даже очень. Она смотрелась в зеркало и оглаживала ткань, поворачивалась, улыбалась как-то смущенно.
– Никто ведь, Елинька, такого не носит. Може, тока ристократки в городе.
– Ты не хуже никакой аристократки, а лучше и красивее. Я тебе ещё волосы зачешу сама. Пусть все видят, какая ты.
Сели шить…
Морне дала рукава, сама взялась за платье.
Руками шить – дело не быстрое. Перерыв на обед сделали, кашу сварили, с молоком и мёдом. Поели быстренько, и Морна скомандовала мужчинам за дровами идти. И снова за шитье засели. Подшивала подол Елинка уже сама.
Совсем стемнело, пришлось ближе пересесть к светящейся доске. Морна ушла паковать одеяла, которые на рынок повезет продавать. Ну, последний рывок – бусины. Глаза уже совсем слипались, но Елинка дошила-таки.
Не умывшись, только свет тряпкой закинула, повалилась спать.
