Не мудрено, что когда Келло повернулась к нему, он на полном ходу чуть не въехал в нее.
— Давай рядом держаться, — предложил он. — Тогда не будешь маячить у меня перед глазами.
Она согласилась, но когда он пристроился рядом, внезапно взяла его за руку. Он почувствовал некоторый дискомфорт. Под шелковой перчаткой так и представлялись провода и датчики.
Внезапно она руку убрала. Он подумал, что она что-то почувствовала, но Келло сказала:
— Впереди блокировка.
Коридор перегораживала массивная железная дверь. На двери имелся цифровой замок, и Келло стала с ним колдовать.
— Что-нибудь серьезное? — спросил он.
— Фигня.
Пальцы ее забегали по клавишам и, чтобы не стеснять движений, она даже сняла перчатку, и он с облегчение разглядел под ней обычную белую кожу.
Он взял руку и поднес к губам.
— Я реальна, — сказала Келло. — В эфире я так же реальна, как и ты в своем мире.
Тебе придется к этому привыкнуть.
— Я уже привык. И знаешь, я рад, что ты такая.
— Тогда полетели. Тебе здесь нельзя долго находиться, потому что ты принадлежишь другому миру, взаимоотношения которого с эфиром жестко ограничены.
"А жаль", — подумал Флоров.
Она распахнула тяжелую дверь, но вдруг остановилась.
— Ты чего? — испугался он.
— Ветер. Ты чувствуешь?
Он тоже почувствовал слабый ток воздуха.
— Здесь не должно быть ветра. Это может быть опасно.
— Почему?
— То, чего не должно быть, но есть — всегда опасно. Значит что-то не так, возможно, в системе сбой. Для тебя это опасно вдвойне. Сейчас ты с эфиром единое целое. Что-то не так с эфиром — что-то не так с тобой. Ты понял? — Флоров кивнул.
— Ты по-прежнему хочешь лететь? — он кивнул опять.
Они зашли за дверь и опять взмыли над полом. Коридор был похож на предыдущий, с той лишь разницей, что теперь в нем имелись двери. Флоров подлетел к одной и взялся за ручку, но был остановлен:
— Не открывай! Мало ли что может быть в чужих файлах.
Они полетели дальше, но вскоре уткнулись в тонкую сетку, перегородившую коридор по всей длине. На сетке было пришпилена записка.
— Это тебе, — она протянула ее Флорову.
В записке крупным прыгающим почерком было написано: "Если не остановишься — тебе конец." Самое удивительное, что почерк был Флорову знаком.
— Вперед, — махнул он рукой.
В руке прямо из воздуха возник широкий и длинный меч. Вдобавок, он оказался остр словно бритва, и Флорову без особого труда удалось одним ударом рассечь сетку по всей ширине. Сделав дело, меч исчез так же внезапно, как и появился. Эфир начинал Флорову нравиться все больше.
"Может я действительно такой, каким я предстал здесь?" — подумал он. — "А в своем мире я всего лишь жалкая копия, карикатура на самого себя?" Им встретилась еще одна дверь. Пока Келло колдовала над замком, Флоров прохаживался по коридору и от безделья все-таки рискнул открыть одну из дверей.
Комната оказалась спальней. Двуспальная кровать была застелена покрывалом персикового цвета. Такого же цвета был и балдахин. У Флорова вдруг возникло сильное желание прилечь. Он превозмог себя, хотя это было непросто, но стоило ему повернуться, как его буквально потащило к кровати.
Он взмыл в воздух, но, сколько не напрягал силы, ему не удалось продвинуться ни на сантиметр. Из кровати полезли длинные кривые щупальца, они тянулись к нему, и им оставалось совсем немного.
— Келло! — с отчаянием крикнул Флоров.
Он уже чувствовал ногами жгучие прикосновения, и еще бы немного, и его затащило бы в жуткую пасть, но из дверей просунулись две руки, затянутые в знакомые шелковые перчатки, и Келло выволокла его в коридор. Дверь с треском захлопнулась за ними, и сразу стало тихо. Флоров как-то сразу обратил внимание, что в коридор выходит много таких безликих дверей. Стало немного жутковато. Он даже начинал жалеть, что рискнул отправиться в это путешествие.
— Что это было? — спросил он.
— Игровой файл.
— Игрушка? Ни черта себе…
Она резко закрыла ему рот ладонью и испуганно прислушалась.
— Ты чего? — спросил он. — Я и так напуган, а ты меня еще норовишь.
— Никогда не упоминай Его имени, он этого не любит.
— Что ты этим хочешь сказать? — опешил он. — Что… — она вновь закрыла ему рот, рука пахла духами, он отстранился и закончил мысль. — Что… Он существует?
— Здесь их полно, и нам совсем необязательно с ними встречаться, потому что это окажется нашей последней встречей, ибо еще никто не уцелел после таких встреч. А у нас и так проблемы, — она протянула ему еще одну записку.
"Мы знаем твое имя. Ты обречен. Больше предупреждений не будет." И опять этот знакомый почерк. Где же он его видел?
Он устал лететь, руки безбожно затекли, когда Келло сказала:
— Мы уже на месте. Давай письмо.
Коридор заканчивался небольшим тупиком, где прямо к стене был прибит ветхий почтовый ящик, покрытый облупившейся синей краской и украшенный рельефной надписью: "Министерство связи СССР".
— Почта Капитана порта, — уважительно произнесла Келло.
Она бережно приняла конверт и поднесла к ящику. В груди Флорова вдруг созрел протест. Сам не зная почему, он вдруг понял, что письмо отправлять нельзя. Более того, им самим здесь оставаться нельзя ни секунды.
— Остановись! — велел он. — Келло, нам надо быстрее уходить отсюда.
— Но почему? — заупрямилась она. — Столько летели. Зря что ли проделали такой путь?
— Стой, говорю! Все это подозрительно. Нас слишком легко пропустили. Подумаешь, койка с зубами да пара блоков. Они все про нас знали, и не разу не сделали серьезной попытки остановить. Стой!
— Да, ладно, ты паникуешь понапрасну, — и Келло сунула письмо в щель.
Тотчас сверкнула вспышка, и отвратительно запахло серой.
— Ловушка! — закричала Келло. — Берегись сзади!
Флоров метнулся к тупику и прижался к нему спиной. Зрелище, открывшееся ему, напоминало кошмарное порождение болезненного ума. Занимая все пространство коридора от пола до потолка, на них надвигалось мерзкое чудовище.
Оно имело мускулистый торс и сжимало в руках огромную кувалду, тоже бывшею частью его тела.
— Меч, щит и доспехи! — приказал Флоров, и все возникло на нем в один миг.
И как нельзя вовремя. Чудовище приблизилось и обрушило на него свой мощный нарост. Флоров успел подставить щит, и он угрожающе зазвенел.
Мускул зашел сбоку и ударил его наростом как тараном. На этот раз удар получился подлым с закруткой и вышиб у него щит.
Следующий удар беспощадной живой пращи пришелся в грудь. Доспехи предостерегающе загудели, перекачивая энергию со всей поверхности и концентрируя в месте удара.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
