Читаем без скачивания Темный ветер - Тони Хиллерман

Раздался резкий телефонный звонок. Армихо ответил, послушал и передал трубку Чи.

- Есть один парень, который готов с вами поговорить, - сообщил начальник охраны. - Его зовут Арчер. Он близкий друг Веста. Очень близкий. Начальник охраны рассмеялся: - Вы понимаете меня?

- Подружка? - спросил Чи.

- Скажем так: дружок.

Появился уже знакомый Чи пожилой чикано и повел его по длинному пустому коридору. Два заключенных, шедших им навстречу, прижались к стене, освобождая проход. В комнате для свиданий не было окон, и лампа дневного света придавала грязно-белым стенам сероватый оттенок. Рослому заключенному по имени Арчер было лет сорок. Судя по сложению, он когда-то занимался штангой. Его нос был сломан дважды - один раз давно, второй - относительно недавно и, видимо, основательно, раз пришлось накладывать швы. Светлые даже па бледной коже шрамы глянцево блестели. Сидя за перегородкой, разделяющей маленькое помещение, Арчер с любопытством смотрел через стекло на Чи. За его спиной курил, прислонясь к стене, охранник.

- Меня зовут Джим Чи, - представился Чи. - Я знаком с отцом Тома Веста. Мне нужно кое-что узнать о Томе. Совсем немного.

- Разговор будет короткий, - отозвался Арчер. - Меня не было во дворе, когда это случилось. Я ни черта не знаю.

- Меня не это интересует, - возразил Чи. - Я хочу лишь знать, зачем ему понадобилось говорить с Т. Л. Джонсоном.

Арчер недоуменно вскинул брови.

- Зачем Весту понадобилось говорить с Джонсоном, сотрудником Управления по борьбе с наркотиками?

Арчер побагровел.

- Т. Л. Джонсон, - медленно произнес он, словно запоминая имя. Значит, так его звали? Том не хотел говорить с этим сукиным сыном. Том не знал ничего, что могло бы интересовать этого типа. Он насмерть перепугался. - Арчер фыркнул. - И недаром: этот гад подставил его.

- Значит, это не Вест просил о встрече с Джонсоном?

- Черта с два. Найдите здесь хоть одного, кто добровольно захочет толковать с агентом Управления. Этот подонок подставил его. Знаешь, что он сделал? Договорился, чтобы Веста выпустили из тюрьмы для собеседования, прошел вместе с ним по дорожке перед нашим блоком, вышел с ним за ворота, посадил его в свою машину и укатил в сторону Серильос. Скрылся за поворотом и там разговаривал. Попробуй Вест после этого доказать, что он не стукач. Арчср сердито посмотрел на Чи; краска еще не сошла с его мертвенно-бледного лица- - Грязный сукин сын.

- Откуда вам это известно? - спросил Чи.

- Том рассказал, когда его привели обратно. - Арчер покачал головой. Он был вне себя от ярости и насмерть перепуган. Сказал, что агент требовал от него сведений о какой-то партии наркотиков - когда и куда их привезут, и все такое прочее, а когда Том ответил, что ничегошеньки не знает, Джонсон рассмеялся, остановил машину и сказал, что продержит его столько времени, что все зэки, без исключения, запишут Веста в стукачи.

- Значит, Вест испугался? - спросил Чи. - Это точно? Но ведь он не попросил, чтобы его перевели в изолятор, где он был бы в большей безопасности. Во всяком случае, в его деле об этом ничего не сказано.

- Он хотел так сделать, - ответил Арчер. - Но если попадешь в изолятор, то остаешься там навсегда. Заповедник доносчиков - одни стукачи. Оттуда не возвращаются.

- И он решил рискнуть?

- Ага. Его тут уважали. Меня тоже. - Арчер помрачнел. - Нам казалось, что можно рискнуть. Что у нас хороший расклад.

Должно быть, сам Арчер и настоял на том, чтобы рискнуть, подумал Чи. И теперь хочет, чтобы Чи об этом знал.

- Вам что-нибудь известно, кто и почему его убил?

На лице Арчера появилось выражение, знакомое Чи по полицейским фотографиям.

- Понятия не имею, - ответил Арчер. - Слушайте, мне пора идти. Работа ждет.

- Еще минутку, - попросил Чи. - Веста привезли сюда вместе с неким Джозефом Мушкетом. Они были старые друзья - они и здесь продолжали дружить?

- Мушкета выпустили, - сказал Арчер. - Под честное слово.

- Но они оставались друзьями?

Арчер призадумался. Соображает, нет ли подвоха? Наконец он решился.

- Они дружили, - подтвердил Арчер. Он покачал головой, его лицо смягчилось. - Том был отличный парень. Его тут здорово уважали, гадостей никто не делал. Народишко похуже держался от него в стороне. Думаю, он и Мушкета вроде бы опекал. - Арчер опять посуровел. - А может, я ошибаюсь. Том хорошо относился к Мушкету, но я не уверен, что Джозеф отвечал тем же. Я никогда не доверял этому Мушкету. Он из тех парией, от которых всего можно ожидать. - Арчер встал. - Очень уж ловкий и чересчур хитрый. Понимаете, что я имею в виду?

Направляясь к выходу, Чи еще раз зашел в кабинет Армихо, чтобы позвонить начальнику охраны.

- Можно попросить вас проверить - обращался ли агент Управления по борьбе с наркотиками Т. Л. Джонсон за разрешением на беседу с Томасом Вестом за пределами тюрьмы? - спросил он. - И получил ли он это разрешение?

Ответ последовал незамедлительно.

- Обращался, было дело. Иногда мы разрешаем такие вещи, если на то есть серьезные основания.

20

Чи возвращался домой кружным путем - вместо того чтобы ехать на юг, вдоль Рио-Гранде и через Альбукерке, он взял к северу и направился к Санта-Фе и ущелью реки Чама. Он выбрал северную дорогу, потому что она проходила по красивой местности; кроме того, Чи хотел послушать запись "Ночной песни" в исполнении Франка Сэма Накаи, чтобы как следует запомнить еще одну часть сложного восьмидневного обряда. Обычно природа помогала Чи настроиться на нужный лад, но на этот раз он никак не мог сосредоточиться и мысленно вновь и вновь возвращался к вопросам, на которые не смог найти ответа. Железные Пальцы? "Чересчур хитрый", - сказал про него Арчер. Нет, хитрый, да не очень - не устоял против соблазна подарить девчонке краденое ожерелье. Джонсон? Он нарочно подставил Томаса Родни Веста, чтобы того убили на тюремном дворе? Кто унес из "универсала" тело Пэлензера? И почему сначала его оставили в машине, наполненной парами лизола?

Пока Чи ехал по ущелью Чамы, над зубчатыми гребнями Сангре-де-Кристо взошла луна. Она висела в темном чистом небе, словно огромный светящийся камень, озаряя окрестный пейзаж. Приехав в деревню Абиквиу, Чи остановился у бензоколонки, заправился, подошел к телефону-автомату и набрал домашний номер Ковбоя Дэши. Ковбой откликнулся после шестого звонка. Он уже спал.

- Вот уж не думал, что холостяки ложатся спать так рано, - сказал Чи. Ты извини, но мне нужно кое-что узнать. Они нашли наркотики?

- Черта с два, - ответил Дэши. - Ничего не нашли, оттого я и лег пораньше. Шериф велел, чтобы на рассвете мы были на месте. Теперь все наши считают, что товар отвезли на "универсале" вверх по руслу и спрятали где-то там. Если это так, понятно, почему мы ни черта не нашли.

- А хоть кто-то представляет себе, что именно надо искать? - спросил Чи. - Ну, например, сколько вообще было товара, как он расфасован, какую яму надо вырыть, чтобы спрятать его?

- Вроде да, - сказал Ковбой. - Речь идет примерно о полусотне килограммов, общий объем - как три двадцатикилограммовых мешка муки. А может быть, это куча небольших пакетов.

- Стало быть, они знают, что ищут, - заключил Чи. - А из Управления кто-нибудь был?

- Приезжал Джонсон и с ним два агента ФБР из Флагстаффа.

- И вы так ничего и не нашли? Ни наркотиков, ни пулеметов, ни кассеты с указаниями, как реализовать товар, ни мертвых тел, ни карт? Совсем ничего?

- Нашли кое-какие следы, - ответил Ковбой, - но они никуда не привели. Хоть убей - ни малейшего намека, что там кто-то прятал крупную партию кокаина. Если они привезли туда товар на "универсале", значит, тут же вывезли его оттуда, а на чем - непонятно. Да и сам подумай, какой им смысл везти товар наверх? Никакого.

В самом деле, было над чем поломать голову. Чи размышлял об этом все время - и когда ехал на север по ущелью Чамы, и потом, когда повернул на запад, на дорогу, ведущую через обширную резервацию хикарилла-апачей. Верно сказал Ковбой: никакого смысла тут нет. Еще один узелок, который надо распутать. Чи приходила на ум одна-единственная зацепка. Человек, который ломает ветряк, наверняка был свидетелем аварии самолета. И он кое-что видел. Надо только найти его.

Во второй половине дня Чи снова подъехал к ветряку. Он рассматривал его и думал, что любой чувствительный или просто тонко чувствующий человек должен рано или поздно возненавидеть эту штуковину. Удивительно неуклюжая, выпадающая из пейзажа конструкция. Она совершенно не сочеталась с плавными очертаниями горного склона. Солнечные лучи резали глаза, отражаясь от цинкового покрытия, которое защищало опоры от размягчающей ржавчины. Даже при легком дуновении ветра механизм издавал безобразные ноющие звуки. В прошлый раз, когда Чн приезжал сюда, настроение у него было таким же светлым, как и само утро, поэтому ветряк не произвел никакого особого впечатления - он казался совершенно безобидным сооружением. Теперь же над опаленной зноем землей струилось жаркое марево, сухой ветер поднимал едкую пыль, и настроение у Чи было соответствующее. Для тысяч навахо это уродливое сооружение воплощало нанесенную им обиду. Любой из мужчин навахо мог сломать его. Или все вместе. Или любой из членов их многочисленных семейств. А может быть, они делают это по очереди? Так или иначе, Чи не осуждал их и чувствовал, что ему не решить эту загадку. Может быть, навахо тут вовсе и ни при чем. Вполне возможно, ветряк оскорблял эстетическое чувство какого-нибудь художника-хопи.