Читаем без скачивания Огнём и сталью - Сергей Ким

С волнением Харальд ждал предмета, который по словам отца был одним из самых важных. Да и преподаватель у него будет своеобразный…

«Северус Снейп… Это я тебе скажу — личность. Упивающийся Смертью и одновременно один из самых преданных Дамблдору людей. Великолепный зельевар с отвратительным характером и тяжёлой жизнью. Циничен и беспощаден ко всем и даже к себе, но… Чёрт, как сложно-то… Он непростой человек, сын — во всех отношениях непростой. И он тебя уже изначально почти ненавидит, потому что ты — сын Джеймса Поттера, его школьного врага. Но одновременно ты — сын Лили Эванс, женщины, которую он любил всю свою жизнь, поэтому он будет тебя защищать. Ненавидеть, но защищать. И знаешь… Я опять не смогу дать тебе совет, как себя с ним вести… Потому что просто не знаю. В этом наша с тобой сила и наша с тобой слабость, сын — мы заперлись в Годрикс Холлоу, долгие одиннадцать лет собирая информацию и знания. Но мы плохо представляем, как ими распорядиться, потому что ты — ещё почти ребёнок, а я всего лишь тупорылый штурмовик».

Харальд во многом был умнее своих сверстников. Наверное, из-за воспитания и того, что отец с самого рождения готовил его к чему-то значимому и великому. Не просто причитая, что Поттер — Избранный, а заставляя в первую очередь взрослеть.

Наверное, это получилось.

Харальд шёл на первый свой урок у профессора Снейпа словно на тяжёлую битву, зная, что это будет так же трудно. Но у него была цель сделать этого человека своим союзником, и ради этого он был готов на многое. Снейп ненавидит Джеймса Поттера? Что ж, придётся ему в этом не перечить, благо что особого пиетета к своему биологическому отцу мальчик не испытывал. Снейп требователен и погружён в свою науку? Отлично, ведь Харальд и сам любил готовить эликсиры.

Мальчик, знал, что первое и даже двадцать первое впечатление о мрачном зельеваре будет ошибочно. И то, что это будет очень тяжёлый в общении человек. Но слова отца и его искренне уважение к Снейпу значили гораздо больше, чем личные впечатления Харальда.

Кабинет Снейпа находился в одном из подземелий. Тут было холодно — куда холоднее, чем в самом замке, и, наверное, несколько жутковато. Вдоль всех стен стояли стеклянные банки, в которых плавали заспиртованные животные, да и сама лаборатория больше напоминала пыточные застенки, чем учебную аудиторию.

Впрочем, такие мелочи мало волновали Харальда. Его с самого детства учили уничтожать ничтожные страхи и преодолевать значимые, смело глядя им в лицо. Темноты и таящихся под кроватью монстров мальчик перестал бояться в три года. Высоты — в четыре. А ещё через три года понял, что смерть — не самое ужасное, что может приключиться с человеком.

…Снейп в класс буквально влетел, на сто двадцать процентов соответствуя бытующему среди студентов прозвищу зельевара — Летучая мышь подземелий.

Как и все учителя, он начал занятие с того, что открыл журнал и начал проводить перекличку. И, как и почти все, остановился, дойдя до фамилии Поттер.

— О, да, — негромко произнес он. — Гарольд Поттер. Наша новая знаменитость.

Малфой и его друзья — Крэбб и Гойл издевательски захихикали, прикрыв лица ладонями. Зельеварение сегодня проходили совместно со слизеринцами.

Закончив знакомство с классом, Снейп обвел аудиторию внимательным взглядом. Его глаза были черны, холодны и пусты, и почему-то напоминали оружейные дула.

— Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку.

Снейп говорил почти шепотом, но ученики отчетливо слышали каждое слово, и Харальд мысленно это одобрил. Он знал, что для того, чтобы тебя слушали нельзя кричать — нужно было сделать так, чтобы тебя действительно слушали. А Снейп это делать явно умел — как и профессор МакГонагалл, он обладал даром без каких-либо усилий контролировать класс. И как и на уроках трансфигурации, здесь никто не отваживался перешептываться или заниматься посторонними делами.

— Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… О, да… Я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой саму смерть. Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.

После этой короткой речи царившая в курсе тишина стала абсолютной. Грейнджер нетерпеливо заерзала на стуле — судя по ее виду, ей не терпелось доказать, что уж ее никак нельзя отнести к стаду болванов. Харальд начал мысленно перебирать всё, что он знал о изготовлении зелий…

— Поттер! — неожиданно произнес Снейп.

— Я, сэр! — с готовностью подскочил с места мальчик, вытягиваясь по струнке и преданно поедая глазами профессора.

— Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни?

В воздух немедленно взвилась рука Грейнджер.

— Получится эликсир живой смерти, сэр! — без запинки ответил Харальд. — Одно из самых простых и сильных усыпляющих зелий, сэр!

Лицо Снейпа было непроницаемо.

Харальд заставил себя не отводить взгляд и смотреть прямо в эти холодные глаза, взирающие на него с равнодушной беспощадностью двухорудийной корабельной башни.

— А если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать?

— В вашем хранилище, сэр! — по классу пронеслись неуверенные смешки. — Но изначально безоаровый камень — это образование из плотно свалянных волос или волокон растений в желудке или кишечнике жвачных животных, лошадей, кошек, реже свиней и собак, иногда человека. Чаще всего для алхимических целей используются камни из желудков крупного и мелкого рогатого скота.

Профессор выслушал эту мини-лекцию с совершенно равнодушным видом. Харальд начал беспокоиться.

— Ясно, — саркастическим тоном произнёс Снейп. — Тогда… В чём разница между волчьей отравой и… Впрочем, я уже убедился, что мистер Поттер добросовестно прочитал «Тысячу волшебных растений и минералов». И, наверное, даже всю первую главу. Вот только если он или кто-то ещё думает, что книги — это всё, то глубоко заблуждается. Особенно, если он прочитал всего лишь одну книгу. Верно, Поттер?

Смешки в классе чуть громче, но теперь их источник сместился в сторону слизеринцев.