Иными словами, он начинает действовать в соответствии с ее указующим образом; чтобы руководить своим поведением, действительность ему больше не нужна. Вначале этот образ может быть сознательным, но с течением времени он все глубже погружается в подсознание, так что навыки кишечника приобретают все более автоматический характер.
Этот образ матери, ожидающей стула, который постепенно внедряется в бессознательную личность младенца и который в течение всей остальной его жизни будет воздействовать на него так же, как если бы мать была рядом, является одним из первых элементов, составляющих Суперэго. Образ этот сопровождается его собственным образом в виде хорошего мальчика, то есть мальчика, ведущего себя так, чтобы удовлетворить свою мать и свое собственное побуждение к развитию или физис; и этот образ является одним из первых элементов, составляющих его Идеал Эго, идеальную личность, которой он хотел бы быть.
Таким образом, выработка навыков кишечника зависит от роста нервной системы и от развития Суперэго, в том числе Идеала Эго. Срывы происходят большею частью в тех случаях, когда возникает раздражение и когда напряжение мортидо становится достаточно сильным, чтобы преодолеть сдерживающие силы Суперэго; обычно это связано с какой-нибудь реальной или воображаемой обидой или с лишением любви. Мортидо может быть удовлетворено либо активным, либо пассивным путем. Младенец может оказаться упрямцем, активно задерживающим свои дары и целыми днями отказывающимся приводить в действие свой кишечник, пока не будет устранена фрустрация или возвращена любовь; или же он может перестать управлять кишечником, пассивно допуская происшествия. Эти «происшествия» доставляют ему добавочное удовлетворение, когда он начинает понимать, что значит «грязное»; он замечает, что унижает и наказывает свою мать, которой приходится за ним убирать.
Эти две формы возмездия и удовлетворения мортидо часто сохраняются и в зрелом возрасте у людей, личность которых отчасти задерживается на кишечной стадии поведения, или, как ее называют, на «анальной стадии». Конечно, Идеал Эго не позволяет им действовать так грубо, как они поступали в младенчестве, но в их поведении проявляются те же характерные особенности. Люди этого рода выказывают свою злобу или удрученность одним из двух способов: либо они все портят, в буквальном или переносном смысле этого слова, и это весьма легкий способ поведения, не требующий особой оригинальности, выдержки или решимости; либо они упрямятся, задерживая все дела и пытаясь контролировать ситуацию мелочными придирками, скорее изматывающими, чем угрожающими. Они как будто говорят вам: «Все будет делаться в таком порядке, как мне угодно, если даже в конечном счете выиграете вы». Впрочем, если они проявляют больше решимости, то конечный выигрыш может оказаться за ними.
Если «анальное мортидо» не получает в детстве достаточного удовлетворения, оно может проявляться не только при особых обстоятельствах, но и стать основной движущей силой личности. Это приводит к двум типам «анальной» личности, которые встречаются в чистом виде или в сочетании друг с другом: «пассивный», или беспорядочный тип с характерными для него неопрятностью и видимой нерешительностью, часто страдающий поносом или колитом; и «активный», или упорядоченный тип, проявляющий упрямство и язвительность, чрезмерную придирчивость к деталям мышления или деятельности без отношения к действительным результатам и часто страдающий запором.
Сравнивая анальный способ удовлетворения мортидо с более ранним «оральным» способом, мы видим, насколько различны эти стадии развития. Пассивная форма оральной обиды проявляется в отказе от еды и в болезни, пассивная форма анальной обиды – во всякого рода порче; активная форма орального возмущения выражается жестокими укусами, активная же форма анальной злобы – упрямством и задержками, а иногда еще своеобразным видом жестокости.
Еще не вполне ясно, почему некоторые люди так сильно привязаны к той или иной ранней фазе своего развития, обнаруживая во взрослом состоянии те же слегка замаскированные способы реагирования – анальный или оральный. Хотя помехи в развитии, о которых идет речь, обычно могут быть связаны с вынесенными из детства неудовлетворенными напряжениями, здесь, по-видимому, играет роль и конституция индивида. Это заметнее всего у некоторого вида анальной личности, типично эктоморфного телосложения; возможно, имеет значение тот факт, что эктоморфы часто страдают несварением желудка и кишечника. Висцеротоники, по данным некоторых авторов, часто принадлежат к оральному типу.
Старый мистер Кроун, с которым мы уже знакомы как с одной из жертв Нана, представлял собою почти чистый анальный тип. Он был выраженным эктоморфом – высоким, тощим и долговязым с длинными неуклюжими ногами и вытянутым лицом. У него была костлявая шея, торчащие уши и загнутые книзу уголки рта. Движения его были резкими, фигура выглядела жесткой, а кожа была тонкой и серой. У него никогда не было друзей, потому что он больше интересовался своим кишечником и своим бюджетом, чем другими людьми.
Мистер Кроун имел приличный доход, но был скуп и проживал в маленькой комнатке на Рейлроуд-Авеню, питаясь хлебом и водой. Ежедневно он принимал одну и ту же пищу, в одно и то же время, в том же углу и каждый раз клал свои тарелки в одно и то же место. По утрам он возился с чем-нибудь в ванной, днем подсчитывал вчерашние расходы, а в вечернее время проверял счета за прошлые годы и просматривал свое собрание журналов.
Мистеру Кроуну было около семидесяти лет; вот уже тридцать лет он дважды в неделю навещал доктора Нейджела, чтобы пожаловаться на свой кишечник. Всю жизнь он страдал запором, и в шкафу его была полка, уставленная всевозможными слабительными. Прежде чем с ним поселилась Нана, единственным разнообразием в его жизни была смена лекарств, которую он делал каждые несколько дней. При каждом посещении доктора он описывал движения своего кишечника во всех подробностях, иногда с гордостью, а иногда с сожалением в зависимости от силы и оригинальности, которые в них усматривал; что касается доктора, то он, согласно замечанию известного писателя на медицинские темы доктора Гарри Бекмана, должен был мысленно сравнивать описания пациента со стандартными движениями кишечника, сохраняемыми под стеклянным колпаком в парижском архиве рядом с эталоном метра.
Конец ознакомительного фрагмента.
Примечания
1
The Mind in Action – первое название этой книги (1947). – Примеч. пер.
2
Основа и источник (лат.). – Примеч. пер.
3
Перевод А. И. Фета был сделан с издания 1972 года. К этому времени Э. Берн уже осуществил свое намерение, написав книгу The Structure and Dynamics of Organisations and Groups. Philadelphia: J. B. Lippincott Company, 1963; New York: Grove Press, 1966. – Примеч. ред.
4
Кажущимся исключением из этого правила является сложное заболевание, именуемое «афазией», на котором мы здесь не будем останавливаться.
5
Midas King – «царь Мидас»; здесь и далее имена стилизованы. – Примеч. пер.
6
Nana Curtsan – «куртизанка Нана». – Примеч. пер.
7
Meleager – «Мелеагр». – Примеч. пер.
8
От лат. Frustrate – расстройство, крушение надежд. – Примеч. пер.
9
От лат. libido – вожделение, похоть. – Примеч. пер.
10
Неологизм, от лат. mors. – Примеч. пер.
11
Старостью я называю возраст начиная с восьмидесяти пяти. В среднем возрасте нет никакого естественного спада половых сил, хотя и наблюдается искусственный спад. Каков бы ни был лев, он может упасть духом, если его лет сорок продержать в клетке.
12
От лат. Sublimis – высокий, возвышенный. – Примеч. пер.
13
Трюфели в шампанском (франц.). – Примеч. пер.
14
Заметим, что не только человек, но и другие млекопитающие, по-видимому, способны к образованию «Суперэго» посредством аналогичного процесса интроекции. Из таких животных получаются друзья человека, потому что им можно доверять. Другие животные – не друзья, а всего лишь исполнители; их можно «тренировать», но доверять им нельзя.
