как недостижимые и как демонстрация зацикленности Никсона на войне. На самом же деле мы получили условия лучше, чем считалось возможным, в результате переговорного процесса, который я описал. Различия между тем, что мы выдвинули в мае 1971 года, и тем, что мы достигли, носили в основном технический характер.
Ханой уступил в ключевом вопросе, суть которого состояла в том, что сайгонское правительство может остаться у власти и что сайгонское правительство не должно быть изменено в результате переговоров. И какие бы то ни было изменения будут иметь место только как результат волеизъявления вьетнамского народа. Но существующее правительство будет оставаться у власти и являться основным участником выполнения соглашения. Это была ключевая уступка.
Осенью 1972 года мы впервые получили аналитическое преимущество. До этого Ханой правильно оценил, что недостаток выносливости американского народа вынудит нас выйти из войны. Таким образом, в течение четырех лет они действительно вели переговоры только для того, чтобы затягивать войну до тех пор, пока они могли придать ей последний толчок своим наступлением.
Потом Америка продемонстрировала больше решимости, чем они ожидали. Они вдруг запаниковали в связи с тем, что произойдет, если Никсон будет переизбран. Итак, начиная примерно с первых чисел сентября они очень хотели договориться относительно графика окончания войны, когда до этого их прессинг был с точностью до наоборот. У нас было преимущество в том смысле, что они были в ужасе от перспективы переизбрания Никсона. Но мы знали, что, даже если его переизберут, он потеряет конгресс, как это случится, согласно всем опросам, и конгресс заставит законодательным путем и голосованием вывести нас из войны, независимо от того, что там происходило. Так, мы и они сошлись в попытке покончить с этим до выборов. Но преимущество Никсона на выборах было настолько велико в это время, что это было совершенно не нужно по внутренним соображениям.
Да к тому же он не захотел бы заключить несовершенное соглашение только для того, чтобы добиться переизбрания. Более того, ему это и не нужно было.
Да, потому, что критика заключалась в том, что Никсон согласился бы на все, что угодно, лишь быть переизбранным.
Да.
Прежде всего, Никсон не любил возиться с деталями. Он не направлял подробные инструкции во время переговоров. Когда соглашение было завершено, мы сказали северным вьетнамцам, что теперь оно должно быть направлено Никсону на одобрение, что он и сделал. Но он одобрил общий план документа, когда мы начали переговоры. Такими методами Никсон и я работали вместе, когда мы обговаривали общие принципы, и он не стал бы менять свое мнение задним числом в связи с каждым шагом по пути переговоров. Затем, в конце пути, он, разумеется, продемонстрировал бы свою президентскую роль в виде окончательного утверждения.
То, что мы получили на этих переговорах, как нам говорило движение за мир в течение двух лет, было недостижимо. Смотрите запись переговоров. Мы не сделали никаких существенных уступок в финальные переговоры.
Итак, к октябрю 1972 года вы достигли своих целей на переговорах. Каковы были основные характеристики Парижских соглашений? Почему вы считали, что соглашение будет подписано, и почему вы думаете, что оно в конечном счете не имело успеха?
Да. Мы думали, что достигли ключевых целей. Помните, я указал, что мы уже более или менее отладили темпы вывода американских войск. Но главная цель, из-за которой все предыдущие переговоры провалились, заключалась в настойчивости Ханоя по поводу того, что перед началом любого мирного процесса, прежде чем они даже станут говорить об освобождении американских пленных, сайгонское правительство должно было быть свергнуто. Свержение сайгонского правительства было условием, которое имело приоритет над всеми остальными условиями для ханойских участников переговоров. И это было пересмотрено их октябрьскими уступками.
Итак, когда у вас появилось соглашение, которое было завершено, у вас возникла какая-то уверенность в том, что это может завершиться успехом.
Позвольте мне объяснить, в чем состояли основные условия январского соглашения 1973 года. Имело место прекращение огня. Был установлен запрет на проникновение, и единственное новое оборудование, которое может быть ввезено в Южный Вьетнам, будет заменой имеющихся в наличии поврежденных или уничтоженных видов вооружений. Система контроля со стороны ООН будет наблюдать за выполнением договоренностей. Таким образом, баланс не мог бы быть нарушен, кроме как незаконным проникновением.
Итак, мы были убеждены в том, что в результате этих положений южные вьетнамцы будут в состоянии противостоять каким угодно вооруженным силам, остающимся в стране. И что мы поможем им в случае массированного нападения, которое будет означать полное нарушение всех ключевых положений.
Был также создан международный механизм для проверки того, что ввоз нового оборудования во Вьетнам может осуществляться только через уполномоченные контрольно-пропускные пункты Организации Объединенных Наций. Эти положения применялись к обеим сторонам. Одновременно мы согласились с принципом, в соответствии с которым Соединенные Штаты окажут некоторую экономическую помощь Северному Вьетнаму, которую мы задумывали как средство контроля над исполнением соглашения. Фактически же Никсон направил меня в Ханой в феврале 1973 года для обсуждения ряда деталей экономического пакета.
Эта помощь также была распространена на Южный Вьетнам, Лаос и Камбоджу.
Да. Все положения соглашения распространяются также на Лаос и Камбоджу. Теперь северные вьетнамцы заняли позицию, согласно которой коммунистические силы в Лаосе и Камбодже имеют автономный характер и они не всегда могут гарантировать, что эти страны будут выполнять предпочтения Ханоя. Мы обнаружили позже, что это было, вероятно, верно для Камбоджи, но, конечно, не соответствовало истине в отношении Лаоса.
Кроме того, это экономическое положение рассматривалось как стимул для ханойского Политбюро, чтобы оно могло предпочесть восстановление своей экономики и как направленное против нарушения соглашения. И мы надеялись, что это, вместе с другими факторами – например, с заинтересованностью китайцев и русских в сдерживании северных вьетнамцев, американской поддержкой – будет содействовать сохранению соглашения.
Кроме того, у нас было достаточно опыта к этому времени, чтобы понять, что напряженность в отношениях между Китаем и Советским Союзом была довольно серьезной. И что Китай, конечно, не был заинтересован в еще одной военной операции в Индокитае.
Итак, мы думали, что все эти факторы вместе создали вполне искомый результат. С ним мы могли бы достичь нашей основной цели – положить конец войне, которую вели три американские администрации от обеих партий, предоставив союзному правительству, полагавшемуся на нас, возможность выжить. Это было нашей главной задачей.
Была критика соглашения из-за придирок со стороны бюрократии, которая вылезла со словами о том,
