Попрощавшись со слугой, я подхватила саквояжи и отправилась во внутренний двор крепости. Седой бородатый старичок в оборванном тряпье повел меня коридорами в казарму новобранцев.
Я вошла в помещение с маской ледяного безразличия и заняла первую попавшуюся на глаза пустую койку. Закинула сумки под кровать, сама плюхнулась сверху и сделала вид: что задремала, прикрыв рукой глаза. Исподтишка я наблюдала за снующими туда-сюда мужчинами. Это были не юноши как в академии, да и сопляки бы сюда не сунулись. Все несколько десятков окружающих меня индивидов были как на подбор: подтянутые, натренированные, с мускулистыми телами и возрастом постарше меня. Мой внутренний эстет бился в экстазе от этой картины. Пока не заработала косоглазие, я прикрыла глаза и уснула.
Я привыкла вставать с рассветом, поэтому проснулась с появлением первого солнечного луча. Схватила одну из сумок и рванула в душевую. Здесь никого не было, поэтому я наскоро ополоснулась, наложила брови и почистила зубы, сразу переоделась в тренировочный костюм и обула мягкую обувь. Вернувшись в общую спальню, упаковала снятую одежду в сумку и закинула ее под кровать, туфли поставила рядом, а плащ закинула на спинку изголовья. Повязав ножны с клинками, я решила не мешать остальным досматривать сладкие сны, поэтому покинула казарму.
Выйдя из здания, я огляделась и направилась к тренировочной площадке. Немного поразмявшись и прикрыв глаза, я начала свой излюбленный танец с клинками. Я только начала свою тренировку, как вдруг мое оружие со звоном обрушилось на препятствие. Я распахнула глаза и уставилась на три столкнувшихся лезвия: два – моих клинков, и одно – катаны. Передо мной стоял мужчина и по росту мой взгляд был направлен на мускулистую широкую грудь, по объему почти как две мои. Я подняла взгляд и обомлела. На меня смотрели яркие синие глаза, а через все лицо их обладателя: сверху вниз от правой брови, минуя глаз и далее до самой скулы, протянулся глубокий резаный шрам. От неожиданности я зависла – ведь в этом мужчине с черными длинными волосами я узнала своего соседа.
Он оттолкнул меня, разъединив оружия, занес меч и обрушил на меня удар, я уклонилась и атаковала в ответ. Мы закружились в смертоносном вихре. Оказалось, что я была права: воздушник. Я видела, что брюнету не составляло труда отражать мои атаки, он играючи нападал на меня. При этом я ни разу не ощутила, будто надо мной издеваются, он просто изучал мои способности. Это была потрясающе захватывающая тренировка – я так не упражнялась со времен академии. Я сделала несколько ложных выпадов и прыгнула на противника, обхватывая ногами, и по инерции он завалился на спину. Но не успела я скрутить мужчину, чтобы обездвижить, как он резко перевернулся и придавил меня к земле, прижав к горлу лезвие. Я ощутила: как по телу пробежала волна возбуждения от такого близкого контакта и прикрыла глаза, признавая поражение. Брюнет убрал оружие в сторону и поднялся с меня. Когда я приняла вертикальное положение, то оказалось: что за нами наблюдала почти сотня глаз. Не успела толпа разойтись, как вдруг прозвучал грубый мужской голос:
- Участники отбора, прошу следовать за мной.
Я не видела говорившего, но последовала за толпой. Мы вышли за ворота крепости, свернули налево и зашагали между рвом и стеной. Через несколько минут мы остановились, и я услышала ошарашенные ахи толпы. Я повернула голову в ту же сторону, что и все, и оторопела. На стене была вертикальная полоса препятствий, причем до самого верха. Она описывала круг. То есть: необходимо не просто забраться на самый верх по стене в десяток человек ростом, а еще и спуститься, описав окружность. «Вот это я попала… Что ж, Алеста, ты знала - куда шла». Комментатор снова подал голос:
- Это испытание на выносливость. Пользоваться магией и стихиями запрещено. Необходимо пройти десять кругов, после каждого мои помощники будут повязывать вам на руку ленту. Вас сейчас сорок четыре человека. Через пять часов: у кого будут все десять лент, могут отдыхать до завтрашнего дня. Остальные соберут свои вещи и покинут крепость. Начали!
«Пять часов… десять лент… по полчаса на круг… это же ахренеть…» - приличные мысли покинули мою голову, и я ринулась за толпой. Первые семь кругов мне дались относительно легко, на восьмом я стала часто останавливаться на передышку. На девятом круге я уже с трудом дышала и держалась за брусья из чистого инстинкта самосохранения, чтобы не сорваться вниз с такой высоты, но мне все же повязали девятую ленту.
Я сидела на земле и не могла заставить себя встать: каждая клеточка тела горела огнем, как вдруг меня подхватил воздушный поток и поставил на ноги. Участникам запрещено пользоваться магией, поэтому я оглянулась на судейский стол. Возле него стоял мой черноволосый сосед и, прищурившись, пялился на меня. «Неужели спарринг тебе так понравился: что не хочешь выгонять свежее мясцо – да быть того не может» - с такой мыслью я ухватилась за первый брус полосы препятствий. Я лезла медленно, едва переставляя конечности, которые уже дрожали от напряжения и усталости. Мне оставалось каких-то пять метров до конца этого адского круга, как вдруг балка стала мокрой и скользкой, на которую я прыгнула животом, а затем и повисла на ней руками, чтобы перенести вес на соседнюю опору. Мои руки стали соскальзывать, и я посмотрел вниз – падать высоко, без переломов не обойдусь. Неожиданно заметила на своей груди кровавые подтеки и ощутила на лице что-то мокрое и липкое. Все ясно: от перенапряжения у меня потекла носом кровь и я сама намочила брус и теперь соскальзываю с него. Несколько секунд я пыталась нащупать ногами опору, но в глазах потемнело…
Я распахнула глаза и принялась осматриваться. Я лежала на узкой койке в помещении, пахнувшем всевозможными зельями – лазарет. Быстро оглядела и ощупала саму себя: одета и оружие при мне. Передо мной стояла светловолосая целительница в белоснежном балахоне, и протягивала мне какую-то склянку. Я, не думая, опрокинула содержимое в себя и закашлялась, потому как за спиной девушки увидела своего соседа по коттеджу. Он пристально сверлил меня недовольным взглядом. Девушка коротко поклонилась ему и молча выскользнула из палаты, оставляя нас наедине. Он тоже не снизошел ни до каких комментариев или объяснений, а просто подошел к койке и за шкирку вздернул меня с нее, словно котенка. Едва мои ботиночки коснулись пола, как мужчина обхватил рукой мое запястье и поволок на улицу. Я даже
