Читаем без скачивания Дом Воды и Воздуха (СИ) - Евгения Бойко

– Серьезное сходство.

– Конечно. Носы могут быть похожи по форме, но измени разрез ноздри и все – фасон не тот.

– Туше, – Анастас поднял руки.

Сегодня Анастас пригласил Дейм отобедать в компании нескольких близких друзей. Женщина явно ему нравилась, особенно после того как он узнал кого она винит в смерти родителей. Он попросил Елену приехать раньше остальных гостей и как гостеприимный хозяин показывал ей дом – прелестное старое здание, построенное в середине девятнадцатого века и являющее собой превосходный образчик архитектуры.

Когда гости разбрелись, он предложил Дейм выпить с ним вина и просмотреть несколько вариантов оформления его нового офиса. Свет от монитора бросал на его причудливые блики и взгляд Елены, раз за разом возвращался к ровной красной царапине пересекающей его лицо.

– Не знаю, чем я думал, когда оскорбил сестру Гая, а после согласился на дуэль. В последнее время, кажется, я схожу с ума.

– Мы все напряжены в последнее время. Никто не может спать спокойно, пока по городу разгуливает убийца.

– Убийца здесь не причем, – Анастас покачал головой.

– Почему вы повздорили с Гаем?

Анастас поднялся и подошел к мини-бару, показав ведьме бутылку красного вина. Она кивнула, соглашаясь с его выбором.

– В числе прочего из-за разных взглядов на то кто должен стоять у власти. Он не хочет открыто признать, что на самом деле нами правит не королева, а ее ближайшее окружение.

Елена изогнула брови, предлагая ему продолжить. Что-то такое она и предполагала.

– Наша бедная королева тронулась разумом. Давно, очень давно. Я ничего не имею против нее, но держать безумную на троне и позволять помыкать ею как куклой… отвратительно.

– Что с ней произошло?

Анастас разлил по бокалам вино, один из которых протянул ей.

– Прежде чем я расскажу о Гизелле, или о Келиане – это ее настоящее, данное матерью имя, – я хочу напомнить, что представляла собой мир в 1095 году. Это было жестокое время «рыцарей», усмирить которых не мог ни король, ни церковь. Вдоль дорог монахи ставили деревянные кресты, и того, кто прижимался к ним, не должны были убивать. Рыцари грабили купцов, избивали и увечили крестьян, насиловали их дочерей. Налоги были непомерно большими, иногда и вовсе безмерными. Свободные крестьяне превращались в сервов. Ютились в тесных лачугах с окошками затянутыми бычьими пузырями, без дымоходов – только с отверстиями в крыше через которые выходил дым. Неграмотные и грязные, такие же по сути, как и их «господа». Рыцари пренебрегали грамотой, считая, что она пятнает душу. Единственным богом для рыцаря был его меч. Тот меч, которым он выпускал кишки требующим справедливости сервам.

Вино в бокале на миг показалось ей кислым – она достаточно знала историю, чтобы понимать – сказанное Анастасом правда. Время галантности и Прекрасных дам еще не наступило. До гуманизма было далеко: правили бал беззаконие, насилие и жажда наживы. Рыцарские романы описывали крестьян как чумазых разбойников, которых надлежало грабить и истреблять.

– Когда тюрки подступили к Константинополю, император Алексей послал послов к Папе Урбану II. Последний был, как бы сейчас выразились «ушлым малым» и понял, куда можно отправить обнаглевших господ и озверевших крестьян. В путь тронулись соблазненные монахами бедняки, а через год – рыцари. Официально цель была благой – освобождение Гроба Господнего. Грандиозное шествие отребья через Европу. Бедные, голодные и полубезумные. Не знающие дороги и порой следующие за случайно отбившейся от стада козой, видя в нем знак Божьей воли.

Анастас поднял бокал, рассматривая, как играет в нем свет, красное как кровь вино у стенок бокала казалось фиолетовым.

– Вот и представь, куда попала младшая и любимая дочь короля, пятнадцатилетняя принцесса, выросшая в роскоши, не знавшая лишений и не видевшая насилия. Неизвестно как она попала в портал: может за ней гнались подосланные старшими братьями убийцы, или ей просто стало интересно… Она считалась мертвой до тех пор, пока ее случайно не обнаружили в монастыре как сестру Гизеллу. С момента исчезновения прошло десять лет.

– Как же она восстанавливала ауру?

– Должно быть, по глотку воровала у других сестер. Гизелла оказалась неглупа, если так можно назвать тронувшуюся разумом, она неплохо освоила латынь и переписывала в скриптории свитки, достаточно редко бывая на солнце. Ее провозгласили королевой, но она не приняла старое имя и не вышла замуж.

Реальная жизнь может сломать кого угодно, не только пятнадцатилетнюю девочку, оказавшуюся далеко от дома, без родных и слуг, решила Елена. Гизелле еще повезло, что она попала в монастырь. Но что она повидала до того? Бедность, голод, возможно насилие – кто защитит ребенка от ошалевшего отребья? Просто чудо, что ей удалось спастись, не зная языка, и не имея покровительства.

– Как она попала в монастырь? – все же решилась просить Елена.

– Поговаривают, Гизелла была чьей-то любовницей, и смогла сбежать, прихватив кое-какие драгоценности. Может, солгала монахиням, что это ее приданное и стала послушницей. Если денег достаточно, церковь может закрыть глаза на то что «невеста христова» не невинный цветок. А там кто его знает.

***

В отделе пахло кофе, пирожками и хвойным освежителем которым кто-то попытался заглушить неповторимый букет обеденных ароматов. Мой сосед одной рукой собирал документы для летучки, второй запихивал в рот остаток бутерброда и смахивал крошки с рубашки. Уже на ходу набросил на плечи пиджак и схватил подушечку Орбита. У него было секунд двадцать – пожевать ее на пути к кабинету шефа и выбросить в мусорное ведро.

– Гели, отправишь на мой мэйл график ночных дежурств? Шеф переслал их тебе.

Я кивнула и налила себе кофе. В углу у кофе-машины висело расписание отпусков и график дежурств на эту неделю. Бросив в чашку дымящейся жидкости два кубика сахара, я поборов тошноту сделал первый глоток. Утренняя тошнота была верным признаком того что пора в отпуск. Меня раздражали радостные лица коллег, разговоры о предстоящих праздниках и обсуждения возможных подарков. Я видела не удивленно-радостные лица получателей, а огромные счета на вещи которые по-настоящему никому не нужны. Бестолковые капиталовложения.

Две младшие оперативницы возле окна поливали цветы и тихонько как им так думалось, обсуждали парней из отдела внутренней безопасности. Девицы добрались до самого интересного, когда дверь, с грохотом открылась, и в отдел ворвался плутоватого вида мужчина в темно-синем костюме. В нем с трудом опознавался заместитель руководителя связей с общественностью. Он настолько успешно занимался своей работой, что лично я видела его лишь однажды, на прошлогоднем сборище, где он налаживал связи с двумя девицами. Полагаю, ему в тот вечер ничего не обломилось.

Окинув офис всеобъемлющим взглядом, мужчина избрал жертву и передислоцировался к моему столу. Я сосредоточилась на расстановке папок по местам, надеясь, что он либо скажет что ему надо, либо – и это будет лучше всего, – уйдет.

– Скажите, каково заниматься такой сложной и опасной работе столь милой и воспитанной девушке?

Не ушел.

– Так же как заниматься этой работой мужчине. За исключением нескольких нюансов. – Я ведь все-таки «милая и воспитанная девушка» и не могу с порога заявить «Всем на пол, а то пристрелю к чертям собачьим». Не поверят.

– А драки?

Я пожала плечами.

– Вы, наверное, владеете джиу-джитсу, тайквандо или уличной борьбой?

Заместители бывают двух видов: деятельные, делающие всю работу непосредственного руководителя, и негодники – не делающее вообще ничего, заставляя подчиненных негодовать, отчего такой тупица занимает такую должность. Этот, судя по всему, принадлежит ко второму.

– Магия? Снова нет? Как же вы справляетесь?

– Бегаю быстро.

Я всем сердцем за философию выживания сильнейшего, но сильнейший не значит гора мускул и мощный апперкот. Плох оперативник, отстаивающий позицию с помощью презренной физической силы. Ум – вот лучший инструмент. Разумеется, бывают случаи (встреча с оголодавшим вампиром, например) когда до разума соперника не достучаться, но тогда лучше здраво оценить шансы на удачный исход дела и вовремя исчезнуть. Жизнь многих хороших полководцев и воинов оборвалась из-за мнимого бесчестия отступления. Умение вовремя сделать ноги многого стоит.