От жителей Страны утренней свежести мне часто доводилось слышать такой вопрос: «А в Корее есть ассоциация россиян?» Когда я отрицательно мотал головой, то нередко слышал в ответ сочувственное: «Да, тяжело тебе приходится». А потом мне советовали создать ее и стать председателем этого собрания. А как же без собрания-то? Человек обязательно должен быть частью какого-то коллектива, с его регулярными встречами, заседаниями и вечеринками. И чем дальше от родины, тем влияние таких объединений становится мощнее. Жизнь без ассоциаций, клубов, землячеств и прочих сообществ для корейцев немыслима…
3. «Наш муж», «наша жена», «мы»
Жить в обществе и быть свободным от него нельзя. Это известное изречение приложимо к лю-обществам, к любой нации, но, глядя на корейцев, особенно сильно ощущаешь его верность.
Корейцы большие коллективисты. Это, пожалуй, одно из самых сильно выраженных национальных качеств. В принципе, у всех восточных народов гораздо сильнее, чем на Западе, развито чувство принадлежности к какому-то сообществу, коллективу. И корейцы здесь подпадают под распространенную в азиатских странах тенденцию.
Жизнь гражданина Страны утренней свежести протекает среди множества коллективов, он постоянно плавно переходит из одного в другой, причем часто связь с группами не теряется на протяжении всей жизни. Конечно, в любой стране люди входят в то или иное сообщество или группу, но кореец искренне, всей душой, а не формально чувствует свою принадлежность к данной группе, становится частичкой сообщества.
Коллективы в корейском обществе самые разные. Прежде всего, это конечно же семья. Но не просто «папа, мама, я», а целый клан, сообщество всех родственников. Им положено регулярно собираться, по крайней мере два раза в год: на два крупнейших праздника – Чхусок (Праздник урожая, отмечающийся осенью) и Сольналь (Новый год по восточному календарю, приходящийся на конец января – начало февраля). Такая родственная взаимозависимость, когда половина населения страны дружно едет к старейшинам своих кланов, чувствуется в эти праздники особенно хорошо.
Потом появляются школьный коллектив, в университете – студенческий, в фирме – корпоративный. Добавьте сюда всевозможные землячества, секции, где общение не ограничивается, например, совместными занятиями спортом.
Создается такое впечатление, что ощущать себя частью коллектива – генетическая потребность для корейцев. В целом такой подход удобен: коллектив всегда позаботится о тебе, поможет во всех делах, в том числе и материально, подбодрит, отстоит твои права… Однако и ты должен при необходимости сделать все для своей группы. Коллектив – своего рода кокон, который окутывает каждого корейца, защитный барьер, ограждающий от возможно враждебного влияния окружающего мира. В Корее запросто можно прожить жизнь, не выходя за рамки общения в пределах основных коллективов. А вот без ощущения принадлежности к коллективу кореец часто теряется, чувствует себя беззащитным. Это хорошо бывает заметно по тем, кто выезжает на учебу за рубеж.
Конечно, далеко не все, но многие выглядят растерянными, оторвавшись от привычных сообществ.
Вообще делать что-то в Южной Корее одному, мягко говоря, не принято. Однажды мы отмечали чей-то день рождения с друзьями в баре, а через столик от нас спокойно сидел кореец и цедил потихоньку виски, думая о своем. Мои товарищи тут же сказали: «Странный человек, очень необычное поведение, наверняка у него серьезная проблема».
Именно поэтому многие корейцы просто органически не могут ходить есть поодиночке. В том же университете многие из однокашников могли запросто отказаться от обеда, если было не с кем пойти в столовую. Казалось бы, что тут такого: взял и пошел, набрал на поднос еды, уселся за стол и поел, тем более что народу вокруг столько и люди так часто сменяются, что никто на тебя и внимания не обратит… Но нет, без компании лучше голодать. Когда я несколько раз поел в одиночестве – у нас с однокашниками не совпадали часы лекций, – надо мной установили чуть ли не шефство. Корейские друзья часто ходили со мной в столовую и просто сидели рядом. Если они поели раньше, то ничего себе не брали, а просто составляли компанию, ведь одному – нельзя, один – это плохо, значит, с человеком что-то не так. С другой стороны, меня потом не удивляли просьбы: пойдем посидишь со мной в столовой, а если уже поел, то просто чай возьми. Я шел и сидел – как тут отказать, если человек без «сопровождения» вообще может голодным остаться?
Существование подобного рода отношений объясняет болезненную реакцию корейцев на ситуации, когда коллектив объявляет им бойкот. Особенно чувствительно это в школе, университете, на фирме, то есть там, где с коллективом ты вынужден контактировать и при этом постоянно чувствовать свою изоляцию. Отверженных коллективом людей называют «вантта». Насколько можно судить по рассказам, подобное регулярно с кем-то происходит и переносится очень болезненно, некоторые случаи даже заканчивались самоубийствами. Так что без коллектива в Корее никуда.
У корейцев есть одно интересное понятие – «ури». В переводе это местоимение «мы», но чаще всего оно выступает как обозначение «нашего» коллектива, «нашей» группы, «нашего» сообщества. Примечательно, что кореец никогда не скажет «моя семья», «моя школа», «мой класс» – только «наша», с использованием этого самого «ури». Доходит до смешного, и западному человеку очень тяжело понять некоторые вещи. Например, в Корее не скажут «моя жена», «мой муж» – только «наша» или «наш». Как будто в стране разрешено многоженство или, наоборот, у женщины может быть несколько мужей. Нет, с этим все нормально, но тем не менее «наш муж», «наша жена»… Логику не ищите, просто помните, что так принято. Это, кстати, очень сильно удивляло даже японцев. Казалось бы, тоже нация, известная своим коллективизмом, но свою жену «нашей» никогда не назовут.
Вместе с тем надо сказать, что стремительные перемены, которые поначалу особенно сильно заметны были в экономике, коснулись и устройства общества. Постепенно индивидуализм начинает все глубже и глубже пускать корни и в Южной Корее.
Ослабевают связи между родственниками, не так сплочены студенческие коллективы, люди чаще думают о себе, начинают оперировать понятием «я» и все реже и реже считают себя частью чего-то большого, говоря «мы». Побеседуйте с кем-нибудь из пожилых корейцев – сразу услышите извечное: «Да, нынче люди не те. Общество уже не так ценят». Правда, на фоне стран Запада корейцы все равно люди коллектива.
4. Чхусок и Сольналь – два главных праздника
В Южной Корее хватает праздников – начиная от Дня освобождения и заканчивая Днем высадки деревьев. Сами корейцы однажды подсчитали все свои праздники и удивились – по количеству официальных праздничных дней они находятся в числе мировых лидеров.
Несмотря на относительное обилие «красных дат», в Южной Корее есть два праздника, которые, без сомнения, являются главными. Это Новый год по лунному календарю, или, как его еще иногда называют, Восточный новый год, по-корейски звучит как «Соль-наль». Отмечается он в январе – феврале. Привычный же россиянам Новый год в Южной Корее особо не празднуют.
Вторая дата, которая примерно равна по масштабам и значимости для корейцев, – Чхусок. Название этого праздника переводят либо как День урожая, либо как День благодарения. Отмечается он в сентябре – октябре: именно на этот период приходится в Корее сбор урожая.
Вот эти-то два праздника – Сольналь и Чхусок – для южных корейцев самые главные и важные. Так как их даты устанавливаются по лунному календарю, то и получается, что по привычному нам календарю нельзя назвать их точные числа, которые немного варьируются год от года.
Для иностранца, привыкшего к мегаполису-муравейнику, в эти дни корейские города приобретают крайне необычный вид – улицы словно вымирают: практически нет машин, многие магазины и почти все рестораны и кафе закрыты, банки, фирмы и прочие учреждения также не работают. В праздники ловишь себя на мысли, что в городе много иностранцев, так как по улицам бродят исключительно зарубежные гости.
Относительное безлюдье городов объясняется достаточно просто. По корейской традиции, в эти праздники каждый клан собирается у себя на родине. Считается, что в идеале должны приехать все родственники. Хотя в последние годы многие предпочитают использовать выходные для того, чтобы слетать отдохнуть на несколько дней за границу, все равно общество по-прежнему нацелено на семейные встречи. Собрание родственников необходимо не только для того, чтобы вспомнить, как выглядит твой пятию-родный брат или сестра племянницы жены, – в Чху-сок и Сольналь проводится обряд поминовения предков. Традицию эту не признают только ортодоксальные протестанты, все же остальные корейцы стараются собраться в том месте, откуда, как считается, произошел их род, провести ритуал, а заодно поклониться могилам предков.
