подготовку. Эти люди будут заниматься оказанием первой помощи прямо на месте в лёёгких случаях, а также собирать и выносить тяжелораненых с поля боя на носилках, грузить их в «амбулансы» и доставлять в лазарет, при необходимости проводя неотложные лечебные мероприятия прямо в пути.
Жан-Доминик Ларрей
Предложения Ларрея были приняты командованием Рейнской армии; ему были выделены необходимые средства, лошади и люди для создания отряда «летучих амбулансов», и Жан-Доминик с жаром взялся за дело. Вскоре его «летучий госпиталь» был готов действовать на поле боя. Правда, численность первого отряда Ларрея была невелика: весь персонал его мобильных перевязочных включал несколько фургонов, доктора, офицера-интенданта, сержанта, мальчика-барабанщика (он нес бандажи), и 24 обученных основам первой помощи солдата-санитара для переноски раненых. Тем не менее, в битве при Лимбурге (1793 год) «амбулансы» Ларрея прекрасно себя зарекомендовали; многие солдаты, раненные в этом сражении, были спасены именно благодаря вовремя оказанной медицинской помощи.
Нововведение Ларрея радикально изменило всю организацию эвакуации раненых с поля боя и систему их лечения. Фактически «амбулансы» Ларрея явились прообразом современной Скорой помощи; поэтому все медики сегодня называют французского хирурга «отцом Скорой помощи».
Оценивший таланты «отца Скорой помощи» Бонапарт, став генералом, всегда добивался, чтобы главным медиком в его армию назначали именно Ларрея. С тех пор, как Наполеон стал консулом, а потом — императором Франции, Ларрей неизменно занимал пост главного хирурга всей французской армии — вплоть до Ватерлоо включительно. Во время битвы при Ватерлоо он разместил свой лазарет в 400 метрах от линии огня. Ларрей рисковал своей жизнью и жизнями своих медиков, но помощь раненым подавалась без промедления. Во время битвы герцог Веллингтон, завидев в подзорную трубу Ларрея с его «летучими амбулансами», велел своей артиллерии прекратить огонь.
Весьма важную роль в работе Ларрея сыграла Египетская экспедиция 1798–1799 годов. Под его руководством были организованы полевые и стационарные госпитали в Египте, Судане, Сирии и Палестине. При этом он с радостью отметил, что даже в невыносимых условиях пустыни «летучие амбулансы» могут подобрать и эвакуировать раненых солдат с поля боя максимум за 15 минут с момента ранения, что значительно повышало их шансы на выживание.
Тогда же, во время египетской кампании, впервые в европейской военной медицине Ларрей ввёл обязательное отделение раненых от страдающих инфекционными болезнями. Это значительно снизило потери от эпидемий. Также Ларрей требовал от персонала лазаретов проводить регулярные смены повязок у раненых, подчёркивая важность тщательной первичной обработки раны, причём — только свежей чистой водой (асептики ещё не было).
Даже став большим начальником, Ларрей помимо чисто организационных вопросов уделял много времени и сил повседневной работе полевого хирурга: во время битвы при Аккре в 1799 году, он сам лично выполнил 70 ампутаций и 7 трепанаций.
Ларрей не забывал и об исследовательской работе: за время кампании он первым среди медиков исследовал и описал такое заболевание, как «египетское воспаление глаз». Впоследствии, в 1803 году, все его наблюдения, исследования и результаты работы были опубликованы в научном отчёте и стали достоянием медиков всей Европы.
Во время битвы при Эйлау, проходившей 7 и 8 февраля 1807 года, Ларрей отметил потерю чувствительности у раненых во время ампутации конечностей при температуре минус 19 градусов. Это навело его на мысль о применении «холодовой» анестезии при ампутации. Методы спасения обмороженных и тяжело раненных, применявшиеся тогда Ларреем, сегодня могут показаться садистскими: он беспощадно и быстро отрезал поражённые и обмороженные конечности, проводя иной раз сотни ампутаций за день. Однако в те времена полного отсутствия асептики, наркоза и антибиотиков у Ларрея просто не было другого выхода. Для сохранения жизни раненого решающее значение тогда имел выигрыш во времени.
После битвы при Эйлау Ларрей, проанализировав свои наблюдения, стал с целью анестезии обкладывать во время ампутации ноги и руки раненых мешочками со льдом для облегчения страданий, а также (уже в Московской кампании) перед проведением ампутации «глушить» пострадавшего алкоголем, чтобы замутить разум и снизить болевой шок. В день Бородинского сражения Ларрей лично провёл 200 ампутаций за одни сутки, а при переправе через Березину он провёл ещё 300 ампутаций.
Ампутацию Ларрей применял в безотлагательных случаях. Он делал всё в то время возможное, чтобы облегчить страдания раненых и спасти их жизни, а по возможности и здоровье.
Он первым в европейской медицине стал при огнестрельных ранениях извлекать пули и осколки из ран, широко рассекая раневой канал, ввел первичную хирургическую обработку. Кроме того, стал применять профилактические разрезы для дренирования гнойных ран. Для перевязки ран Ларрей применял влажную повязку, пропитывая её смесью горячего вина и камфоры.
Во французской армии был широко известен факт, что во время отступления из России Ларрей «именем императора» спешивал кавалерийские эскадроны и варил из лошадей суп для своих раненых. Солдаты были благодарны ему за заботу. В финале катастрофы на Березине французы сделали всё, чтобы спасти «Спасителя»: его переправили с одного берега на другой в прямом смысле слова на руках; солдаты, стоявшие по пояс в ледяной воде, передавали хирурга друг другу, вынеся Ларрея из-под пуль на спасительный берег.
Ларрей постоянно требовал, чтобы его подчинённые помогали и своим, и чужим солдатам. Так, в Смоленске он распорядился, чтобы всех раненых русских солдат перенесли в его госпиталь. Там они получали такое же лечение, уход и питание, что и французы.
Активно пропагандируемые Ларреем в начале XIX века идеи гуманного отношения к раненым солдатам противника послужили исходным импульсом для создания в гораздо более позднее время организации Международного Красного Креста в 1864 году и подписания Женевского соглашения 1949 года.
После окончания наполеоновских войн и возвращения на родину из плена, Ларрей читал лекции по хирургии в Парижской высшей медицинской школе, продолжал заниматься врачебной практикой и писал книги, по которым училось не одно поколение военных врачей. В современных медицинских учебниках даётся описание разработанных Ларреем методов ампутации плечевого сустава, перевязки бедренной артерии ниже паховой связки; остаётся актуальным и изучаемым описание Ларреем средиземноморской жёлтой лихорадки.
В завещании император Наполеон упомянул и своего храброго хирурга: «Начальнику медицинского управления французской армии, барону Ларрею, я завещаю сумму 100 000 франков и замок. Он — самый достойный человек, которого я когда-либо встречал».
Знаменитому хирургу был представлен приехавший в Париж русский хирург Пирогов. Учитывая, что впоследствии, в годы Крымской войны Пирогов не только пользовался методами Ларрея, но и значительно усовершенствовал методы полевой хирургии, встречу Ларрея с Пироговым можно рассматривать как символический акт передачи эстафеты благородного дела спасения человеческих жизней.
В начале XIX
