что администрация Феникса сохранила его. Невысокий, кругленький, нетерпеливого вида мужчина в круглых очках для чтения, надетых на кончик носа, хотя в основном он смотрел прямо поверх них, Кевич был явно раздражен большинством военные офицеры и высокопоставленные правительственные чиновники, вплоть до того, что не признавали, что он сам был одним из них. Кевич прибыл быстро, когда уведомление дошло до сотрудников национальной безопасности президента, потому что у него не было другой жизни, кроме как в качестве государственного секретаря — он был бы совершенно счастлив жить в Ситуационной комнате или даже в подвале Белого дома, если бы это означало, что у него был более быстрый доступ ко всем мировым событиям.
«Экипаж общался со своим командным пунктом через текстовые сообщения гражданского спутника в течение короткого времени после того, как произошел сбой, госсекретарь Кевич», - сказал Гленбрук.
«Переписываешься за рулем? Не самый умный ход, я думаю», - язвительно заметил Кевич.
«Я думаю, это очень своевременный ход, Герберт», - сказал Феникс. «Я хочу, чтобы поисково-спасательная операция была начата немедленно, и я не хочу, чтобы китайцы каким-либо образом были вовлечены, особенно этот авианосец. Если он находится в районе крушения, я хочу, чтобы его оттуда убрали».
«Да, сэр», - сказал Гленбрук.
«Это может быть проблематично, господин президент», - сказал Кевич. «Южно-Китайское море может юридически считаться международными водами, но китайцы считают его своей исключительной территорией, как мы относимся к Мексиканскому заливу или японцы к Японскому морю. Китайскому правительству не понравится, когда ему говорят, что делать на их собственном переднем дворе».
«Если китайцы потеряли самолет над Мексиканским заливом, я бы не возражал, если бы они отправили поисковые группы или даже боевую группу авианосца на поиски — мы бы присматривали за ними, но я бы разрешил это», - сказал Феникс. «Мы не собираемся играть в силовую политику или геополитическое превосходство с поисково — спасательной или восстановительной миссией — Китай не должен вмешиваться, и точка. Я хочу, чтобы место крушения было расположено и охранялось как с воздуха, так и с поверхности. Предупредите всех, кто приближается к этому району, чтобы они держались подальше.»
«А если они этого не сделают, господин Президент?» — Спросил Кевич.
«Попросите командира спасательной операции на месте доложить мне, если китайцы не захотят сотрудничать», - ответил Феникс после короткой паузы для размышления. «Командиры могут делать все, что им нужно, чтобы защитить свои силы, но никаких других действий без одобрения. Напряженность будет высокой — я не хочу, чтобы кто-то стрелял первым, а потом задавал вопросы». Гленбрук кивнул и поднял телефонную трубку, чтобы отдать распоряжения.
Несколько минут спустя вице-президент Энн Пейдж вошла в Оперативную комнату, неся защищенный планшетный компьютер. Ее сопровождал Томас Торри, директор Центрального разведывательного управления. Пейдж по образованию была инженером и физиком широкого профиля, но ее биография охватывала Вселенную, начиная с работы сенатором США от Калифорнии и заканчивая одним из самых опытных американских астронавтов и конструкторов космического оружия. Стройная и энергичная, с короткими седыми волосами, она была ближайшим советником президента. Торри был тридцатилетним ветераном ЦРУ, несмотря на то, что выглядел не старше сорока лет; в результате резкого сокращения численности федерального правительства при администрации Феникса пост директора национальной разведки был упразднен, и директор ЦРУ вновь курировал все гражданские операции внешней разведки в Соединенных Штатах. «Том только что передал мне расшифровку текстовых сообщений, отправленных самолетом наблюдения, господин президент», - сказал Пейдж, поднимая компьютер. «Экипаж считал, что истребители J-20 стартовали с авианосца».
«Они, очевидно, хотели, чтобы мы увидели эти истребители, сэр», - сказал Торри. «Китайцы могли даже позволить «Посейдону» подойти достаточно близко, чтобы увидеть их запуск с авианосца».
«Но зачем им сбивать «Посейдон»?» — спросил президент. «Это не имеет смысла».
«Там произошло кое-что еще», - сказал Пейдж. «По какой-то причине текстовые передачи внезапно прекратились. Затем, несколько минут спустя, один из наших азиатских поисково-спасательных спутников принял сигнал бедствия «Мэйдэй» с частичным позывным «Посейдона». Никаких других передач не было принято, пока SARSAT не получил аварийный локаторный маяк Poseidon, который обычно активируется либо вручную, либо после аварии.» SARSAT, или поисково-спасательный спутник, был спутником, предназначенным для приема и ретрансляции сигналов от аварийных маяков самолетов и судов, предоставляя спасателям точные данные о местоположении. «Очевидно, он был активирован вручную, потому что положение самолета немного изменилось, как будто он все еще летел. Затем позиция прекратилась. Но след самолета был активен всего пару минут.»
«Значит, они активировали его вручную только перед тем, как упасть в воду?» президент спросил. «Неужели они сделали бы это так поздно?»
«Зависит от того, что они испытывали», - сказал Торри. «Если у них была аварийная ситуация в полете, такая как пожар или проблемы с управлением полетом, возможно, они справлялись с этим непосредственно перед тем, как потерпели крушение».
«Возможно, мы ничего не узнаем, пока не восстановим то, что осталось от самолета и его черных ящиков», - сказал Пейдж. «Даже тогда мы все еще можем не знать наверняка».
«Таким образом, китайцы, в конце концов, могут быть невиновны», - сказал госсекретарь Кевич. «Сэр, вы все еще хотите отдать приказ не подпускать китайцев к месту крушения? Очевидно, что они находятся ближе к месту происшествия и располагают значительными ресурсами для проведения спасательных работ. Если они предложат свою помощь — или если они начнут поисково-спасательные работы самостоятельно, как и подобает любой стране или судну в открытом море, — мы должны приветствовать такое сотрудничество. В конце концов, Китай нам не враг».
«Возможно, это было бы по-соседски, Герберт, — сказал Феникс, — но я думаю, что это не совпадение, что один из наших самолетов-разведчиков падает с неба рядом с китайской авианосной боевой группой. Я хочу, чтобы причина, по которой упал тот самолет, была установлена как можно лучше, прежде чем я что-либо исключу. Если это действительно был преднамеренный акт, а не несчастный случай или неисправность, то тот, кто это сделал, попытается стереть улики — и если этим кем-то является Китай, и если они доберутся до места крушения, я думаю, это именно то, что они сделали бы».
Кевич несколько мгновений внимательно смотрел на президента. «Мы обсуждали это раньше, сэр, после того, как китайцы ушли из Сомали», - сказал он осторожно и прямо, — «но это заслуживает повторения: предположение о Китае как о противнике может воплотить это в жизнь, даже если это может быть не так».
«Я не думаю о Китае как о противнике, Герберт», - сказал президент. Кевич бросил на него скептический
