Машины привозились в Москву, и после получения «нормальных» документов продавались на месте.
Заработать, как оказалось, было не сложно, сложно было удержать занятые позиции. Поэтому вернемся к фирме, у штурвала которой теперь стояла сильная команда, способная преодолевать штормы любой сложности. Все вместе мы стремительно ворвались в этот новый бизнес, громко заявив о себе. Первоначально я и мои друзья были скорее сторонними наблюдателями, лишь контролируя процесс, а заодно набираясь собственного опыта у профессионалов, но позже стали грамотно дополнять общую картину, более смело высказывая собственные идеи.
Грамотная рекламная политика, индивидуальный подход к клиентам, работа лишь с юридически «чистыми» квартирами сыграли свою роль, заработав компании хорошую репутацию, и возможность для дальнейшего, успешного развития.
Не зря ведь на глаза Воронову попалась именно моя фирма.
Да, я слышал об этом человеке – набирающим силу и авторитет на устойчивых полях столичной воровской жизни – и раньше, но даже в самых страшных мыслях не думал, что именно он станет первым камнем, полностью разрушившим мою прежнюю жизнь.
Сначала фирма была юридически переоформлена на дочернюю компанию группы «Виктория» (о чем я узнал лишь спустя неделю), главной легальной опоры Воронова. Потом наш офис на Арбате, оплаченный, кстати, на год вперед, был оккупирован новой командой управленцев и брокеров. Вся дорогостоящая реклама, также оплаченная на полгода вперед, наработанная база квартир, застройщиков, все перешло в руки захватчиков.
А ведь случись подобное годом ранее, Воронова бы просто стерли в порошок. Дело в том, что дядя моего друга Сергея Макарова, старший брат его отца Михаила, был одним из руководителей «Аэрофлота».
Понимая и оценивая его высокий полет, мы, тем не менее, никогда не обращались к Максиму Олеговичу с корыстными предложениями. Просили лишь посодействовать в плане защиты в случае неприятностей. И Михаил Олегович нам не отказывал.
Хорошо и по-дружески общаясь с мэром Москвы Юрием Лужковым, на одном столичном мероприятии он познакомился и с другом мэра Владимиром Гусинским, успешным банкиром и медиа-магнатом, владельцем телеканала НТВ и группы «Мост». Бывший театральный режиссер Гусинский, несомненно, был приятен в общении, и вскоре их отношения перешли и в деловую сферу. Дело в том, что в том же 1995 году «Аэрофлот» выделил правительству Москвы кредит на сумму 80 миллионов долларов, которые прошли через счета «Мост-Банка». Средства возвращены не были, и начался скандал, но все это уже было позже.
Служба безопасности Гусинского по слухам превышала тысячу человек и была оборудована по последнему слову техники. Эта структура, представляющая собой мини-КГБ, со своей разведкой и контрразведкой, аналитическим отделом и службой наружного наблюдения, состояла из профессиональных «борцов с инакомыслием», то есть, из работников печально знаменитого 5 управления КГБ
Помимо бывших сотрудников КГБ, туда попадали подающие надежды спортсмены и профессиональные наемники.
Более мощной негосударственной силовой структуры еще надо было поискать!
Такая мера предосторожности была не лишней, поскольку после совместного развала всесильного КГБ, произведенного Ельциным и Горбачевым, в стране рухнула реальная опора грубой физической силы, способная хоть как-то сжать в свой кулак и преступность, и многое другое. Пришедшие на смену КГБ министерства и ведомства на деле явились лишь тенью могучего предшественника.
Исключения составляли Служба Внешней Разведки Е. М. Примакова и Служба Безопасности Президента А. В. Коржакова, но первая работала в весьма деликатной и специфической сфере, а СБП Коржакова изначально не была рассчитана на тотальную борьбу с организованной преступностью – размеры не позволяли.
Поэтому к началу кровавой бандитской войны, что захлестнула Москву в начале 90-х, власти города были не подготовлены, и поэтому не смогли ее остановить.
Большой хозяйственник Юрий Лужков, который даже в самые тяжелые годы умудрялся отстаивать интересы столицы – это факт, в Москве всегда выплачивались заработные платы бюджетникам и пенсии, строились дома, дороги, инфраструктура, создавались условия для иностранных инвестиций, поэтому пусть многочисленные враги и противники Лужкова всегда помнят об этом – в то время открыто признавал, что на прекращение бандитской войны ему просто не доставало возможностей.
А воевали славяне с чеченцами, которые вторглись на давно поделенные поля столицы незадолго до распада СССР. Против чеченцев выступала и вся воровская среда, так называемые воры в законе, большинство из которых были выходцами из Грузии.
Воевать за что было, несомненно – автопром, металл, нефть, газ, банки, казино и многое другое.
Поэтому Владимиру Гусинскому, видному банкиру и медиа-магнату просто необходима была собственная служба безопасности.
Лично я был в офисе группы «Мост» лишь раз, почти год тому назад.
Бандитская война старалась затронуть все прибыльные области, в том числе и недвижимость, и один раз наш офис подвергся откровенному рэкету со стороны солнцевской преступной группировки. Ничего не скажешь, беспощадная организация.
В последний раз я обратился тогда к Максиму Олеговичу за помощью, и он не отказал.
Но предупредил, что мне необходимо будет подъехать лично к Гусинскому и выложить суть дела – связываться с солнцевскими, даже по большой просьбе товарища, тому явно не улыбалось.
Рано утром я подъехал к зданию правительства Москвы на Новом Арбате, в котором размещался один из офисов «Мост-Банка», и был препровожден в кабинет к Гусинскому, с которым проговорил около часа.
Владимир Александрович, который по началу весьма холодно попросил изложить ситуацию – наверное, жаль было драгоценного времени, которое приходилось тратить на незнакомого парня – со временем немного оттаял, и переменил свое отношение. Я явно ему понравился. Более того, в прошлом нас связывали общие интересы – еще в школьные годы я играл в местном театре и мечтал о карьере актера.
От случайных знакомых я узнал, что мои ближайшие коллеги, владельцы агентств по недвижимости, также подвергались напору со стороны солнцевских, чем под конец разговора поделился с Гусинском.
Хорошенько поразмыслив и прикинув возможные риски, тот все-таки решил вмешаться и помочь. Я не особо обольщался собственным участием в данном решении. Просто Владимир Александрович скорее всего понял – если солнцевские пошли на риэлтерство по всем фронтам, то в будущем ему самому придется с ними столкнуться.
Дело в том, что годами ранее правительством Москвы в собственность СБ «Мост» были переданы семь зданий общей площадью более семидесяти тысяч квадратных метров. Это была весьма ценная элитная недвижимость. И благодаря такому «подарку» группа активно занялась риэлтерской деятельностью.
Благодаря лишь одной сдаче в аренду офисов Гусинский мог зарабатывать несколько миллионов долларов в год. Разумеется, наши интересы при этом никак не пересекались, и Владимир Александрович даже посочувствовал мне напоследок.
Но самое главное, помощь я получил – посредством участия службы безопасности Гусинского удалось загладить конфликт, и солнцевские отступили.
Разумеется, я и мои друзья были на седьмом небе от счастья, и на момент даже почувствовали себя неуязвимыми. Но реальность быстро ударила по голове.
Вскоре «Аэрофлотом» всерьез заинтересовался другой российский олигарх Борис Березовский. Его приемы ведения бизнеса были отшлифованы и проверены на деле еще на АвтоВАЗе. Если другим российским миллиардерам для получения доходов с предприятий требовалась приватизация последних – Борис Абрамович действовал иначе. Более того, он даже мог юридически вообще не соприкасаться с конкретными предприятиями и не входить в состав правления.
Вся процедура проходила несколько этапов. Для начала нужно было ввести в правление проверенных людей, которые подготовили бы почву для будущего грабежа. Затем перевести львиную долю доходов и расходов под свой контроль и через специально созданные фирмы благополучно доить «золотого теленка».
В итоге Березовский, подобно клещу нападал на здоровый организм, высасывал из него все соки, и благополучно отпускал на банкротство. Так было с АвтоВАЗом, так предполагалось и с «Аэрофлотом».
Михаил Олегович, разумеется, знал о печальной славе Бориса Абрамовича, и с самых первых попыток посягательства на «Аэрофлот» встал нерушимой стеной, параллельно подстрекая правление на быстрый и четкий отпор олигарху.
Через месяц он пропал, а еще через неделю тело Михаила Олеговича было обнаружено в Москве-реке, а Березовский, посредством президента, сумел снять главу Аэрофлота и назначить своего человека.
