— Пока еще нет, — покачала головой Лилиан. — Сейчас я просто не способна что-то планировать.
— Но паспорт у тебя в порядке?
— Конечно, а как же иначе?
— Тогда все просто, — подвел итог Гийом. — Ты поедешь во Францию вместе со мной.
Лилиан задохнулась от изумления и беспомощно захлопала ресницами.
— Ты… ты шутишь!
— Вовсе нет. — Молодой человек пожал плечами. — Мне пора возвращаться, а ты хотела бы куда-нибудь уехать из родных краев. Так мы решим сразу несколько проблем.
И создадим сотню других, подумала Лилиан, но вслух этого не произнесла.
— А твои родные не сочтут это… несколько странным?
— С какой бы стати? Я отвезу тебя в наш фамильный замок на Луаре. У меня там часто гостят друзья и знакомые.
Иначе говоря, Гийом де Монфор постоянно привозит в замок подружек и все к этому давно привыкли, с болью в сердце подумала Лилиан. И она — следующая на очереди, не более того.
Следовало, конечно, призвав на помощь здравый смысл, отказаться вежливо, но решительно. Однако Гийом уезжал, уезжал, судя по всему, буквально на днях, и Лилиан не нашла в себе сил смириться с мыслью, что сегодня в последний раз покоится в его объятиях, вдыхает его знакомый запах, чувствует прикосновение его губ…
Я не могу отпустить его. Просто не могу! — в смятении думала она.
— Гийом, зачем я тебе там, во Франции? — с трудом выговорила она.
Он припал губами к неистово пульсирующей жилке на ее шее.
— Какая у тебя короткая память, mon amour! — В голосе его послышались хрипловатые вкрадчивые нотки, отчего пульс молодой женщины еще больше участился. — Ты, в самом деле, не понимаешь?
Именно такого ответа она и ждала, так что сожалеть или обвинять себя или его было бесполезно.
Сначала рай, думала Лилиан. Потом ад… А теперь вот сердечная боль — острая, неизбежная. И неважно, поедет она или останется. Но если поедет, то, по крайней мере, Гийом будет принадлежать ей, пусть совсем недолго…
— По-твоему, это разумно? — еле слышно прошептала молодая женщина.
— Ах, ma belle, — во вздохе его отчетливо прозвучала странная грусть, — тебе не кажется, что этот вопрос слегка запоздал?
— Наверное, — в последний раз всхлипнула Лилиан. — Наверное, ты прав, — она изобразила улыбку. — В таком случае, мой ответ — да. Я поеду с тобой, Гийом.
Француз поднес ее руку к губам, затем прижал к щеке и закрыл глаза. На лице его отразилась целая гамма чувств, расшифровать которую Лилиан даже не пыталась. Но почему-то сердце ее болезненно сжалось от недоброго предчувствия.
Помоги Господь нам обоим! — мысленно взмолилась она.
6
Три дня спустя Лилиан и Гийом улетели во Францию.
Молодая женщина, что называется, не успела дух перевести, не говоря уже о том, чтобы серьезно осмыслить последствия своего поступка.
С большинством заказчиков ей удалось договориться. Лишь несколько клиентов, разобидевшись, расторгли контракт и обратились в другие фирмы. Так что в общем и целом профессиональная репутация Лилиан почти не пострадала. Как только страсти поулягутся, она вернется в Де-Мойн и с удвоенным рвением примется за работу. Любой скандал рано или поздно утихает… Карен, ассистентка Лилиан, сначала впала в панику, но вскоре успокоилась и даже порадовалась возможности проявить себя в качестве временной заместительницы Лилиан Фейвелл, своего неутомимого босса. Новые обязанности ей явно пришлись по вкусу.
Лилиан сочла своим долгом забрать из ремонта кольцо, подаренное ей Юджином в знак помолвки, и отослать его бывшему жениху. Тот до сих пор даже не попытался с ней связаться: не звонил ни на работу, ни домой. И Лилиан была ему весьма признательна. Она-то ждала взрыва негодования, обличительных речей, но только не подчеркнутого молчания.
Вот мать ее, напротив, подобную сдержанность не выказала. Лилиан неохотно позвонила ей, чтобы сообщить о намечающемся отъезде, и на молодую женщину вновь обрушился целый шквал упреков, обвинений и брани.
Она — позор для своих родителей. Неблагодарная мерзавка. Ведет себя как последняя распутница. А уж неудобств сколько всем доставила теперь, когда все приготовления к свадьбе пришлось отменить!
— А сейчас еще и во Францию с этим подонком едешь! — вопила в трубку миссис Стиплтоу. — Ты что, всякое представление о приличиях потеряла? Господи, Лилиан, да ты же ровным счетом ничего о нем не знаешь! Что, если он преступник? Может, даже маньяк-убийца?
— Не думаю, мама, — обреченно вздохнула Лилиан. — Он специалист по маркетингу. Работает в респектабельной фирме.
— Это ровным счетом ничего не значит, — негодующе фыркнула миссис Стиплтоу. — Все маньяки-убийцы тоже где-нибудь да работают. Просто удивляюсь я тебе, Лилиан. Сначала ты заводишь грязную интрижку, оскорбляешь жениха в лучших чувствах. А теперь уезжаешь со своим соблазнителем невесть куда. Ты нас всех осрамила — словом, ты мне больше не дочь!
— До свидания, мама, — ответила Лилиан, изо всех сил стараясь не расплакаться. — Я перезвоню тебе, когда вернусь.
— Если вернешься, — зловеще уточнила миссис Стиплтоу.
Желая, по возможности, избавиться от неприятного осадка в душе, Лилиан решила прибегнуть к старой доброй терапии: пройтись по магазинам. Что бы ни сулило ей пребывание во Франции, это ее первый отпуск за много лет. Она работала, не покладая рук, создавая процветающее агентство, где тут взять время для поездки в другую страну?
Конечно же, для медового месяца она собиралась сделать исключение… Лилиан болезненно поморщилась, но тут же прогнала прочь эту мысль.
Сейчас ей следовало решить совсем другую проблему: в ее гардеробе явно недоставало вещей, которые берут с собою в отпуск. Так что Лилиан заглянула в несколько бутиков, где как раз выставлялась коллекция весенне-летних моделей, и приобрела два купальника, а к ним эффектные полупрозрачные саронги, сарафаны и блузоны.
Впрочем, с собой она собиралась брать отнюдь не все обновки, что купила, поскольку подозревала, что проведет во Франции недели две, не больше, а отнюдь не всю оставшуюся жизнь.
Теперь, когда до отъезда осталось всего ничего, Лилиан с трудом справлялась с нервной дрожью. За последние сорок восемь часов она Гийома почти не видела, хотя он звонил ей, и не единожды. Но сам не объявлялся, и ничто не наводило на мысль, что он непрочь провести с Лилиан еще одну ночь.
А она безумно по нему соскучилась.
Все эти годы, не без горечи размышляла молодая женщина, я спала в одиночестве в моей уютной белоснежной постели, спокойная и всем довольная. Теперь же, проведя лишь несколько часов в объятиях Гийома де Монфора, утратила покой и сон, ищу его в темноте, а нахожу лишь пустоту рядом с собою.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
