Читаем без скачивания Луизианская заварушка - Джана Делеон

– О моей ситуации есть новости?

– К сожалению, нет. Ахмад залёг на дно. Разведка молчит, никакой связи с пятницы.

– Но заказ всё ещё в силе?

– Да. Мы перехватили сообщения двух известных бразильских наёмников. Мы знаем, что они въехали в страну, но пока их не нашли.

– Ясно, – кратко ответила я, опасаясь, что иначе в голосе отразится разочарование.

– Слушай, Реддинг, мне правда жаль. Знаю, мы не всегда сходимся во взглядах, но только по работе, ничего личного. И будь уверена, я сделаю всё возможное, чтобы вытащить тебя оттуда. Как и Морроу.

– Не сомневаюсь.

И я действительно не сомневалась. Пусть мы с Харрисоном вечно цапались, будто озлобленные экс-любовники, а Морроу своими головомойками и неодобрительными взглядами порой напоминал мне покойного отца, но я знала, что они хотят разобраться с проблемой не меньше моего.

– Ну ладно, – сказал Харрисон. – Не стоит висеть на линии слишком долго. Я не буду больше звонить, пока что-нибудь не изменится, но проверяй электронную почту.

– Спасибо… Харрисон?

– Да?

– Я ценю всё, что ты делаешь.

– Не сомневаюсь, – повторил он мои недавние слова.

Нажав отбой, я поплелась дальше по лестнице. Итак, пока что Леблан под меня не копает. Конечно, на то никаких причин, ведь Сэнди-Сью и близко не было в Греховодье, когда пропал Харви. Но в какой-то момент любопытство пересилит, и он запустит проверку просто так.

Столько всего нуждалось в обдумывании, что у меня разболелась голова. Я собиралась переодеться, лечь в кровать с книгой и глотнуть ещё «сиропа». Если повезёт – впаду в кому, тем самым решив все свои проблемы.

Я как раз надевала наушники, но, заслышав скрип над головой, бросила их на кровать и выскользнула из-под одеяла. Вокруг царили духота и безмолвие, так что звук явно не ветром принесло.

Кто-то ходил на чердаке.

Я обнаружила ведущую туда лестницу в конце коридора, ещё когда обследовала дом. Правда поначалу решила, что это кладовка, но ступеньки-полки оказались такими узкими, что хранить на них что-либо было попросту невозможно.

Схватив пистолет и натянув носки, чтобы заглушить свои шаги, я прокралась по коридору. Дверь к лестнице открывала, затаив дыхание, но, к счастью, она не скрипнула, и я шмыгнула в узкое пространство, на цыпочках поднялась по ступенькам и, наконец, заглянула на чердак.

Свет полной луны проникал в единственное окно, прочерчивая мерцающую дорожку по центру комнаты. Я осмотрелась, пытаясь уловить какое-либо движение среди теней, но… ничего.

Даже ни единого колебания воздуха, и на мгновение я решила, что ошиблась.

Но тут вновь услышала шум.

Я медленно взобралась на чердак, молясь, чтобы половицы не заскрипели, и замерла. Тишина. Кто бы сюда ни влез, двигался он бесшумно, а значит, знал, что я здесь: уже увидел или почуял запах. Но на моей стороне всё ещё был элемент неожиданности – пистолет.

Держась начеку, я осторожно шагнула вперёд. Пришлось вновь вернуться в боевой режим и положиться на инстинкты, дабы получить хоть какое-то преимущество. Вдоль стен высились груды коробок и мелкой мебели. Что-то было накрыто простынями, создавая атмосферу домов из ужастиков.

И тут я, блондинка в пижаме, ползущая навстречу опасности, вместо того, чтобы бежать прочь. То ещё клише, вот только я не грудастая и не чирлидерша, и влёгкую уделала бы этого слизняка из «Крика».

В дальнем углу гора коробок почти касалась потолка. Чёрт, да чем же Мардж так запасалась? В моей крохотной квартирке имелся один-единственный шкаф, и если убрать оттуда всё оружие, он и на четверть не будет заполнен.

Я сделала пару шагов в ту сторону, и тут одна из простыней колыхнулась где-то на уровне моего плеча. Я застыла, осознав, что, если коробки стоят не вплотную к стене, за ними легко может кто-то прятаться. Кто-то с винтовкой, нацеленной точно мне в голову.

За долю секунды я рванула к коробкам, сорвала простыню и нырнула в сторону прежде, чем меня успели подстрелить. Вот только проблема оказалась совсем иного рода. Стоило наклониться, как прямо мне на плечо приземлилось нечто большое и пушистое. Разглядеть удалось только сверкнувшие белки глаз да зубы.

Я не закричала. Обученные убийцы не кричат, даже когда на них нападет мех с зубами, но пару раз выстрелила, пытаясь попасть в гадёныша. Безуспешно. Зубастый комок шерсти пронёсся в дальний конец комнаты, запрыгнул на старый книжный шкаф, открыл окно и сиганул на дерево снаружи.

Я рванула следом, полагая, что пуля его и там достанет, споткнулась о вешалку и впечаталась в стопку коробок, которая в итоге меня и погребла. Откопавшись я таки добралась до окна, но лохматого зубастика уже и след простыл. Преисполненная негодования, я закрыла окно – на сей раз не забыв запереть, – развернулась и ударилась о какую-то коробку. Разозлившись ещё сильней, я от души пнула преграду, древний картон развалился, и содержимое высыпалось на пол.

В глаза бросился блеск военной медали. Я наклонилась и подняла армейскую форму, к которой она была прикреплена. Времён Вьетнама. На куртке имя Мардж. Значит, она ветеран Вьетнамской войны и, судя по количеству полосок и медалей, не крестиком там вышивала. Тётушка повидала кое-что серьёзное.

Служба в армии. Теперь понятно, почему в доме Мардж всё так незатейливо и упорядочено и откуда такое собрание книг. А ещё, возможно, это объясняет, почему мне здесь вполне уютно, хотя я везде чувствую себя не в своей тарелке.

Почёт и уважение не позволили бы мне оставить воплощение военных заслуг валяться на полу чердака, так что я сгребла всё обратно в коробку и, придерживая рукой сломанную картонку, понесла вниз. Завтра отутюжу форму и найду для неё более подходящее место.

Добравшись до комнаты, я поставила коробку на стол, глянула на часы и застонала. Два ночи. Для сна осталось всего пять часов, а потом сработает мой внутренний будильник, и начнётся очередной «безмятежный» день в Греховодье. Луизиана – ад для тех, кто не прочь поспать. Не удивлюсь, если местные – сплошь вампиры.

Перезарядив пистолет, я взяла наушники, готовая насладиться теми немногими часами сна, что мне отведены, но надеть их не успела. Кто-то забарабанил в дверь. Бога ради, ну что ещё могло произойти?

Я протопала вниз и распахнула дверь. На пороге стоял помощник Леблан: помятый, уставший и не более счастливый, чем я.

– А теперь чего? – спросила я.

– Поступил звонок о выстрелах в этом районе.

– И вы, естественно, тут же решили, что это я.

– Естественно.

Я собралась было отрицать, но вспомнила, что придётся нанимать кого-нибудь для починки крыши и всё в любом случае всплывёт.

– Кое-кто забрался на чердак. Я пару раз пальнула, но тварь сбежала.

Леблан вскинул бровь:

– Сбежала? Как?

– Открыла окно и спикировала на дерево. Я понятия не имела, что на болотах водятся обезьяны. Хотя, должна признать, я вообще мало знаю о вашем штате.

Он вздохнул:

– Обезьяны у нас водятся только в зоопарке и на политических постах. Если зверь открыл окно, то это енот. У них противопоставленный большой палец, да и соображалки хватает. А ещё они совершенно безобидны.

– Она напал на меня! Сиганул сверху, а потом ещё и преследовал.

– Он не нападал. Вы его напугали, а когда он попытался сбежать с чердака – едва не убили. Вопрос в том, где вы взяли пистолет?

«Ой».

– Уолтер продал мне винтовку.

– И стреляй вы из неё, проблем бы не было. Но местные знают разницу между выстрелами из винтовки и из пистолета. И достать его вам было бы сложновато, учитывая, что после смерти Мардж я лично убрал из её дома всё оружие.

– Убрали? Это моё наследство! Какое вы имели право?

– Оно в целости и сохранности, заперто в управлении шерифа. Я не мог оставить пустой дом полным оружия, особенно когда весь город в курсе, что оно там.

– Ладно, но теперь-то у вас какое оправдание?

– Я собирался всё вернуть, когда вы приехали, но после нашей встречи… решил подумать дважды. И трижды, и четырежды. И был прав, поскольку вы, наверное, уже изрешетили собственную крышу.

Я попыталась придумать достойный ответ, но в итоге признала, что меня уделали, и хорошего настроения это не добавило.

– Позволю себе предположить, – продолжил Леблан, – что введённый в заблуждение Уолтер решил позаботиться о красивой женщине и одолжил вам свой пистолет. И завтра вы его вернёте, иначе нас ждёт очередная встреча.

Он достал блокнот с квитанциями, и я почувствовала, как подскочило давление.

– Вы мне штраф выписываете? Дайте-ка угадаю: по вторникам запрещено пугать диких животных в собственном доме?

Не обращая на меня внимания, Леблан продолжил писать, затем оторвал листок и протянул мне. Вместо штрафа там значился только номер телефона и имя «Бадди».