за затемнённой дверью, и вышли на улицу.
Свежий воздух наполнил приятной прохладой лёгкие. Ночной Финикс радостно сверкал иллюминацией, соперничая с яркими звёздами, усыпавшими бархатно-чёрное небо.
Кэт молча села на сиденье арендованного Вудом «форда». Говорить не хотелось, сначала нужно было собраться с мыслями. Присутствие Мэттью успокаивало. То, что он сделал вид, будто между ними сегодня ничего не произошло, радовало, но в то же время напрягало. Мучил вопрос: ему настолько всё равно? Он благороден? Или играет в благородного? Она совершенно не знала Вуда теперешнего.
Мэтт заговорил первым, припарковав машину у подъезда её дома.
– Признаю, что сегодня сорвался, но в мои планы не входило изнасилование.
– «Изнасилование»? – Кэтлин с удивлением подняла брови. – Ты это серьёзно?
Она не стала дожидаться ответа, а, открыв дверь, вышла из машины. Вуд тоже вышел и, обойдя «форд», встал перед ней.
– А ты считаешь, я каменный? Что после стольких дней воздержания, да ещё и двух – заключения в чисто мужском коллективе, мог без боли отказаться от дурманяще ароматного тела почти голой женщины?
– Женщины вообще или именно моего? – Паркер снова не стала ждать, а отправилась к подъезду, затылком ощущая его дыхание.
Мэттью не отставал ни на шаг, сочтя её поведение приглашением. Он первым открыл дверь, надеясь задержать Кэт рукой, но она быстренько прошмыгнула мимо, стараясь не задеть его, но улыбнувшись в лицо, обдала облаком своего аромата. Агент усмехнулся, шагнув следом.
– Ты играешь в запрещённые игры и не по правилам.
Брюнетка нажала кнопку вызова лифта. Она шагнула в распахнувшиеся двери. Он тоже, оказавшись в тесном пространстве рядом с желанной женщиной.
– Разве в запрещённых играх бывают правила?
– А теперь цепляешься за слова, пряча за ними испуг.
Лишь покинув лифт и вставив в замок ключ, она ответила:
– Я не боюсь тебя.
Механизм щёлкнул, дверь распахнулась, свет в прихожей автоматически загорелся.
Мэтт помог ей снять пальто, заметив, как напряглась тонкая спина от случайного прикосновения, и, скинув куртку, проследовал в гостиную.
– Разве? А что же тогда всякий раз, когда дело доходит до близости, вводит тебя в ступор?
Кэтлин включила стоящий в углу торшер, распахнула шторы, приоткрыла окно, впуская свежий, ставший влажным воздух. Она выставила наружу руку; несколько капель упали на ладонь.
– Мы успели вовремя– дождь… Так странно, небо было совершенно чистым.
– Не уходи от ответа.
Паркер обернулась. Присев на диван, Мэттью вытянул ноги; чёрные носки обтягивали узкие ступни. В голове промелькнуло: «Совсем как у Лилит». Он не сводил взгляд с её лица, дожидаясь ответа.
– Это не страх, а нечто большее. – Замялась она. – Я сама не могу дать объяснение.
– Не можешь или не хочешь? –левая бровь поползла вверх.
– Не могу.
– Давай сыграем в игру? – предложил Вуд.
– Какую? – в коричневых глазах зарождалась тревога.
Он подавил усмешку, заметив это и добавил в голос гипнотизирующей доброжелательности.
– В доверие. Нам его не хватает. Может, потому всё и происходит? Ты слишком зациклена на прошлых обидах, попробуй хоть раз мне довериться.
– Ты слишком настойчив в своём желании – и это меня пугает. Я не готова.
– Хочешь близости не меньше моего, но боишься себе признаться в этом. Мне кажется, пока она не случится, ничего не изменится. Мы оба слишком напряжены. Но я не предлагаю тебе заняться сексом, нет. Придёт время – и мы займёмся любовью, а пока просто доверься.
– И что я для этого должна сделать?
– Иди ко мне, – он постучал ладонью по мягкой обивке, – сядь рядом и ничего не бойся. В сотый раз обещаю, что не стану ни к чему принуждать тебя силой.
Брюнетка не спешила выполнить странную просьбу. Она краем глаза взглянула на оставленный Лилибет ноутбук и осторожно дотронулась до клавиатуры. На экране появилась заставка: улыбающаяся дочь на фоне смеющегося Чайтона. Захотелось хоть на миг стать такой же счастливой.
Кэтлин подошла к дивану и, осторожно опустившись рядом с Вудом, заглянула в зелёные глаза. Он не улыбался, а выглядел совершенно серьёзным.
– Что теперь?
– Закрой глаза и постарайся сосредоточиться на том, что происходит вокруг тебя.
Она сомкнула веки, окунувшись в полную темноту. Но страшно не было: пока Паркер ему доверяла. Бархатный голос окутал её, словно кокон.
– Ты слышишь моё дыхание, едва различимый треск электричества включенного торшера, шум работающего компьютера. Шелест покрышек, рассекающий влагу мокрого асфальта, шум двигателя дизельного автомобиля, промчавшегося за окном. Стук капель дождя, разбивающихся об стекло.
Агент взял руку Кэт и положил ладонью себе на грудь.
– Ощущаешь биение моего сердца. Чувствуешь запах одеколона, моих поцелуев. – Он прикоснулся губами к её губам. – Виски, смешанные с мятной жвачкой.
Мэттью зажал зубами ухо брюнетки.
– И снова моё дыхание, и мои поцелуи...
Горячие губы переместились на шею, постепенно дойдя до ключицы. Тёплая рука коснулась груди Кэтлин и осторожными движениями тыльной стороны ладони потёрла сосок, моментально отреагировавший на нежное прикосновение. Кровь прилила к щекам, ушам, поднимая температуру тела.
– А теперь ты не слышишь ничего из того, что происходит за окном. Только шум бешено бегущей по венам крови, отдающей в висках, и мой шёпот. Есть только двое в этом мире – ты и я. И объединяющее нас желание. – Он провёл языком от ключицы вдоль шеи, к мочке уха, слегка прикусил её и хрипло простонал, обдав ушко жаром.– Нет ни прошлого, ни будущего… только сладко липкое сейчас…
Кэтлин ощутила истому, волной прокатившуюся по телу, сконцентрировавшуюся внизу живота, влажность трусиков, покалывание сосков и желание чего-то большего. Ей уже не хватало лёгких касаний. Хотелось почувствовать его тепло всем телом, его силу, жёсткость и даже грубость. Прижаться к мускулистому торсу. Ощутить мощь, крепость рук, чтобы его ладони смяли грудь, стали требовательными, а не осторожными.
Вуд почувствовал её дрожь и отстранился.
– Ты хочешь меня так же сильно, как я тебя, но не стану брать тебя сейчас, чтобы выслушивать после, что тебя принудили. Ты сама позовёшь меня – тогда и продолжим.
Он встал с дивана и стремительно вышел из комнаты. Желаемый им результат был достигнут. Мэтт тоже умел играть в игры, особенно в соблазнение.
Паркер открыла глаза и несколько секунд ошарашено смотрела в потолок, пытаясь собраться с мыслями.
– Не надейся!– Но её слова прозвучали в пустоту, следом за захлопнувшейся дверью.
Агент
