Читаем без скачивания Красная машина. Юниор (СИ) - Барчук Павел

Судя по немного затертым листам, альбому уже нескольких лет. Значит, вести его он начал давно. Наверное, когда только увлекся спортом. Страницы по состоянию, как и фотографии, отличались друг от друга. Первые листы были замусолены и потрепаны больше, чем следующие. Получается, вел он этот своеобразный дневник все годы, с первого по сегодняшний день.

Где-то через страниц пять-шесть, после описания различных чемпионатов и биографий игроков, снова появилось фото той самой пятерки Ларионова — первой пятерки сборной СССР по хоккею с шайбой. В свое время они сметали всех на своем пути. Два золота олимпиад, четыре триумфа на чемпионатах мира и восемь выигранных чемпионатов СССР. Опять же. Список побед, существующих на тот момент, был братом скрупулезно указан по пунктам, с деталями и подробностями.

К примеру, среди записей имелась такая:«1984 год — в составе ЦСКА выиграли подряд 39 матчей»

В общем, пятерке Ларионова Славик посвятил последние несколько листов.

В том числе расписал подробно биографию каждого участника звена. Где родился, как пришел в спорт, как попал в сборную. Славик очевидно был их фанатом.

Более того, мне показалось, свое звено он хотел видеть таким же. Интересно, с кем ассоциировал брат себя и друзей? Имею в виду, по отношению к пятерке Ларионова? Ведь точно ассоциировал. Это, как обычные пацаны в свое время грезили о приключениях Д'Артаньяна и трёх мушкетёров. Вот так же, похоже, и у Славки.

Среди информации, имевшейся на одной из первых страниц была, в том числе, фотография Тарасова. Того самого, знаменитого тренера. Никаких комментариев брат к ней не оставил. Вообще. Ни одного слова. Странно. Почти рядом с каждым снимком было что-то написано, а тут — полный ноль. Вот, как понять? Славка так сильно его не любит или наоборот, считает лучшим?

Ниже — заметка из газеты, дополненная снимком, на котором изображены игроки ЦСКА.

Качество, ясное дело, было снова не очень хорошее. К тому же, фотографии смотрели до меня сотню раз. Естественно, состояние у них немного хреновенькое. Хотя, видно, с альбомом Славка обращался бережно. Просто, если постоянно лазать и теребить их, то, естественно, чисто из-за этого, все равно снимки вытираются.

Я рассматривал лица людей, долгое время являвшихся гордостью страны и советского спорта, когда мое внимание привлек один из игроков. Он стоял прямо рядом с Тарасовым, который, ясное дело, там тоже присутствовал. Я задумчиво уставился на мужика. Знакомое лицо. Очень. Не пойму, кто такой. А потом меня осенило. Это же Сергей Николаевич. Наш тренер. Во, блин… Как неожиданно. Но тут же вспомнился разговор, который подслушал у двери кабинета. Сергей Николаевич ведь тогда сказал дяде Вове, мол Тарасов в свое время выгнал его из ЦСКА ни за что. Попытался напрячь башку и вспомнить, знал ли Славка подробности. Ни черта не вышло. Я положил альбом на стол, уставившись на это фото.

О Тарасове говорили много. Разное. Он был жёстким, упрямым, сложным человеком, который никогда не шёл на компромисс и не признавал авторитетов. Такая сложилась репутация. Он мог с одинаковой лёгкостью сделать выговор как «зелёному» подопечному, неправильно сделавшему упражнение на тренировке, так и высокопоставленному чиновнику, который ни черта не смыслит в хоккее, но посмел что-либо указывать Тарасову. Что уж говорить, если однажды он не побоялся увести команду со льда в присутствии генсека. Арбитры не засчитали шайбу, влетевшую в ворота противника, когда ЦСКА играли со "Спартаком". В то время было правило, в третьем периоде после десяти сыгранных минут происходила смена ворот.

И вот по часам на табло, шайба была забита "армейцами" ровно за минуту до нужного времени. А контрольный секундомер арбитров показал 10:01. Гол не засчитали.

Тогда Тарасов сделал то, что, в принципе, казалось нереальным — увёл команду с площадки и отказывался выводить своих хоккеистов обратно, пока арбитры не засчитают отменённый гол. Чуть больше получаса все пытались уговорить тренера ЦСКА продолжить матч, но никому не удавалось этого сделать — ни спортивным чиновникам, ни звонившему по телефону маршалу Гречко. А на трибунах, если что, находился генсек. И лишь когда Тарасову сообщили, что сам Брежнев устал ждать, когда хоккей продолжится, ему пришлось уступить. Самое интересное, Леонид Ильич не стал сразу напрямую вмешиваться в ситуацию и не требовал отменить или засчитать спорный гол. Он, как и все, долго ожидал, чем разрешится ситуация, но затем всё же настоятельно попросил продолжить игру. В итоге ЦСКА все равно проиграли, но сам факт поступка Тарасова был очень показательным в плане его характера.

Так вот получается, Сергей Николаевич и правда играл под началом этого человека.

Меня эта информация зацепила в первую очередь тем, что Тарасова считали очень жёстким тренером. Многие игроки натурально выли от его диктаторских замашек. С тем же Бобровым у них, в том числе, на этой почве было очень мощное противостояние.

Но Тарасов умел делать чемпионов. Вот эту мысль заклинило в моей голове. Я вдруг понял, как надо поступить. По крайней мере, попытаться.

Вскочил из-за стола, глянул на часы, которые весели на стене. До тренировки ещё много времени. Отлично. Насколько мне не изменяет славкина память, Сергей Николаевич приходит всегда за пару часов. Мне нужно с ним поговорить откровенно и наедине.

Глава 12

Перед тем, как выскочить на улицу, успел всё-таки принять душ и перекусить. А то, хрен пойми что. Только зашёл, пора уже обратно.

Сашкина мать нас, конечно, утром покормила. Порадовали, как всегда, свежеиспечённые булочки и чай. Да и помыться было где. Но всё-таки, дом есть дом. Полчаса плескался в ванной, как дельфин. Вылез, потопал в сторону кухни. В холодильнике нашел котлеты, кусок сыра и сваренные вкрутую яйца. Смел все за один присест. Не разогревая. Просто, учитывая, что микроволновок ещё не водится, заморачиваться со сковородкой сильно не хотелось. С духовкой — тем более. А вот жрать — наоборот, очень даже. Видимо, организм у меня теперь растущий, физически развитый. Требует хорошей подпитки.

Отец, слава богу, свалил в неизвестном направлении и никто не мешался под ногами. Я переоделся, взял "спортивки", сегодня только физподготовка, форму можно не тащить, а затем потопал на автобусную остановку. Карусель какая-то, если честно. Круговорот Славика в природе.

Вот эти катания, туда-сюда, совсем не делают жизнь легче. От одной дороги ушатаешься. Морскую болезнь себе заработаешь. Тем более, транспорт в это время вообще не был близок к понятию "удобно" или "комфортабельно". Формулировка "трястись на автобусе" в данном случае была очень даже реальной. Жаль, что нам со Славиком всего четырнадцать. С огромным удовольствием перебрался бы в Воронеж. К сожалению, во-первых, хрен меня кто отпустит. Во-вторых, школу никто не отменял, до конца восьмого класса надо дотянуть. А если рассматривать "вышку" в институте физкультуры, так и вообще, до десятого. В-третьих, чтоб снять хату, необходимо иметь для этого деньги. А деньги, как раз, отсутствуют.

Нет, я нашел ещё вчера на своей тумбочке всякую мелочевку, оставленную матерью, но этого на жилье точно не хватит. И взять мне бабло неоткуда. Если только продать что-то ненужное? Что? Как говорил мультяшный персонаж, чтобы продать что-то ненужное, надо сначала купить что-то ненужное. А тащить из дома… Я не батя. Это он периодически исполняет подобные фокусы. То проиграется, то просто надо ему. Столько раз подобное происходило, не сосчитать. Помню, спёр у матери спрятанные семьсот рублей. Собирала она на что-то. Сумма по тем временам аховская. А он ее просто спустил. Прогулял с дружками. Красиво жить не заметишь, ешкин кот. Так вроде говорят.

Пока ехал обратно в Воронеж, детально прокручивал в голове предстоящий разговор. В конце концов, я — маркетолог от бога. Так говорят. Говорили, вернее. Могу продать все и всем. Вот сейчас стоит задача именно такая. Продать себя. Если точнее, нас со Славиком. Впереди — порядка шести лет, чтоб попасть в сборную. Даже не просто попасть в сборную, а на определённую Олимпиаду. Ту, которая будет в 1992 году. Мы выиграем со счетом 3:1. Потом — все. Ну, можно ещё рассчитывать на чемпионат. Однако, это уже больше для того, чтоб закрепиться. Дальше надеяться не на что. Соответственно, мне нужно, чтоб тот товар, который я хочу продать подороже, к определенному времени выглядел желанным для конкретных покупателей. А помочь мне в этом может тренер.