— тварь, что создана из особенностей разных племен. Никому не нужный смесок!
Угел приблизился к нему еще на некоторое расстояние, Лесн опять чуть отступил в бок. Они как бы кружили немного на расстоянии друг от друга. Впрочем, расстояние это сокращалось. А вот свободное пространство между Угелом и курятником — ширилось, и Кикимору хотелось верить, что Выса догадается, что по нему можно выбежать из тупика. Периодически он пытался показать девчонке глазами на этот проход, но та только молча стояла у ореховых кустов, потирая дрожащей рукой пострадавшую шею, и ни на что не реагировала. Когда Угел шагнул в его сторону еще раз, и стало ясно, что в следующий ход он просто начнет драться, Лесн не выдержал и крикнул:
— Беги, дура!
Выса вздрогнула и действительно попыталась сбежать — но тут же была поймана Кривоносом за локоть.
— Ай, как нехорошо мешать воспитательному процессу! — ухмыляясь сказал хулиган и вдруг отвесил девчонке подзатыльник. Выса вскрикнула. Лесн выпустил на одной руке когти и кинулся вперед.
Хромоножка была откинута в сторону. Лис, до сих пор прятавшийся за остатками полусгнившей бочки прыгнул вперед и оскалился, отгораживая трех парней от дерущейся парочки. Лесн получил два удара по лицу, процарапал Угелу бок и плечо и следом расстался с одним зубом, благо не передним. В отместку он укусил Кривоноса за ухо, и тот взвыл, откатываясь в сторону. Лесн, пользуясь случаем, вскочил на ноги и свистнул, подзывая лиса. Хвост тут же оказался рядом. Полукровка схватил Высу за руку, заставляя встать.
— Садись на лиса, быстро!
Хромоножка кое-как взгромоздилась на зверя. Тот тут же подпрыгнул, лягая подкравшегося сзади прихлебателя Угела, и девчонка чуть не свалилась с него — хорошо, что Лесн все еще держал ее за руку. Кто-то из парней достал хорошо наточенный гвоздь.
— Беги!
Лис повиновался и рванул с места. Выса из всех сил вцепилась в длинную шерсть, стараясь не свалиться. Лесн зигзагами бежал следом за ними — Кривонос преследовать их не стал, но некоторое время прицельно кидал в спины убегающим камни.
Они остановились только на краю деревни. С неба светила большая круглая луна, показывающаяся людям только раз в двадцать восемь дней, зато в полном своем величии и блеске. Свет в окнах домов медленно угасал. Выса слезла с лиса, осмотрелась, осмотрела платье и хлюпнула носом.
— Все нормально! — поспешил заверить ее Лесн. — Они сюда не сунуться, не бойся!
В ответ девчонка села на землю, обняла свои колени и разрыдалась.
— У тебя что-то болит? — спросил Лесн, присаживаясь рядом. — Тебе ничего не сломали? — он с ужасом вгляделся в ее фигуру. Хромоножка отрицательно покачала головой, не переставая плакать. Полукровка замер, не зная, что предпринять. Папа маму всегда в таком случае крепко-крепко обнимал, но они же с Высой даже не друзья… Его рука дернулась было к ней, потом легла обратно на собственное колено.
— Что случилось-то? — спросил он обреченно. Выса с бесконечно печальным видом приподняла подол нового платья.
— Я его порвала, — сказала она и опять залилась слезами. Лесн некоторое время переваривал услышанное. У нее синяки на шее и руке, а больше всего она переживает о платье? Ох уж эти женщины! Их логику просто невозможно постичь!
— Да ладно, не реви! Я попрошу, мама тебе новое сошьет, еще лучше!
— Бабушка денег не даст… — сказала Выса шепотом, словно признавалась в страшном грехе. Лесн вздохнул.
— Она просто так сделает, без денег. Как будто мне. Ясно?
Выса кивнула и задумалась. Ну, хоть рыдать перестала.
— Давай я хотя бы вам чем-нибудь помогу? Грядки там прополоть. А то некрасиво получиться. Неправильно.
— Потом договоримся, — отмахнулся полукровка, стараясь закрыть тему. Хвост, вертевшийся вокруг них, именно в этот момент решил проявить дружеские чувства и лизнул в щеку сначала Кикимора, а потом девчонку. Лесн испуганно ждал типичного женского "фу", но Выса только тихо, почти неслышно рассмеялась.
— Хороший он у тебя, — заметила она, поглаживая Хвоста между ушей.
— Хороший, — согласился Лесн. И вдруг предложил: — Я недавно маленького лисенка подобрал раненого, хочешь принесу? Они очень верные.
Глаза девчонки зажглись восторгом.
— Хочу!
Они немного посидели, приводя в порядок одежду, затем Лесн проводил Высу до дома и уже в полной темноте пошел к себе домой.
Мать ждала, сидя на крыльце и поглаживая лежащего у ее ног лисенка.
— Опять поздно, — вздохнула она. — Ну как поговорили?
— Нормально, — неопределенно отозвался нерадивый сын. — Я завтра расскажу, ладно?
Она полила ему на руки и ушла спать. Лесн с лисами опять устроились в травнике, ночи еще были очень теплые. Перед сном подросток отыскал заветную бумажку и при свете луны прочитал: "Задача вторая: побори самого себя". Это что же получается, первое задание он выполнил? А как, интересно? Лесн опять запрятал бумагу в коробочку со всякой ерундой и лег спать. Не зря же старики вечно твердят, что утро вечера мудренее!
Глава 5. Правильно
К заданию Лесн вернулся через два дня. С Вихром они больше не виделись, к Жаду он заходить постеснялся, но спросил о его здоровье у старшей из сестер, и та сказала, что "все хорошо, только мать дуется". Высе судя по всему досталось за позднее возвращение от бабки, и та ее от себя не отпускала ни на шаг. Смеш, раньше забрасывающий Кикимора провокационными вопросами, вдруг стал парня сторониться и смотрел на него теперь не с детским любопытством, а косо, зло. Зато Злена вдруг стала с полукровкой здороваться, а иногда и разговаривать о чем-то совершенно бессмысленном. Лесна это чрезвычайно взволновало, ибо он не мог понять причину столь внезапной смены отношения к нему. Он не превратился ни в полноценного кика, ни в мора, ни в разина — смешение черт разных болотных племен все так же бросалось окружающим в глаза. Тимка с Тинкой по прежнему его не замечали. Так почему красавица Злена вдруг решила с ним завести…на дружбу это не походило, скажем, знакомство? В общем на время Лесна никто не претендовал, а кто мог претендовать, с тем он сам старался не встречаться, так что, выполнив все запланированные на сегодня домашние поручения, он в образовавшееся вдруг вечером свободное время вернулся мыслями к загадочному посланию. Побороть самого себя… Лесн крутил бумажку и так, и сяк, но подсказок она не давала. Наконец он отложил ее в сторону и легонько, (чем Валахар не шутит!) ткнул кулаком себя в плечо. На бумажке тут же зажглась издевательская надпись: "Дурак!" Полукровка обиделся и засунул лист подальше
