Она не шелохнулась, напряжение по-прежнему не покидало ее.
— Вы надеялись на шикарную и блестящую жизнь, на коктейли, приемы, обеды.
— Вскоре я поняла, что это был самый большой эгоист, какого я встречала.
— Потому что он не предоставил вам первого места?
Это, казалось, удивило ее, а Мегрэ продолжал:
— Он был в доме всем, а вы — ничем.
Взгляд ее стал безжалостен.
— Меня все презирали, кроме Клер.
— Почему вы не потребовали развода?
Она повела глазами вокруг себя, и взгляд ее охватывал всю квартиру, весь дом, все состояние семьи Сабен-Левек.
— Потому что вы были жадны. Для вас не имело большого значения, что муж время от времени исчезает, отправляясь на поиски хорошеньких девиц. Вы были госпожой Сабен-Левек. И вам надо было ею остаться любой ценой.
Она отпила глоток. Проделывала она это машинально.
— Вашим прибежищем стал коньяк. Предполагаю, что любовники у вас тоже были?
— Интрижки. Мужчины, с которыми я встречалась в барах.
Теперь, когда она сдалась, Натали и не думала защищаться. Казалось даже, что ей доставляет удовольствие выставлять напоказ свою подноготную.
— Гостиничные номера… Некоторые ошибались и пробовали давать мне деньги… Она поджала губы.
— Два года назад вы встретили Джо Фазио.
— Это другое. Я любила его…
— Он был барменом.
— Я сняла ему студию и содержала его. И это опять был вызов, который она цинично бросала Мегрэ.
— В состоянии, до которого я дошла, я не могу надеяться, что меня будут любить просто так. Он делал вид, что любит, а я делала вид, что верю.
— Кто предложил избавиться от вашего мужа?
— Думаю, эта мысль пришла нам обоим.
— Фазио установил, какие ночные заведения посещает так называемый господин Шарль. Много раз он следовал за ним, выжидая благоприятного стечения обстоятельств.
Она пожала плечами. Это же настолько очевидно!
— Однажды ночью, когда ваш муж вышел из «Крик-крака», Джо Фазио воспользовался тем, что улица была пуста и убил его. Он запихал его в украденную машину и привез на берег Сены. Машину он потом бросил на строительной площадке в Пюто.
— Подобными деталями я не занималась.
— Затем он позвонил вам и сообщил, что дело сделано?
— Да.
— Какую жизнь могли бы вы вести с вашим экс-барменом?
— Я об этом не думала.
— Признайтесь, вы заставили убить вашего мужа не из-за чувств к любовнику?
— Не знаю.
— Вы хотели остаться госпожой Сабен-Левек. Отныне вы становились полновластной хозяйкой дома.
— Вы ведь плохо обо мне думаете, правда?
— Да. Но в то же время я не могу себя заставить не испытывать к вам чувства жалости, потому что вы одновременно хрупки и тверды.
— Я хрупкая? — усмехнулась она. И Мегрэ повторил:
— Да, хрупкая.
— Вы меня, конечно, увезете?
— Это мой долг. Идите оденьтесь. Проследи за ней, Лапуэнт: у меня нет ни малейшего желания, чтобы она еще раз воспользовалась садовой калиткой.
Мегрэ медленно набил трубку, раскурил ее и начал мерить шагами комнату.
Ждать ему пришлось почти полчаса. Когда Натали вернулась, сопровождала ее Клер, которая несла чемодан из свиной кожи.
Прежде чем выйти на лестницу, Натали снова приложилась к бутылке, от которой долго не могла оторваться.
— Полагаю, там мне этого не дадут?
Было ясно, что она будет осуждена. Но, учитывая ее расстроенные нервы, отправят ее, по всей видимости, в больницу.
Дверь нотариальной конторы была открыта. Обойщики закончили возиться с драпировками. Она сделала два шага и увидела гроб.
Лицо ее осталось невозмутимо.
— Он там?
— Да. Завтра его хоронят.
— Меня — сегодня.
Чемодан был положен в багажник, и комиссар уселся рядом со своей пленницей. Она смотрела на набережные, мосты, прохожих, автобусы и машины, как будто все это принадлежало уже далекому прошлому.
Когда они прибыли во Дворец правосудия, Лапуэнт взял чемодан, который был для Натали слишком тяжел. Мегрэ постучал в дверь следователя Куэнде.
— Она ваша, — проговорил он дрогнувшим голосом.
Комиссар взглянул на арестованную. Но он уже перестал существовать для нее. Она уселась напротив следователя еще до того, как тот пригласил ее войти, и, судя по всему, чувствовала себя совсем неплохо.
1
До свидания (англ.)
2
Один из крупнейших банков Франции.
3
Здесь — молодой человек, живущий на содержании у богатой женщины.
