со всей этой публичностью? По словам не только
моих источников, но и самого Жерарда, он принял все в штыки как и все остальное - с
фирменным гуннарсоновским изяществом.
Но это не значит, что он остался невредим. Перепалки в раздевалке был особенно
жестокими - и под жестокими я подразумеваю уморительными.
Все началось сегодня днем, когда команда прибыла на Infinity Arena. Они сняли с себя
одежду, готовые облачиться в бело-голубую форму для сегодняшнего открытия сезона.
Жерард сидел у своего шкафчика и возился с ремнями, когда к нему подошел Дрю Ларни
с телефоном в руке и ехидной ухмылкой на лице.
«Йоу, Джи-мен. Ты видел последние комментарии в блоге Ледяной Королевы? Кто-то
создал петицию, чтобы твоя задница получила свой собственный почтовый индекс».
Джерард закатил глаза и улыбнулся. «Придурки. Я думал, они собираются назвать в честь
нее штат».
Кайл Грэм вклинился с другого конца комнаты. «Не забудь обновить свое резюме, Жерард. «Профессиональная модель для штанов для йоги» - это надежный запасной
вариант карьера».
Не остался в стороне и защитник-первокурсник Натан Пейсли - со своими фирменными
розовыми волосами, добавил свои два цента. «Я слышал, что Lululemon отчаянно
подписать тебя в качестве нового посла бренда».
Подколки продолжались, и разные товарищи по команде давали непрошеные советы по
технике приседаний и потреблению протеина, пока не пришел тренер Донован и не сказал
им, чтобы они вытащили свои головы из задницы Жерарда и включились в игровой
режим. Честно говоря, я и сама не смогла бы сказать это лучше.
Несмотря на то, что внимание к великолепным ягодицам Жерарда - это только хорошее
развлечение, они должны сосредоточиться. После сегодняшней победы у них будет
достаточно времени, чтобы обсудить не увеличивают ли хоккейные штаны его задницу.
Но если им так нужен ответ, они знают, у кого спросить!
До следующего раза.
Ледяная королева на коньках!
Глава семь
ЖЕРАРД
Не зря меня считают одним из лучших хоккеистов дивизиона NCAA. Мужские хоккейные
нападающие последнего десятилетия. Когда я двигаюсь по льду, я обладаю врожденной
способностью следить одним глазом за каждым игроком, а другим - за тем, что
происходит впереди.
Я настолько влился в игру, что уверен, что мог бы делать это с закрытыми глазами. Но
сегодня я не буду проверять эту теорию. Мы только десять минут первого периода, но я
уже могу сказать, что это будет очень напряженная игра.
Команда, против которой мы сегодня выступаем, - «Викинги» из Академии Норт Шор. С
ними не шутят. За последние несколько сезонов они сформировали сильный и
талантливый состав
Такие парни, как Лэндон Хейз и Коннор Миллс, начинают получать такое же внимание, что и мы с Дрю. Спортивные телеведущие даже предсказывают, что некоторые из них
могут стать профессионалами прямо из колледжа.
Меня это раздражает.
Не потому, что они хороши - мы уважаем хороших игроков, - а потому, что мы работали
над собой, чтобы попасть сюда. «Барракуды» были элитной программой десятилетиями, а
теперь эти выскочки думают, что могут прийти и занять наш трон?
Ни за что. Не при мне.
Я бросаю взгляд на табло. Все еще 0:0. Мои ноги горят от постоянных спринтов, но
расслабляться некогда. Каждая смена на счету. Каждая игра может стать той, которая
переломит ход матча.
Тренер призывает сменить линию, и я скольжу к скамейке запасных перчатками с
товарищами по команде и сажусь на место. Дрю садится рядом со мной, тяжело дыша и
ухмыляясь, как идиот.
Вернувшись на лед, наша вторая линия усердно тренируется. Джордан Чейз выигрывает
фейсконтроль, и Уилл Диксон наносит бросок с точки, но вратарь «Викингов»
перехватывает его перчаткой. Парень сегодня горяч, а это для нас беда.
Через пять минут судья дает свисток, и я снова на ногах, разминая квадрицепсы и
разминая шею из стороны в сторону. Дрю стоит и поправляет шлем.
«Давай покажем этим ребятам, как это делается, Джи-мен».
Мы перепрыгиваем через борта, пока Джордан и Уилл занимают места. После того как
судья Дрю забирает шайбу и передает ее мне.
Я мчусь по льду, как ракета, обвожу двух защитников, а затем передаю шайбу Оливеру.
Он наносит свой лучший бросок, который рикошетом отлетает от стойки с грохотом, который эхом разносится по арене.
Так близко.
Викинги приходят в себя и начинают свой собственный рывок. Я сразу же распознаю их
игру и возвращаюсь в нашу зону, чтобы перехватить пас, предназначенный Миллсу.
Он ругается, когда я отбиваю шайбу и убираю ее со льда, чтобы получить право на
обледенение. Моя грудь вздымается, когда мы возвращаемся на площадку. Вот к чему все
сводится: кто хочет этого больше?
Может, у «Викингов» и есть талант, но у нас есть история. У нас есть традиции. И самое
главное - мы есть друг у друга.
Дрю наклоняется ближе. «Помнишь первый курс?»
Как я мог забыть? Это было открытие сезона, точно такое же, как и это. Мы уступали
Дартмуту два гола за пять минут до конца периода.
Защитник пытался отсечь меня, его клюшка была наготове, чтобы выхватить шайбу как
только она окажется в пределах досягаемости. Но быстрым движением запястья я
отправил шайбу между его коньками.
Я обогнул защитника и быстро вернул себе владение шайбой. Острые ощущения от того, что я перехитрил соперника, были похожи на эйфорию, и на чувство, которое я
испытываю перед тем, как сорвать куш.
Вратарь приготовился блокировать мой бросок, его маленькие глазки-бусинки, спрятанные за маской, бешено вращались, пытаясь предугадать мой следующий шаг.
Я отпрянул назад, направив всю свою силу на один взрывной удар, который попал в сетку
с удовлетворительным свистом. Это была моя первая хоккейная игра в колледже и именно
благодаря мне мы выиграли. С того момента я стал основным игроком, когда нужно было
помочь.
И я снова готов выполнить свой долг.
Наш план игры прост, но смертоносен, как меткий снайперский выстрел. Над ним мы
работали всю предсезонку под руководством тренера Донована. Быстрые передачи, которые используют даже малейшие промахи в
