Какая-то составляющая светового излучения и ничего более вызывала у них псевдовитальность. Мы еще очень далеки от полного понимания природы электромагнитных колебаний эфира, которые мы называем светом, и использования всех заложенных в нем возможностей.
— Послушайте, док, — серьезно сказал Ларри. — Я готов принять без доказательства все сказанное вами по поводу этого затерянного континента и людей, живущих там в каких-то пещерах. Но клянусь мечом Бриана Бору[16], вы никогда не убедите меня, что какой-то пучок лунных лучей может совладать с такой крупной женщиной, какой, по вашим рассказам, была нянька жены Трокмартина, ни с таким энергичным мужчиной, каким, опять же с ваших слов, я представляю себе самого Трокмартина, ни женой Халдриксона — бьюсь об заклад, что она, скорее всего, тоже принадлежала к северному типу рослых, могучих женщин. Нет, вам никогда не заставить меня поверить, что какой-то пучок, пусть даже сильно сфокусированного лунного света мог бы овладеть ими настолько, чтобы, пританцовывая от восторга, они пошли бы за ним в ритме вальса по полосе лунного света. Не-е, доктор, как ни старайтесь, но даже лунный свет Теннеси не способен такое проделать.
— Ну хорошо, О'Киф, — отвечал я, теперь уже и впрямь сильно рассерженный. — Что же это такое, по-вашему? — и я не смог удержаться, чтобы не прибавить: — Феи?
— Профессор, — усмехнулся он, — если эта хреновина — фея, она, ясное дело, из Ирландии, и когда она увидит меня, она так обрадуется, что сразу бросит валять дурака. "О Ларри, я потерялась, сбилась с пути и заблудилась, avick[17], — скажет она, — я так соскучилась по дому, по родным пенатам, я просто в отчаянии, — скажет она, — забери меня быстрей обратно, я больше никогда не буду вреднича-а-а-ть!" — скажет она мне… И это будет правда.
Я молчал, словно воды в рот набрав.
— Поймите меня правильно, док. Я верю, что вы все что-то видели. Но я думаю — это был просто какой-то газ. Вся эта местность вулканического происхождения: острова и всякие штучки-дрючки беспрерывно выпучиваются из моря, как чертики из табакерки. Да, скорее всего, это газ вулканической природы., какой-то неизвестный газ, от которого вы сходите с ума: очень многие виды газов так дейcтвуют. Он ударил по мозгам всей экспедиции Трокмартина на том островке; они, по-видимому, все время ходили слегка прибалдевшие, думая, что на самом деле видят все это, все время говорили об этом — и на тебе! — массовая галлюцинация, что-то вроде Ангелов Моны и других диковинок, случавшихся на войне. Как это бывает: некто видит нечто, и это нечто напоминает ему еще что-то. Он показывает на это стоящему рядом с ним. "Вы видите это, сэр?" — спрашивает он. "О да, конечно, я вижу это, сэр!" — отвечает тот. И вот, пожалуйста, — готова массовая галлюцинация. Когда ваши друзья нанюхались газа, они, скорее всего, просто попрыгали за борт, один за другим. Халдриксон тоже вляпался в такое же местечко, где газ ударил в голову его жене. Она схватила в охапку ребенка и сиганула за борт. Может быть, лунные лучи делают газ светящимся. Мне приходилось видеть на фронте газ при лунном свете: это выглядит так, будто тысячи шаманов вертятся в дьявольской пляске. Да-да, и вам ничего не стоит увидеть дьявольские хари в этом кружении. И если газ наполнил вам легкие, больше уже ничего не требуется, чтобы вы думали, будто видите самых настоящих чертей.
Некоторое время я хранил молчание.
— Ларри, — сказал я наконец, — правы я или вы, это неважно, в любом случае я должен пойти на Нан-Матал. Пойдете вы вместе со мной, Ларри?
— Гудвин, — ответил он, — я пойду, не сомневайтесь. Меня все это заинтриговало не меньше вас. Если нам не встретится на пути "Дельфин", я ваш, с потрохами. Я оставлю на Понапе записку, если они решат искать меня. Если они сообщат о моей смерти через некоторое время — всем это будет до лампочки. Так что все в порядке. Только вот что, старина, послушайтесь меня: не забивайте себе голову всерьез этой историей, так и свихнуться недолго, уверяю вас.
И снова радость от сознания, что со мной пойдет Ларри О'Киф, была так велика, что я позабыл рассердиться.
ГЛАВА 10. ЛУННАЯ ЗАВОДЬ
Мы заметили появившегося на "Суварне" да Косту лишь когда он, похлопав меня по руке, прервал наш разговор.
— Доктора Гудвин, — сказал он, — могу я повидать вас в моя каюта, сайр?
Ну вот, наконец-то он заговорил! Я пошел за ним следом.
— Доктора, — сказал он, когда мы вошли в его каюту, — оченна странная вещь приключилась с Олафа. Оченна странный. И туземцы на Понапе, они за недавнее время оченна много беспокоиться. Я ничего не знай, зачем они боятся, ничего.
Снова это быстрое крестное знамение.
— Но вот что я вам хотеть рассказывай. Прошлый месяц один человек, русский, пришел ко мне из Раналоа. Он доктора, такая же, как вы. Его было звать Маракинофф. Я привозить его на Понапе, и эти туземцы, они не хотеть возить его на Нан-Матал, куда он хотеть ехать… нет, не хотеть. Так я возить его. Мы покидать в его лодка оченна много всякий крепко завязанный инструмент. Я покидать его там вместе с лодка и едой. Он мне говорить, ничего не надо никому говорить, и совсем ничего мне не заплатить. Но вы друг, и Олафа вы помогать оченна сильно, так что вам я говорить, сайр.
— Ты ничего больше не знаешь, да Коста? — спросил я. — Ты ничего не слышал о другой экспедиции?
— Нет, — он лихорадочно затряс головой. — Ничего больше.
— Ты не слышал такого имени — Трокмартин, когда был на Понапе? — не отставал я.
— Нет, — отвечая, он смотрел мне прямо в глаза, но бледность опять поползла у него по лицу.
Я не вполне поверил искренности его ответа. Но если он знал больше, чем сказал, почему он боялся говорить? Мое беспокойство все усиливалось, и я попытался' отвлечься, отправившись поболтать с Ларри.
— О, эти русские, — сказал он. — Да, они могут быть чертовски милы или чертовски… совсем наоборот. Будем надеяться, что удастся познакомиться с ним прежде, чем покажется "Дельфин".
Следующим утром мы без приключений добрались до Понапе, и уже к полудню "Суварна" и "Брунгильда" встали на якорь в гавани. Я не буду описывать возбуждение и неприкрытый страх, охвативший туземцев, когда мы стали искать носильщиков и рабочих себе на подмогу. Достаточно сказать, что никакие денежные посулы не смогли склонить ни одного из них пойти на Нан-Матал. И никто не сказал, почему он отказывается.
В конце концов было решено, что "Брунгильда" останется под присмотром полукровки-китайца; оба — и да Коста, и Халдриксон — хорошо знали его как человека, которому можно доверять. Мы доверху нагрузили баркас с "Брунгильды" моими инструментами и едой, а также лагерным снаряжением.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
