Мэрилин напомнила себе, что в возрасте Билли многие парни покупают тайком пиво и это еще не повод бить тревогу. Она рассказала о находке Джеку, и тот разумно рассудил, что форсировать события не стоит, однако с Билли надо быть внимательнее.
Сам День благодарения в новой семье Нортон-Эллисон прошел гораздо веселее, чем в прошлом году. Дети Джека присоединились к празднованию, в гости пришла Гэбби. Она помогла Мэрилин накрыть на стол и выставить угощения, которые Джек заказал в ресторане. Им помогали два официанта, которых также нанял Джек. Мэрилин оставалось просто расставить посуду и ждать, пока ее обслужат. Ужин был изысканным и вкусным.
У всех было чудесное настроение. Исключение составлял только Билли, который был несколько мрачен и все время молчал. Дети Джека пытались разговорить его, но все было тщетно. Даже на вопросы о футболе и новой команде он отвечал коротко и сквозь зубы, словно это не было его любимой темой. После ужина Билли укрылся в своей комнате с Гэбби. К ее удивлению, он достал из бельевого шкафа бутылку текилы и налил две рюмки. Гэбби насупилась и отказалась пить.
– Ничего хорошего в этой затее нет, – сказала она с легким укором. – Понятно, что ты расстроен, но алкоголь не изменит ситуацию. Ты можешь только навредить себе, но факт останется прежним – скоро у тебя появятся двое братьев или сестренок. Просто смирись. Зачем напиваться?
– Полагаешь, можно напиться с одной рюмки текилы? – Билли пожал плечами. – И при чем тут дети и беременность матери? Мне плевать на это! Я пью за День благодарения, черт побери!
Прежде Билли никогда не говорил с Гэбби таким тоном, и когда она отказалась выпить, он опрокинул в себя и вторую рюмку текилы. Конечно, она уже видела его пьяным на вечеринках, где пили абсолютно все, но никогда прежде Билли не пил с горя. Даже развод родителей не подтолкнул его к бутылке. Впервые он напился на свадьбе матери, но тот раз можно было счесть случайностью.
– Послушай, ты же спортсмен. У тебя скоро отборочные игры. Тебе нельзя напиваться, – напомнила Гэбби, смотря на него неодобрительно.
– Не надо мне указывать, что правильно, а что неправильно. Можно подумать, что ты старуха, а не юная девчонка, с которой я давно встречаюсь, – фыркнул Билли.
В этот момент он был похож на своего отца. Это было такое неприятное сходство, что Гэбби молча встала и ушла.
Мэрилин удивилась тому, как быстро их гостья распрощалась. Конечно, она видела, что Билли не в духе. Если бы народу было чуть меньше, его мрачный вид и поведение разрушили бы уютную семейную атмосферу праздника. Билли всем видом давал понять, что не желает разделить счастье матери и ее нового мужа. Дети Джека, узнавшие о беременности перед ужином, были немного удивлены, но также и обрадованы. Они тоже надеялись, что родятся мальчики.
В понедельник во время уборки Мэрилин нашла в комоде сына початую бутылку текилы и две рюмки. Теперь она встревожилась не на шутку. Ее даже слегка затошнило при мысли, что Билли может спиться.
Она сразу же набрала номер Конни и рассказала ей о своей находке.
– Черт, я не хочу, чтобы он превратился в еще одного Ларри. Я начинаю подозревать, что мой сын пьет с того самого момента, как мы с Джеком поженились. Теперь у него добавился еще один повод залить горе.
– Да, паршивый повод, – вздохнула Конни. – Знаешь, я нашла у Кевина в шкафу бутылку водки. Он был паинькой так долго, что я перестала ждать подвоха. К тому же он совершеннолетний, а значит, имеет право делать со своей жизнью все, что захочет. Но он живет в нашем доме, хотя ему уже двадцать четыре. Если он начнет пить, то покатится по наклонной. Майк хочет, чтобы Кевин начал помогать ему в работе, а после выпускного перешел на полный график. Однако Кевин терпеть не может строительный бизнес, да и на побегушках быть не собирается. Ведь Майк обращается с ним достаточно жестко, полагая, что Кевину нужна железная рука.
– Ох уж эти дети! – воскликнула Мэрилин. – Порой кажется, что они желают нам смерти.
Конни невесело рассмеялась. Они обе знали, что ситуация отнюдь не смешная. Будущее их детей, будущее семей было в опасности. Перед Билли лежали все дороги, а он мог перечеркнуть одним махом все возможности, все шансы.
– Будем надеяться, что это просто трудный период, – сказала Мэрилин. – Ты поговоришь с Кевином о бутылке?
– Это сделает Майк. Он хочет поставить ему условие: хочешь жить под родной крышей – прекращай валять дурака и займись делом. А если он против, то может искать себе жилье. Мне трудно принять такое жесткое решение, но я полагаюсь на мужа. А что будешь делать ты?
– Билли и вовсе нельзя пить. Это поставит крест на футбольной карьере. Может, у него переходный возраст, не знаю. Молодежь частенько лоботрясничает на первом курсе, а потом берется за ум. Но Билли нельзя терять голову. Он выбрал для себя цель и так настойчиво к ней двигался, столького достиг… Придется следить за Билли в оба.
– А мне за Кевином, – с досадой сказала Конни.Она уже привыкла доверять сыну, да и куратор убеждал Конни, что худшее позади, Кевин чист и способен сам управлять своей жизнью. Однако она все равно опасалась рецидива. Если Кевин снова начнет пить, то там недалеко и до наркотиков. Не следовало забывать, что он едва не попал в тюрьму, поэтому новый привод точно упрячет его за решетку. То, что сын Мэрилин тайно выпивает по паре пива перед сном, казалось ей куда меньшей бедой, чем любая выходка ее старшего. В конце концов, ученики выпускных классов частенько пьют на вечеринках и в компаниях, это придает им куража, хотя они все равно остаются хорошими, правильными детишками. А Кевин никогда не был хорошим и правильным, к тому же давненько вышел из детского возраста.
Новости подоспели к Рождеству. Конни и Мэрилин в маникюрном салоне случайно увидели Мишель. Девочка выглядела тоненькой, как былинка. Она явно страдала анорексией, отрицать очевидное было нелепо. Мэрилин решилась поговорить с Джуди. Та поведала, что буквально на прошлой неделе была с дочкой у врача. Девочке назначили лечение и прописали диету для того, чтобы она набрала вес. Джуди была ужасно расстроена, зато Мэрилин испытала облегчение, узнав, что подруга не пускает дело на самотек.
Самой чудесной новостью было долгожданное письмо из Гарварда, которое получил Энди. Его приглашали учиться на медицинском факультете, причем вне конкурса. Это приглашение никого не удивило, кроме самого Энди. Узнав о случившемся, Иззи вопила, как сумасшедшая, прыгая вокруг друга, а Билли с Шоном подхватили его и принялись качать на руках и таскать на себе. Гэбби просто улыбалась и одобрительно кивала. Все четверо справедливо считали Энди самым талантливым в науках, поэтому полагали Гарвард заслуженной наградой.
