наличие удостоверений, при этом не раскрывая их.
— Чем обязан вниманием, господа?
— Согласно имеющейся у нас информации, Максим Витальевич, в ночь с тридцатого апреля на первое мая вы за дебош были задержаны в баре «Квазар»… — Костиков, взяв у коллеги папку и открыв её, принялся зачитывать протокол.
А забавно, по их словам, всё выходит. Получается, что Максимка сам затеял драку. Вначале сцепился с официантом, потом начал приставать к девушке, уже к которой на помощь явился некий сознательный гражданин, чью фамилию следователь, похоже, совершенно не знал.
По крайней мере, в протоколе, который я потребовал посмотреть, никаких подробностей не имелось. Просто гражданин, просто сознательный…
— Это не я, — пожал я плечами, возвращая бумажку, которую и документом-то назвать было нельзя, обратно. — Того смутьяна, судя по всему, наряд забрал и куда-то увёз. Вот у них и спрашивайте.
— Не нужно здесь умничать, гражданин Серов! Нам точно известно, что это были вы! И вам лучше пойти навстречу следствию и проехать с нами в отделение для дачи показаний, — подался вперёд второй следователь, видимо, играющий роль злого полицейского. — На данный момент вам предъявляется обвинение в совершении побега. И если вы будете мешать или сообщать заведомо ложную информацию, то даром с рук это вам не сойдёт!
— Извините моего коллегу, Максим Витальевич, за чрезмерную импульсивность, — Костиков вроде бы как осуждающе посмотрел на Никольского, — но кое в чём он всё же прав. Подтверждённая информация у нас на руках имеется, так что в ваших же интересах с нами сотрудничать. И если вы сейчас же с нами поедете, то, гарантирую, это вам зачтётся…
— Извините, господа, но я что-то не расслышал, в чём меня конкретно обвиняют? И что именно меня. В вашей бумажке, который вы именуете протоколом, даже фамилии не указаны. Ничьи.
— Все документы у нас в участке, — после едва заметной заминки произнёс Костиков. — И как раз, чтобы с ними ознакомиться, вам нужно проехать с нами.
— Спасибо, но у меня и своих дел полно, чтобы ещё со странной парочкой по городу кататься, — я улыбнулся, заметив, как побелел Никольский. — Давайте так, голуби сизокрылые. Вы либо прямо сейчас показываете мне документы на задержание, причём с моей фамилией и всеми возможными печатями, либо я вызываю представителей уже имперской полиции, и пусть они во всём разбираются.
— Зря вы так, Серов, — убрав маску любезности, произнёс Костиков. — У вас был шанс всё уладить, и если мы сейчас уедем одни, то на мирный исход вам надеяться уже не стоит.
— Если у вас всё, господа, то настоятельно рекомендую удалиться. И в следующий раз с подобными глупостями ко мне не являться, дабы не выставлять себя на посмешище. Вы всё же мундир Империи носите, стыдно должно быть за такое поведение, — покачал я головой.
— Ты ещё жизни нас поучи, дворянский вы… — Никольский подался вперёд, словно намеревался просочиться сквозь разделяющую нас решётку, однако Костиков успел перехватить коллегу, после чего потащил того к припаркованной неподалёку машине.
— Эх, опять планы перекраивать изо всяких торопыг… — пробормотал я, наблюдая за тем, как следователи усаживаются в автомобиль. А уже спустя мгновение махал появившейся на перекрёстке Дарье.
— А что у нас полиция делала? Всё хорошо? — поинтересовалась подошедшая сестра, кивнув в сторону уехавших следователей.
— Более чем. Так, поболтали немного, высказали мнение друг о друге, — кивнул я, отворяя калитку и пропуская Мышь. — Кстати, зацени котика!
— Баян… — фыркнула Дарья, глядя на презабавнейшего кота-мага. — Хм, вы куда-то собрались?
Посмотрев на экран телефона, увидел, что народ активно обсуждает будущую вылазку, скидывая в группу рисунки монстров и схемы подземелья.
— Ага, ягоду пособирать, — кивнул я. — Ничего серьёзного. Народу там много, так что опасности никакой.
— Сказочник… — Мышь вздохнула, но ничего больше говорить по этому поводу не стала, переключившись на другую тему. — Ужин готовил? А то что-то я голодная…
* * *
Чуть позже
Бар «Шот»
— А я тебе сразу сказал, хреновая это идея, браться за подобное дело, — младший следователь Костиков Борис Яковлевич толкнул дверь, заходя в небольшой бар.
Несмотря на ранний час для подобных заведений, людей в нём было уже довольно много. Однако парочку свободных мест за стойкой два офицера обнаружить смогли.
— Да нормальное дело, не в первый раз. Просто этот Серов не сразу в штаны наложил, — усевшись на высокий стул, Никольский рукой привлёк внимание бармена. — Случается такое у аристократов, выросших с золотой ложкой в заднице. Привыкли, что им с самого детства ничего не угрожало, вот и думают, что так всю жизнь будет продолжаться.
— Ну, я успел глянуть его личное дело, не сказать, что детство у него лёгким было… — Борис посмотрел на смазливого бармена и, неожиданно подмигнув ему, произнёс: — По два бокала с пивом нам.
Бармен смерил взглядом людей в форме, однако молча кивнул, принимая заказ, и отошёл в сторону.
— Капец как в горле пересохло… — произнёс Никольский, с трудом дождавшись, когда высокие кружки с пенным займут свои позиции перед ними. И едва это произошло, следователь тут же одним глотком опустошил первый более чем наполовину.
— Вот, а ты заладил в отделение, отделение… — не отстававший от коллеги Костиков вытер остатки пены с губ и довольно крякнул.
— Да ты же обычно не пьёшь. Разве что по праздникам, — приканчивая второй стакан, Никольский подманил к себе бармена, кладя на стол цветную бумажку. — Повтори заказ! И сдачу можешь оставить себе!
— Да что-то прям жутко выпить захотелось. А в кабинете не выйдет, Борисыч наверняка наведается. Ещё и задач нарежет… А нам ведь ещё нужно будет с Серовым этим что-то придумать…
— Придумаем, но не сегодня. Сегодня душа требует праздника! К чёрту эту службу! — Никольский икнул, с удивлением отметив, что уже и третий стакан успел опустеть, а эффекта никакого. — Так, парень, давай что покрепче, ну и на закусь чего-нибудь…
Бармен, несмотря на молодость, проработал в баре уже достаточно времени, чтобы понять, что вечер выдастся неспокойным. Впрочем, была надежда, что эти полицейские всё же угомонятся и сберегут честь мундира. Вообще, странно было, что они додумались зайти к ним в бар одетые по форме, да ещё и, считай, в рабочее время.
К
