и поселиться на Афоне. Стремление его к отшельничеству было так велико, что никакая сила не могла его преодолеть… Но только не судьба была праведному человеку почивать в святом месте… И что же вы думаете? Возвращавшиеся с Афона паломники утверждали, что среди монастырской братии видели своими глазами этого умершего в Одессе человека, которого многие знали в лицо… Братия передавала, что появился он среди них чудесным образом и был принят настоятелем беспрекословно и без всяких расспросов… Видно, велика была сила его молитвы и заслуги перед престолом всевышнего… А под этим памятником, говорят, пустое место…
— А почему было не разрыть могилу, чтобы проверить слухи и убедить суеверных в явной нелепости этих толков?
— Хотели сделать, но высшие духовные власти воспротивились. Теперь, конечно, не поцеремонились бы, а раньше насчет этого было очень, очень строго… Сейчас могила уже никого не интересует, и почти всё позабыто… Рассказал вам то, что слышал от старых людей…
Комментарий. Легенды такого рода объясняются двояко. Во-первых, на территории Старого кладбища наверняка были кенотафы. Во-вторых, известны случаи мнимых захоронений лиц, стремившихся избежать уголовного или иного преследования. Такие «умершие» покидали Одессу и жили по купленным документам покойников. К слову, подобная процедура продолжает практиковаться. Более подробно эта тема нами освещена в монографии «Первые кладбища Одессы» (2012).
* * *
Нам показывали могилу «вестницы смерти», о которой рассказывалось, что появление её в чьем-либо доме предвещало смерть одного из членов семьи, поэтому злополучная «вестница смерти» вела отшельнический образ жизни, изредка посещая ту или иную семью, куда приходила под видом нищенки за подаянием…
Показывали также могилу «святой», даже после смерти совершавшую чудеса исцеления.
К сожалению, нам не удалось услышать связного рассказа об этих «таинственных могилах».
Архаический некрополь в центре Одессы
Об этом кладбище ходит много слухов, поскольку его фрагменты вскрывали не в столь уж отдаленные времена, в ходе прокладки и ремонта трамвайных путей на перекрёстке Греческой и Екатерининской улиц. Разумеется, находки обрастали слухами, легендами, вплоть до свидетельств о разгуливающих по окрестным дворам «живых мертвецах». Что же это за погост?
Суть в том, что территория под первое (так называемое Старое) городское кладбище была отмежевана даже не в 1794-м, а лишь в 1795 году. Находилась она, как мы понимаем, на довольно значительном удалении от первично осваиваемых и застраиваемых мест, да ещё в условиях отсутствия сносных дорог. В монографии «Первые кладбища Одессы» (2012) я подробно останавливаюсь на всех этих обстоятельствах. По всему видно, что погребения на Старом кладбище стали производиться не сразу.
Тогда возникает вопрос, где хоронили обитателей Хаджибея, пусть и не столь многочисленных, в 1789–1793 годах и в самые первые годы существования нарождающейся Одессы, когда территория под городское кладбище ещё не была отмежёвана и, возможно, несколько позднее, когда отмежёванная земля ещё не использовалась по назначению? У нас есть на это вполне определенный ответ: захоронения в это время производились — как ни трудно поверить — как раз близ нынешнего перекрестка улиц Екатерининской и Греческой. Приводим на этот счет исчерпывающую информацию: погост этот был вскрыт в ходе земляных работ по устройству мостовых и тротуаров в 1864 году. Вот синхронные сообщения «Одесского вестника»:
«На днях, при взрытии мостовой на Екатерининской улице, близ дома Прокопеуса (сохранившийся дом под народным названием «Два Карла» — О. Г.), для настилки новой, — найдены некоторые части двух человеческих скелетов».
«Нам сообщили, что при раскопке Екатерининской ул. для устройства мостовых, на пространстве между Дерибасовской и Греческой улицами продолжают находить человеческие кости, расположенные в некотором порядке. Можно предполагать, что в этом месте было некогда кладбище; хрупкость костей указывает на давность этого времени. Замечательно, впрочем, что многие из скелетов лежат головою на запад, как христиане».
Снова о земляных работах по Екатерининской улице, меж Дерибасовской и Греческой. «Поднимают весь верхний пласт бывшего щебёночного шоссе (около 3/4 аршина), но и такой же пласт подпочвы, в которой-то именно и находят множество человеческих костей. Заметим кстати, что такие же кости были находимы и при постройке ближайших домов, что наводит на мысль о существовании здесь некогда кладбища».
«На Екатерининской ул. продолжают открывать человеческие кости; в последнее время открыто даже несколько гробов, поставленных в два яруса, одни над другими. По всем признакам, в этом месте должно было находиться христианское кладбище, т. к. находимые скелеты лежат большею частью обращёнными на запад».
«Работы по перестройке театра (…) на днях, при переделках в театре, под сценою нашли два человеческих черепа. Очевидно, что существовавшее здесь некогда кладбище тянулось от Греческой улицы до самой Театральной площади».
Вероятно, никому не покажется слишком смелым заявление о том, что место упокоения первых горожан локализовано. Кстати, ещё задолго до описанных земляных работ, в начале 1850-х годов, историк К. Н. Смольянинов прямо говорил: «На месте нынешнего дома г-на Прокопеуса, на Екатерининской улице, находилось мусульманское кладбище». Известия об этом некрополе, даже обозначенном на старинной схеме, находим и в другом любопытном издании, 1894 года: «… на площади между Екатерининской улицей, греческим базаром и Полицейской улицей находилось Мусульманское кладбище». Ретроспективная схема с обозначением татарского кладбища приведена также в современном и вполне академическом столичном издании[18]. Очевидно, этот архаический некрополь на самом деле был интернациональным, то есть здесь стали хоронить и христиан. Вместе с тем, уже с конца XVIII столетия прилегающие участки постепенно начинают застраиваться — домами того же Проко-пеуса, его соотечественников супругов Марино, первого полицмейстера Кирьякова и др. Кроме того, нельзя исключать и того, что какая-то часть захоронений может относиться к гораздо более отдалённым эпохам. Так, профессор-археолог А. О. Добролюбский предполагает, что здесь могут покоиться даже жертвы катастрофической чумной эпидемии, относящейся ко временам функционирования предшественницы Одессы, средневековой итальянской якорной стоянки Джинестры.
Ромео и Джульетта
Серия негативно окрашенных легендарных сюжетов касается и старых одесских отелей. Как правило, рассказывают о самоубийствах и убийствах. К примеру, довольно популярно трагическое предание о владельце первоклассной дореволюционной гостиницы «Большая Московская», по Дерибасовской улице, № 29.
Говорят, что этот предприниматель, желая свести счеты с жизнью, сиганул с четвертого этажа прямо на центральную улицу на глазах у почтенной публики, и желание его успешно осуществилось. Относительно причин версии расходятся: одни утверждают, что самоубийство обусловлено национализацией здания, другие — банкротством. На самом же деле ничего подобного в
