этом уверен.
И самое важное — мне нужно как можно скорее увидеть дочь. Взглянуть ей в глаза и убедиться, что она действительно моя.
Выудив из кармана телефон, я набираю начальника службу безопасности.
- Денис, слушай внимательно. Двоих людей нужно будет по указанному адресу приставить. Данные тебе скину. Ланская Юлия. Пусть следят за каждым ее передвижением. При любой попытке покинуть город — сразу сообщай мне. С ней девочка около трех лет. Нет, знать ничего не должна. Пугать ее не смейте.
Сбросив вызов, я опускаю взгляд себе на ладони, я вижу, что они трясутся. Я столько лет ждал, чтобы стать отцом, но и подумать не мог, что все случится именно так.
Глава 29
Целый вечер не нахожу себе места после разговора с Дымовым. Прошу няню побыть с дочкой, потому что не хочу, чтобы Танюшка видела, как ее мать дрожит от страха. Я сильно взвинчена после всего услышанного, но еще пытаюсь соображать, что делать дальше. Правда пока безрезультатно.
“Достойна ли я воспитывать дочь”, - проносятся вихрем в голове слова Андрея и гнев тут же ошпаривает меня, словно кипяток, с новой силой. Я хватаю в руки в телефон. Нахожу в интернете недавнюю новость и нашу фотографию с Дымовым. Ну почему же так болит сердце? Разве я заслужила эти слова? Жаль, что растерялась и не сказала ему о том же.
Мысли прерывает звучная трель. Я дергаюсь, увидев имя Андрея. Мне дурно становится, когда думаю о том, что он опять может сказать, что я недостойная мать для его дочери. Но нужно взять себя в руки. Нужна холодная голова.
- Да, - отвечаю спокойным голосом, присаживаясь на стул.
- Завтра днем я хочу увидеть дочь. Отменил все дела и встречи, ты можешь взять отгул. Место и время я скину в сообщении, - безапелляционным тоном чеканит он.
- Ты поговорил с Ариной? - спрашиваю, сильнее сжимая трубку в руках, чувствуя, как подскочил пульс.
- Причем тут Арина и моя дочь?
- Я не хочу, чтобы кто-то слил корпоративную информацию, а в этом потом обвинили меня и автоматически еще одним грехом на мне стало больше. Знаешь, Андрей, я сначала растерялась, а сейчас у меня тоже возник вопрос… А ты достоин быть отцом моей дочери? Я одна поднимала Танюшку. Без помощи, денег и связей. Одна! А когда я болела и у меня почти неделю держалась высокая температура и сил не было малышку взять на руки, ко мне человек приходил из соц поддержки...
- Ты пытаешься давить на жалость? Не советую это делать. У тебя и нашей дочери все могло бы быть с самого ее рождения, скажи ты о ней, а не скрывая. Ты сама выбрала этот путь, - резко говорит Андрей, но что-то в его голосе меняется. Чуть мягче становится на последних словах. - Я звоню не за тем, чтобы ругаться и разбираться кто прав, а кто виноват в этой ситуации. Я хочу увидеть Таню.
- И потом забрать? С этой прогулки я вернусь домой одна? Ты же понимаешь, что так нельзя... Мы не вещи, а дочь не запятая в одном из твоих контрактов!
- С этой прогулки вернетесь вместе, но если продолжишь со мной общаться в подобной ультимативной форме, то все может быть, - отвечает Андрей. - И… одна и без денег говоришь, да, Юля? Завтра я привезу тебе бумаги, после которых тебе станет очень стыдно за то, что ты все время пытаешься изворачиваться и лгать. Сколько можно? Остановись, - с пренебрежением бросает он.
Разговор глухого с немым. Мне кажется, ещё чуть-чуть и я лишусь чувств от всего, что происходит в моей жизни в последнее время.
Мне ничего не остается, как согласиться на встречу и завершить разговор, потому что нет больше сил. Отменяю на завтра все дела и беру отгул. Всю ночь не сплю и эти нервы не проходят даром. Утром у меня высокая температура и сильная слабость. Даже с кровати встать не получается. Я звоню Андрею это сообщить и он как-то странно и спокойно воспринимает эту информацию.
Я выпиваю горсть таблеток, чтобы поскорее прийти в себя и иду в спальню, оставив Танюшу опять на няню. Проваливаюсь ненадолго в забытье и мне снится сон, что Андрей пришел к нам домой. Что няня его впустила, даже его голос мерещится и прикосновения к моему лицу. А потом все звуки смолкают.
Просыпаюсь, когда комната уже погрузилась во мрак. Ворочаюсь в кровати, прислушиваясь к голосам, которые доносятся из гостиной и понимаю, что это был не сон, а Андрей действительно в моей квартире и находится сейчас с Танечкой! Но как Елена Васильевна без моего ведома впустила незнакомого человека? Что за самоуправство?
Кое-как поднимаюсь с постели и выхожу из спальни. Замираю в проходе в гостиную и смотрю, как Дымов в белоснежной рубашке с закатанными рукавами на предплечьях и серых брюках сидит на полу рядом с дочкой возле горы игрушек, которых я раньше у нас не видела, и о чем-то увлеченно ей рассказывает, водя пальцем в электронном планшете. Меня словно шаровая молния бьет в сердце, когда вижу их безмятежные и радостные лица. Голова начинает кружиться сильнее. Меня слегка ведёт в сторону и я хватаюсь за опору.
Андрей, заметив меня, поднимает голову и осматривает внимательным взглядом.
- Мамочка! - Таня тоже меня замечает и бросается ко мне. Обнимает за ноги и жмется.
Дымов наблюдает за нами, прищурив глаза.
- Смотри, сколько у меня теперь игрушек! А ещё Андрей сказал, что он мой папа и скоро заберёт нас жить в большой дом... Это правда? - щебечет дочка на своем тарабарском.
Я холодею от этих слов. Хочется сползти по стенке на пол. Дымов действительно так сказал? Неужели он и впрямь отнимет у меня дочь?
Всего лишь на секунду прикрываю глаза, а открываю их, находясь в руках Дымова и полуобморочном состоянии. От картинок, что нарисовало мое воображение трудно сделать вздох.
Андрей держит меня за талию и ведет к дивану.
- Мама, мамочка! Что с тобой? - встревоженно спрашивает Танюшка.
- Все в порядке, Таня, - отвечает за меня Андрей. - Мама немного приболела и резко встала с кровати. Попроси няню принести ей воды.
Дымов смотрит на меня с непроницаемой маской на лице.
- Зачем ты ей так сказал… Ты действительно собираешься разлучить нас с дочкой… - чуть ли не плачу я.
- И нанести ей тем самым
