— Всё в порядке. — Произнесла Эйруэн, слабо улыбнувшись. — К слову, я расширила свою швейную мастерскую, теперь там трудится триста человек и даже думаю о дальнейшем увеличении площадей. Сейчас решаю где сделать пристройку… К нам пришёл ювелир который работает с украшениями. Никогда бы не подумала, что нижнее бельё вызовет такой интерес. Правда пока не удаётся снизить цену на готовую продукцию, чтобы это стало доступно даже простым гражданам из бедных слоёв. Всё нужно делать вручную, а многие ткани просто не подходят.
— Да, известная проблема. — Задумчиво произнёс я. — Рад что тебе нравится твоё дело.
— Оно достаточно прибыльное, — довольно улыбнулась Эйруэн и вздохнула. — Пусть и работы много… Это всё.
— Понятно. — Улыбнулся я. — Я просил кое-что из архива императорской семьи. Агенты тайной стражи доставили?
— Да, агенты уже давно доставили сундуки, я их перенесла сюда. — Произнесла Валерия. — Они добавили, что это точные копии.
— Оригиналы я бы им не доверил, слишком много спрятано между строк, особенно запрещённой магии. Маги Архипелага долгое время вели исследования стыка магии крови и магии жизни, это принесло результаты ценой жизни многих сотен людей. Поэтому в своё время их школа была уничтожена, а знания изъяты. Благо они попали к магам Башен. — Задумчиво произнёс я. — Придумали же прятать запретные знания магическими чернилами между строк обычных учебников.
— Настолько всё плохо?
— Это везде такая ситуация, я могу лишь сдерживать самых безумных исследователей, которым не важна цена, а лишь результат. — Произнёс я. — Башни сейчас так же будут полностью лишаться своего имущества, особенно материалов исследований.
— Эшарион, давай отвлечёмся от магии и поговорим о воспитании… Ты же не против, если за тобой понаблюдают?
— А если по жопе? — посмотрел я на неё исподлобья.
— Женщин бить нельзя. — Веско произнесла она, нахмурившись.
— Девочек нельзя бить отцам, чтобы в будущем они не считали это нормой. Пороть к слову тоже нельзя, это может вырасти потом в странную постельную игру. Психология штука тонка. Однако, ты не девочка.
— Они просто посмотрят…
— Они? Эйруэн, они ещё не достигли возраста.
— Эшарион, если ты не подсматривал за трахающимися людьми — это был только твой выбор и желание. Нормальным считается что дети смотрят за родителями в постели, чтобы после применить этот опыт на практике. Правильное обучение серьёзно облегчает жизнь.
— Мой ответ — нет. Хватит того что у меня в семье некоторые любят подсматривать. — Произнёс я, скользнув взглядом по своим жёнам.
— Эшарион, ты не понимаешь…
— Эйруэн, мне достаточно того что я сплю с тобой. Не хочу разочароваться в себе ещё сильнее, соблазнив ещё и сестёр. Разговор на эту тему закончен.
— Значит, я… не устраиваю… — дрогнувшим голосом спросила она.
— Дело не в тебе, мне всё нравится и устраивает. Моя проблема здесь. — Постучал я по виску. — Себя не исправишь. Ты и сама неплохо меня знаешь.
— Ты не против, но… — хитро улыбнулась она, — ясно, значит тебя сдерживает тоже самое. А я и думаю, почему Эдита постоянно возмущалась что ты не даёшь себя трогать, даже когда вы были детьми.
— Просто я нормальный человек, разумеется в своём понимании. — Сухо произнёс. — Может хватит?
— Он странник, они все помнят свои прошлые жизни и живут по собственным правилам и законам. — Произнесла Талия.
На некоторое время в гостиной установилась тишина, причём я заметил, что Валерия посмотрела на Талию с некоторым осуждением, так как из всех только она касалась моей памяти. Впрочем, остальные хоть и выглядели удивлёнными, но не больше того…
— Эшарион?
— Не хотел я поднимать эту тему, но думаю дальше уже тянуть смысла нет. — Произнёс я. — Да, я переродился в этом мире, помню себя с самого дня рождения, но меня нельзя называть странником. Хуже, меня прокляли на эту жизнь.
— Ты вроде духа, которому дали второй шанс?
— Что значит прокляли?
— Эшарион, так ты старый…
— Не все сразу. — Сухо произнёс я, смотря на Эйруэн. — Я родился и жил как принц Эшарион, поэтому обмана не было. Я по-прежнему, твой сын, Эйруэн.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Признаться я давно предполагала, что ты не совсем прост, — задумчиво произнесла она, — ты думал, делал и говорил не так как было принято, причём научиться тебе было этому негде. Да и твой подход к семье… Если остальные принцы даже возмущались порой кодексу, ты воспринимал это как нормальное положение. А про традиции мой родины и слушать не хотел, целый год ты бегал от меня, пока наконец я не швырнула тебя на кровать.
— Ого… — произнесла Ноа, — а об этом ты не рассказывала.
— Не было случая. Теперь мне многое понятно. Скажи, а твой родной мир, он там за Фарнадскими Вратами?
— Нет, но он чудовищно на него похож, поэтому я знаю языки, существующие там. Артаарский практически идентичен одному из языков в том мире.
— Значит сказки, истории, а также твой подход к магии и вообще к улучшению взялся не из воздуха. — Произнесла Оранэра. — Ты всё это знал. Ты можешь сделать мир лучше.
— Нет, мир лучше мне не сделать, а от мысли привносить в него что-то новое, вроде этого... — Продемонстрировал я пистолет. — …мне пришлось отказаться. Будет только хуже.
— Расскажешь о своей прошлой жизни? — спросила баронесса.
— Ноа, ты понимаешь, он живёт вторую жизнь, он… — произнесла Аниела.
— Он всё тот же Эшарион которого мы знаем и любим. — Посмотрела на ней моя первая жена. — Разве что-то изменилось? Валерия проспала шесть тысяч лет и последний артаар в этом мире, Талия вообще побывала в пятнадцати мирах за свою долгую жизнь, её тоже можно называть странником, проживающим не первую жизнь.
— Ты всегда был загадочным Эшарион, — задумчиво произнесла Люсинэ, — теперь мы хотя бы знаем причину для этого. Расскажешь о своём прошлом?
— Этот разговор не для этого вечера. — Произнёс я. — Мы обязательно это обсудим, но в другой раз. Просто так вы не забудете этого и точно будете любопытствовать. Лучше расскажите, какие у нас дела в Драконьей долине. Что с альтами? Филлика встретилась с тоневи?
Обсуждение продолжилось, поначалу девушки были несколько рассеянными из-за полученной информации, а затем достаточно быстро вернулись к нормальному состоянию, и мы продолжили обсуждать рабочие вопросы, отдельно коснувшись стиральным машин, которые уже начали делать, пока только на нужды поместья, но вскоре хотели разместить прачечную и в городе…
Честно говоря, я был рад что этот разговор состоялся, скрывать и дальше свою "необычность" для близких людей было невозможно. Однако, их мысли я трогать не стал, пусть они спокойно обдумают эту новость… Хотя я не вижу, чтобы у них было отторжение или непринятие, но на все вопросы ответит только время.
Глава 8
Велен сидел в тёмной камере и лишь лениво поднимал руку, звеня цепью. Он продолжал делать это достаточно долго, прежде чем сумел расшевелить свою невесту.
— Может прекратишь? — слабым голосом произнесла Лилиана Фантек.
— А что ещё делать? Мы сидим в тюрьме тайной стражи, откуда выбраться практически нет шансов, если только не через плаху.
— Лучше бы я умерла. — Тихо произнесла девушка, посмотрев на свои опухшие, не до конца исцелённые пальцы. — Ты должен был меня защитить.
— Ты так и будешь обвинять меня во всём что случилось? Я бы мог убить тебя и себя, но что бы это изменило? — задумчиво посмотрел на невесту Велен и добавил. — Ничего. Нам бы это было неважно.
— Меня бы не пытали и не копались в голове.
— Поверь, если бы нас хотели пытать, они бы делали это иначе. Тебя бы точно изнасиловали и не один раз. На южных островах, где я провёл всю свою жизнь с пленниками, обращаются гораздо хуже.
— Твой отец…
— Мой отец здесь не помощник. — Покачал головой Велен. — Если я смогу выбраться и вернуться к нему, он меня примет, но навсегда запомнит, что меня пленили. Такой уж он человек. Мне больше никогда не быть его наследником.
