— Алпин? — сердито произнесла она.
— Я тоже тебя люблю, моя Софи. Ты солнце, которое озарило мою мрачную темницу. — Алпин слегка нахмурился, когда почувствовал на своей груди влажный ручеек. — Ты плачешь?
— От счастья, Алпин.
— О, а то я было подумал, что ты отбила себе зад.
Он рассмеялся, глядя на изумленное лицо Софи, подхватил ее на руки и отнес в постель.
— Вот и наступила брачная ночь. Вернее, заря, — сказала она с улыбкой, когда он опустил ее на постель и разделся.
Потом Алпин стащил в нее сорочку и лег рядом.
— С тобой, моя маленькая женушка, я, кажется, начинаю любить рассвет.
— А ты почему не спишь? — спросил Эрик Неллу, когда она уселась рядом с ним за стол в главном зале.
Горничная отрезала большущий ломоть хлеба.
— Есть хочу. Не смогу уснуть, пока не поем. — Она отрезала сыру, положила сыр на хлеб. — Думаешь, получится?
Она смотрела на заставленный блюдами стол.
— Ага, вот ты из-за чего волнуешься?
— А ты нет?
— Да, немного. Мы так долго жили с этой бедой, что мне трудно не сомневаться.
Нелла вздохнула:
— Мне тоже. Я слышала столько рассказов о печальной участи женщин из семьи Гольтов, что мне кажется — слишком уж просто все получается, хотя, чувствую, теперь может получиться.
— Думаешь, нужно произнести какие-нибудь заклинания, ну там, травы, благовония, волшебные слова?
— Да. Какой-нибудь обряд. Хотя, возможно, венчание и было таким волшебным обрядом.
— Конечно, он обладает силой. Ладно, девочка, ешь и иди спать. Силы тебе еще понадобятся.
— Да? Почему же?
— Потому что если Софи права и проклятию пришел конец, мы будем праздновать как безумные. Если нет, если она ошибается, ей понадобится утешение.
Глава 9
Алпин потянулся, налил в кружку сидра, схватил со стола пару овсяных лепешек и подошел к окну, чтобы выглянуть во двор. Впервые в жизни в его душе воцарился покой. Это было приятное чувство, и он молил Бога, чтобы оно длилось и длилось. Несомненно, этому немало поспособствовали день и ночь, проведенные в объятиях его страстной женушки. Так думал Алпин, запивая сидром овсяную лепешку и протягивая руку за следующей. Он был любим, и любовь залечивала раны, от которых он страдал всю жизнь. Впереди были новые испытания, но будущее не внушало ему такого страха, как раньше.
Прикончив третью лепешку и запив ее остатками сидра, Алпин вдруг понял, что во дворе творится странная суета. Похоже, там собрались все до единого обитатели Нохдаэда. Он изумленно ахнул, завидев Эрика и Неллу, отплясывающих какой-то сумасшедший танец. Поздновато праздновать свадьбу, подумал он, обернувшись, чтобы взглянуть на Софи. Нужно ее разбудить. Пусть посмотрит, что происходит.
Но зрелище погруженной в сон жены заставило его на минуту забыть о своем намерении, хотя из-под одеяла виднелась только ее голова. Как юна, мила и прекрасна была она во сне! Но он знал — под нежным обликом таилась сила. Густые волосы разметались по подушке, сияя золотистым ореолом в лучах утреннего солнца.
Пустая кружка выпала из его онемевшей руки, когда Алпин вдруг понял, что именно только что делал и что теперь видит. Разум с трудом соглашался верить, что он ел овсяные лепешки и пил сидр! Пища разожгла аппетит, но ему хотелось не мяса с кровью, а еще лепешек и сидра. Комнату наполнял солнечный свет. Он видел людей во дворе так ясно именно потому, что они скакали и носились при свете солнца.
— Софи, — позвал Алпин, не узнав собственного голоса, и откашлялся. — Софи! — крикнул он громче.
Но она лишь повернулась на другой бок, проворчав что-то во сне, и тогда он бросился к кровати. Стащил с жены одеяло, схватил за плечи и усадил на постели. На сей раз ее неспособность быстро просыпаться не показалась ему очаровательной. Зная, что не может ручаться за себя, глядя на ее гибкое тело, он набросил на Софи ночную сорочку. От греха подальше — не то ему снова захочется забраться под одеяло вместе с ней. Не обращая внимания на ее протесты, Алпин потащил Софи к окну.
— Посмотри и скажи, что ты там видишь, — приказал он.
Софи с трудом разлепила глаза. Алпин вел себя очень странно. Что его так взволновало? Хмурясь, она выглянула во двор. Интересно, что такого он мог там увидеть?
— Хм, я бы сказала, что в жизни не видела таких плохих танцоров, как обитатели Нохдаэда, — спросонья пробормотала она. Алпин рассмеялся. — А хуже всех танцует твой Эрик. Скачет на солнышке, словно пьяный…
Слова застряли у нее в горле.
— Боже, Алпин, над Нохдаэдом сияет солнце, — прошептала она и взглянула на мужа. — И тебе не больно? — спросила она, встревожено оглядывая Алпина.
Бессильно привалившись к стене, Алпин закрыл глаза дрожащей рукой.
— Нет. Просто я хотел, чтобы ты подтвердила, что это не сон. — Он обнял жену. — Софи, над Нохдаэдом светит солнце!
— Да, и твои люди скачут, как лягушки на раскаленном песке, — прошептала она, крепко обнимая Алпина.
Оба были потрясены и не могли поверить собственным глазам, и оба ликовали. Но минутой позже они вздрогнули от неожиданности, когда дверь спальни распахнулась настежь с такой силой, что ударилась о стену.
— Алпин, солнце снова светит! — заорал Эрик и проворчал что-то, когда Нелла на бегу врезалась в него сзади.
Горничная вышла вперед.
— Вы видите, миледи! У нас получилось! Слава Господу, получилось! Я знала, что вы правы! — Ее глаза сделались большими, когда она заметила, что Алпин стоит перед ними обнаженный. — О Боже.
Она выругалась, когда Эрик закрыл ей глаза ладонью.
— Ради всего святого, Алпин, накиньте что-нибудь, — проворчат Эрик.
Он подал хозяину одежду, и Алпин, одеваясь, не сводил подозрительных глаз с жены.
— Что получилось, Софи?
— Заставить вас выбрать миледи, а не леди Маргарет, — нашлась Нелла, оставив попытки убрать ладонь Эрика со своих глаз.
— Софи, — настаивал Алпин. — Что за заговор ты плела?
— Никакого заговора, — ответила она со вздохом. — Просто я была уверена, что нашла ключ к тайне. — Она прочитала последнюю строчку проклятия Роны. — Видишь? Отгадка была здесь, прямо у нас перед глазами.
— И ты не подумала, что нужно было рассказать мне все, что узнала?
— Не узнала, Алпин, только заподозрила. Ты должен был сам сделать выбор. Я опасалась, что, сказав тебе, повлияю на твое решение, и оно уже не будет независимым. А еще я боялась, что ошибаюсь. Было бы жестоко убедить тебя, что знаю ответ, а вскоре убедиться, что ничего не произошло.
Некоторое время Алпин рассматривал Софи, а потом схватил ее в объятия и сердечно поцеловал, прежде чем выбежать из спальни. Софи схватила его рубашку, набросила ее поверх ночной сорочки и выбежала вслед за мужем.
