Читаем без скачивания Наследники - Гарольд Роббинс

— Ну, тогда устрой нам встречу, Ники. Я буду готов к вечеру.

— Встретитесь на ужине, — Ники улыбнулся. — Она будет там.

— А ты?

Ники посмотрел ему в глаза.

— Поговори с ней наедине. Поверь мне, так будет лучше. Ведь это твоя картина, а не моя.

— Но я думал, что ты будешь продюсером.

— Я буду, — кивнул Ники. — Но я буду твоим подчиненным. И я хочу, чтобы Марилу сразу это поняла, чтобы она знала, кто здесь самый главный.

— Спасибо, Ники, — сказал Сэм. — Я ценю тебя за это.

Ники снова улыбнулся.

— Не беспокойся, Сэм, это будет успешный фильм. Вдвоем мы сделаем его.

Они пожали друг другу руки, и Ники ушел. Сэм вытянулся на кровати и тут же уснул.

Не всегда дела обстояли таким образом. Он вспомнил, как впервые прилетел в Рим. Почти четыре года назад.

Полет был ужасным. Сэм сидел в салоне второго класса между двумя итальянками, которые постоянно болтали и передавали друг другу фрукты и сласти, и проклинал скупость Роджера, который заказал ему билет. Роджер ни за что не хотел взять ему билет в первый класс, ведь полет длился не очень долго.

Он вышел из самолета в удушающую августовскую жару. Ни лимузина, ни шофера не было. Страдая от жары и духоты, он влез в такси, которое доставило его в отель «Эксельсиор».

Клерк в гостинице показал ему комнату, и Сэм чуть не упал в обморок. Комната была узкой и темной, окно выходило на задний двор.

— Это ошибка, — сказал он. — Я ведь заказывал люкс.

— Нет, синьор, — вежливо возразил клерк, показывая ему бланк заказа. — Вот что было заказано.

Сэм посмотрел на листок. Опять этот Роджер! Он мог теперь поспорить, что Роджер просто не заказал ему машину в аэропорту. Он передал листок обратно клерку.

— Мне нужен люкс!

Сэм проследовал за ним в вестибюль. Метрдотель был неумолим.

— У нас нет ни одного свободного люкса, синьор.

Сэм сделал неуловимый жест, в его руке показался уголок банкноты. Сто долларов. Помощник директора увидел это.

— Возможно, я смогу вам помочь, eccellenza,[5] — он начал листать книгу.

Сэм смотрел на него.

— Я хочу самый лучший номер, потому что мне необходимо будет проводить там очень важные встречи.

— У нас остался только королевский люкс, — сказал помощник директора. — Но он стоит очень дорого.

— Я беру.

— Хорошо, синьор. — Он повернулся к Сэму. — На сколько дней?

— На неделю, может, дней на десять.

— Вам придется заплатить за ночь вперед, синьор.

Сэм вытащил кредитную карточку.

Помощник директора покачал головой.

— Извините, синьор, мы не принимаем кредитные карточки.

Сэм вытащил из кармана чековую книжку.

— Чеки тоже не принимаем, синьор, если не было договоренности заранее.

— Надеюсь, вы принимаете дорожные чеки? — сказал Сэм с сарказмом.

Теперь ирония из голоса помощника пропала.

— Si, signore.

Сэм положил свой атташе-кейс на стойку и открыл его так, чтобы итальянец увидел ровные стопки дорожных чеков. Он вытащил один из них и захлопнул кейс. Быстро подписав чек, он протянул его итальянцу.

— Но ведь это на тысячу долларов, eccellenza, — сказал помощник директора. — Номер стоит всего лишь…

— Все нормально, — перебил его Сэм. — У меня нет чеков меньшего достоинства. — Скажете, когда надо будет заплатить еще.

— Si, eccellenza, — сказал помощник, сгибаясь в поклоне чуть ли не пополам.

Он лично сопроводил Сэма в номер, положил в карман стодолларовую бумажку, которую тот ему дал на чай, и, рассыпавшись в поклонах, пятясь, вышел из номера.

Сэм приказал, чтобы ему заполнили в гостиной бар, и прошел в спальню, где прислуга распаковывала его чемоданы. Он с удовольствием осмотрелся. Вот это было то, что надо! Роджер, конечно, лопнет от злости, когда узнает, во что это обошлось. Плевать! Роджеру еще многому надо учиться.

Сэм стал срывать с себя одежду, мокрую и потную после полета. Он прошел в душ, а когда вышел, начал звонить телефон.

И с тех пор телефон звонил не переставая. Дорожный чек в тысячу долларов прекрасно сделал свое дело, да и метрдотель тоже. Это было лучше, чем если бы про него рассказали в шестичасовых новостях.

Первый телефонный звонок был от Чарли Лонго.

Глава третья

Он вышел из душа и закутался в огромный белый махровый халат. Бутылки стояли на столе, и он налил себе изрядную порцию виски. Затем подошел к окну.

Из окна открывался вид на американское посольство и на улицу Виа Венето, которая вела в Старый город. От вида американского флага настроение у Сэма поднялось, и он молча отсалютовал ему бокалом.

Зазвонил телефон. Он снял трубку.

— Да?

— Мистер Бенджамин? Это Чарли Лонго, — сказал звонивший с бруклинским акцентом.

— Чарли Лонго? Я вас знаю?

— Нет, мистер Бенджамин, но я вас знаю. Вы американский продюсер, который приехал в Италию, чтобы найти хорошие фильмы.

— Вы неплохо информированы, — сказал Сэм. — Чем могу быть полезен?

— Вы можете дать мне работу.

— А что вы можете делать? — спросил Сэм.

— Все. Все что угодно, — ответил Чарли серьезно. — Я могу быть переводчиком, шофером, гидом, торговым агентом, секретарем, могу подбирать вам хороших девочек. У меня большой опыт, я работал два года помощником продюсера в фильме «Бен Гур», еще работал в рекламном отделе независимой компании «Чинематографика Италиана». У меня хорошие рекомендации, к тому же я честный. Я совсем не похож на тех местных парней, которые обчистят вас как липку, если не будете держать все время руки в карманах.

— Вы не итальянец?

— Я итальянец, но родился и рос в Штатах. Я вернулся в Италию перед войной вместе с родителями, мне было тогда шестнадцать лет. А когда пришли американцы, меня сразу призвали.

— Ладно, — согласился Сэм. — Приходите.

Не успел Сэм положить телефонную трубку, как в дверь позвонили, и Чарли вошел в комнату. Это был высокий худощавый мужчина с карими глазами, светлой шевелюрой и небольшой лысинкой.

Они пожали руки, при этом изучая друг друга взглядами.

— Откуда вы узнали обо мне? — поинтересовался Сэм.

— Метрдотель — родственник девушки, с которой я сейчас живу. Он позвонил мне, как только вы приехали.

— Если вы действительно такой хороший работник, то почему же у вас нет работы?

— Первыми работу получают итальянцы, — пояснил Чарли.

— Но вы ведь сказали, что вы итальянец?

— Да, — подтвердил Чарли. — Но у меня американский паспорт. Мой отец получил гражданство.

— Не знаю, что и сказать, — с сомнением проговорил Сэм.

— Почему бы вам не дать мне работу хотя бы на неделю? — спросил Чарли. — Если я вас не устрою, я не буду ничего требовать. Я беру не много, всего сорок тысяч лир в неделю.

Сэм мысленно подсчитал. Это было немного, примерно восемьдесят долларов.

— Ладно.

— Спасибо, мистер Бенджамин, — улыбнулся Чарли.

Зазвонил телефон, Чарли решительно снял трубку.

Затем последовала пулеметная речь на итальянском. Прикрыв трубку рукой, Чарли повернулся к Сэму.

— Звонит один продюсер, хочет, чтобы вы посмотрели его картину.

— Какую картину?

— Она называется «Сумасшедшая девчонка».

— А стоит ее смотреть?

— Нет, — Чарли засмеялся. — Он уже два года пытается всучить ее кому-нибудь.

— Передай ему, что меня это не интересует, — сказал Сэм.

Чарли произнес несколько слов на итальянском и положил трубку.

— Может, вы мне скажете, что вы ищете? Тогда мне будет легче вам помочь.

— Я ищу большую цветную картину: много костюмов, много действия и много голых женщин. Что-нибудь такое, что я мог бы купить здесь дешево, а потом разрекламировать в Штатах.

— О’кей, — сказал Чарли. — Теперь я понял и, может быть, сумею вам помочь. Есть у меня на примете один парень, который вложил четыреста тысяч в отличный фильм. Называется «Икар». Это, по легенде, об одном греческом мальчике, который хотел летать, как птица, но его восковые крылья растаяли на солнце. Там есть все, что вы перечислили, а продюсер будет согласен отдать вам фильм за любую сумму.

— Мне это нравится, — сказал Сэм. — Позвони ему и договорись о просмотре.

Чарли вытащил из кармана записную книжку и положил ее рядом с телефоном. Вызвав телефонистку, он продиктовал ей номер.

— Выпьешь? — спросил Сэм.

— Нет, спасибо, — Чарли похлопал себя по животу. — У меня язва.

Сэм засмеялся.

— Теперь я вижу, что ты настоящий американец.

Так это все и началось.

Сэму повезло, потому что Чарли сдержал свое слово. Им удалось купить за умеренную сумму и «Икара», и вторую серию — «Крылья Икара». Именно тогда Сэм выдал Чарли премию в тысячу долларов и повысил зарплату до двухсот долларов в неделю. Он назначил его исполнительным директором итальянской компании с небольшой конторой на Виа Венето, и Чарли не знал, как его благодарить.