К тому же было в небожительнице что-то такое до боли знакомое. Словно она напоминала ему кого-то, или будто они когда-то давно знали друг друга, а он все забыл. То, как она держала веер, как читала нудные лекции вместо наказания… Возможно, они с Лань Веньхуа действительно родственники. Если присмотреться, то, пожалуй, в их лицах даже можно найти сходные черты.
Только вот она зачем-то украла имя учителя, а самого его скрывала так тщательно, что о настоящем Лань Веньхуа никто даже не слышал, все знали только эту беловолосую богиню войны. Слишком уж подозрительная ситуация, нельзя было оставить ее без контроля.
— Если я узнаю, что ты шантажируешь учителя или как-то иначе принуждаешь быть с тобой, я тебя уничтожу, — пригрозил Шенли.
Вика от такой резкой перемены в разговоре чуть воздухом не подавилась от возмущения.
— Это ты сейчас учителя шантажируешь! К твоему сведению, Лань Веньхуа отлично устроился — он учится, занимается интересным делом, имеет доступ к огромной библиотеке, а еще проживает с человеком, которого любит больше всего на свете. Это я о себе говорю, если ты не понял. И твое появление ему только неприятности может доставить. Поэтому, если действительно желаешь ему добра, просто уходи. Не порть ему жизнь.
Шенли смерил попаданку ненавидящим взглядом, а потом вдруг и, правда, развернулся и ушел. Вика даже глазам не поверила, и некоторое время стояла на одном месте, удивленно глядя ему вслед.
У девушки даже появилась робкая надежда, что главный герой действительно внял голосу разума. Правда, эта надежда оказалась вдребезги разбита уже на следующее утро, когда Вика выглянула в окно и увидела, что Ян Шенли стоит перед ее домом на коленях. Это была такая местная фишка — подолгу стоять на коленях, если хочешь чего-то попросить или вымолить прощение. Вокруг главного героя уже собралась небольшая толпа младшеклассников, которые перешептывались и хихикали, обсуждая происходящее.
Попаданка решительно задернула шторку и сделала вид, будто ничего не видела.
Коленопреклонение
Время шло, а главный герой так и продолжал стоять на коленях. Даже любопытным небожителям надоело на него смотреть, и уже через несколько часов больше никто не являлся поглазеть на этого чудика. Сегодня был выходной, так что Вика из дома выходить не собиралась, но в окно порой поглядывала — проверяла, не ушел ли Шенли. Впрочем, упрямства полудемону было не занимать, и Система даже предложила ставки делать, на сколько его хватит. Теоретически богу войны достало бы выносливости стоять на коленях годами, а то и столетиями, но попаданка все же надеялась, что до таких крайностей не дойдет.
К вечеру Цзюань, которому стало скучно, вылез наружу и предложил немножко помучить Шенли. Этот парень ему с первого взгляда не понравился, да еще и сила лени на него слишком слабо действовала, что только добавляло неприязни. Идею он предложил на удивление безобидную, поэтому Вика согласилась, ей тоже хотелось немного поиздеваться над главным героем за все те неприятности, которые он ей доставил и продолжает доставлять.
Они передвинули стол к окну, распахнули шторки пошире, чтобы Шенли было хорошо видно, что происходит внутри, и устроили семейное чаепитие. Главный герой смотрел, как его учитель угощает сладостями кого-то другого, и невольно вспоминал детство и обучение в Безмятежном ордене. Тогда он этого не ценил, но то была самая мирная и счастливая пора в его жизни. И все благодаря Лань Веньхуа, который о нем всегда заботился.
Вика получила несколько уведомлений о том, что Шенли начислил очки отношений, и поняла, что ее план с треском провалился. Похоже мазохизм главного героя достиг уже такой стадии, что он начал получать удовольствие от наблюдения за чьей-то счастливой жизнью, пока сам стоял на коленях. Поэтому шторку она задвинула обратно, нечего этого полудемона баловать.
Ночь Шенли провел перед ее домом, и вроде бы даже позу не менял, но Вика не проверяла, она просто спала. А с утра ее разбудил стук в дверь. Она уже было обрадовалась, что бывший ученик одумался, но оказалось, это прибежал Чэн Ливей, до которого дошли слухи, будто какой-то странный тип торчит перед домом его невесты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Кто это такой, и что он тут делает?! — возмущенно воскликнул он, указывая на Шенли, который его демонстративно игнорировал.
— И ради этого ты меня поднял в такую рань? — зевнула Вика, прикрывшись веером.
Богам войны сон не нужен, но большинство небожителей в ночное время все же отдыхают. А сегодня, когда попаданка думала о том, что главный герой торчит на улице в темноте один-одинешенек, постель казалась ей особенно уютной и манящей.
— Ну, вообще я хотел поскорее отдать тебе эти конфеты, которые привез торговый партнер с одного из измерений, — слегка стушевался Ливей из-за недовольного тона и протянул ей красиво украшенную коробку.
Редкие сладости сразу подняли Вике настроение и взбодрили.
— Так что нужно здесь этому типу? — еще раз спросил Ливей уже более вежливым тоном.
— Понятия не имею, — пожала плечами девушка. — Он мне так и не сказал.
Шенли смерил ее злобным взглядом, но ничего не ответил, демонстративно уставившись на окно ее дома. Попаданку это только повеселило, и она начала громким шепотом доверительно рассказывать Ливею:
— Мне кажется, его по голове часто били, поэтому он такой странный. Видишь, он даже не на меня сморит, а на мой дом. Может, ему это здание так понравилось, что он решил на него молиться?
Скрип зубов Шенли, кажется, можно было и на соседней улице услышать, и Вике пришлось приложить немало усилий, чтобы не засмеяться в голос.
— Пусть он занимается своими странными фетишами подальше от моей невесты! — Ливей демонстративно схватился за рукоять меча.
— Я не твоя невеста, — в тысячный раз произнесла девушка.
— Официально пока нет, но как только ты закончишь младшие классы, мы можем…
Вика не стала дослушивать, достала из инвентаря яблоко и запихала его небожителю в рот, чтобы заставить его замолчать.
— Сколько раз мне нужно тебе это повторить?! — она затрясла его за шиворот. — Не собираюсь я замуж! А мы с тобой просто бизнес-партнеры!
Ливей послушно закивал и что-то замычал сквозь яблоко, а сам при этом начислил несколько десятков пунктов отношений. Попаданка недовольно цыкнула и отпустила его. Еще один мазохист на ее голову.
— А теперь иди домой и подумай о своем поведении, — велела она, и небожитель, получивший легкий дебафф на интеллект, тут же начал выполнять ее приказ, все еще держа яблоко во рту.
Шенли, ставший свидетелем этой сцены, даже не пытался скрыть злорадный смех, его изрядно повеселила подобная ситуация.
— Твой бывший учитель смотрит на тебя прямо сейчас, а ты ведешь себя так невоспитанно? Он, должно быть, ужасно расстроен, что потратил на тебя столько времени, а манерам обучить так и не смог, — Вика поспешила испортить ему малину, и полудемон тут же замолчал и принял самый праведный вид.
Следующую ночь Шенли провел, все так же стоя на том самом месте, и Вике даже как-то жалко его стало. Все чаще в голову приходила мысль, что, наверное, ноги у него ужасно болят от такой неудобной позы. А еще этот балбес не спит и не ест уже третий день из-за своей тупости. Хоть он и бог войны, и подобные мелочи его не убьют, но это не значит, что он не испытывает дискомфорт и усталость. Девушка даже подумывала покормить его чем-нибудь под предлогом, будто это учитель ему передал, но отказалась от идеи, ведь подобное могло утвердить полудемона в мысли, что он делает все правильно, и Лань Веньхуа вот-вот сдастся.
А поздно вечером третьего дня начался дождь, и теперь насквозь промокший Шенли выглядел, как несчастный бездомный щеночек. Капли воды стекали по его печальному осунувшемуся лицу, создавая впечатление, будто главный герой плачет. И Вика поняла, что это уже перебор. Она больше не может на это смотреть. Если Шенли не уходит добровольно, то она его сейчас сама вырубит и отнесет в медицинское крыло. Может, там найдутся какие-нибудь успокоительные травки, которые даже на бога войны подействуют?
