Читаем без скачивания По следам чудовища. Часть 2 (СИ) - Александр Андрейко

Тем временем, подоспела авиация, правда она была не за наших. Настырные насекомые закружили вокруг Михи, словно снежинки в буран, то и дело садясь на лицо своей негодующей жертвы. Они жутко отвлекали. Уж когда-когда, а сейчас было совершенно не до них.

Увидев, что противник оказался в невыгодном положении, фигура в чёрном сразу же ринулась вперёд. Одновременно с этим, Миха заметил, что вторая фигура начала что-то громко бормотать. Из-за жужжания, стоящего теперь в ушах, парень не мог разобрать что именно.

– Неужели читает какое-то заклинание! – мелькнула в его голове ужасная мысль.

Если так, то следовало любым способом помешать этому процессу, но как?! Первый его противник, налетел с быстротой молнии. Увернувшись от Михиного меча, запоздавшего на какое-то мгновенье из-за того, что тот отвлёкся на насекомых и вторую фигуру, «хламида» проскользнула почти вплотную и, сместившись чуть вправо, совершила быстрый выпад, целясь остриём в подмышечную впадину, не защищённую доспехом. Этим ударом, противник рассчитывал сразу же пронзить Михино сердце. Видя это, молодой воин оттолкнулся ногами вперёд, ускорив своё движение по инерции, и кубарем полетел по земле. При этом он сильно ушиб локоть и чуть не выпустил оружие, зато смертельный удар его противника прошёл мимо.

Парень быстро перекатился и молниеносно поднялся на ноги. Это был неплохой шанс.

Очевидно, вторая фигура в балахоне тоже это поняла.

– Ничтожество! Ты пропустил его! – казалось, голос из-под тёмной накидки и шипел и хрипел одновременно.

– Прошу меня простить! Я немедленно исправлю эту досадную случайность! Просто я рассчитывал, что он уже должен заснуть… – подала голос вторая фигура.

Голос говорившего показался Михе каким-то очень уж знакомым.

– Твой мозг такой же крошечный, как твоё умение сражаться! В этом шуме он вполне мог и не услышать сонную мантру, и всё равно, ты его пропустил! От тебя никакого толку! Опять всё делать самому! – вторая фигура явно была в жутком негодовании.

А потом, Миха даже понять не успел, что произошло. На краткий миг всё вокруг озарилось ярким светом. Он почувствовал, как его отбросило в сторону. Каждую мышцу, словно свело и заклинило, а разум взорвался целым снопом боли. Пролетев несколько метров, он мешком рухнул в пыль. Вокруг осыпались дымящие насекомые. В воздухе повис запах палёных волос и хитина. Это было последнее, что Миха запомнил наяву. Потом, он словно провалился в чёрный колодец. Бледное пятнышко света, на его верху, всё отдалялось и отдалялось, а потом полностью исчезло.

---------------------------------------------

Здесь внизу, стоял кромешный мрак. Ничего не было видно. Понятие «внизу» угадывалось интуитивно. Миха, словно бы кожей чувствовал, как на него давит глубина. Он не понимал, как он сюда попал, и что это за место.

Странное место. Звуки его шагов тонули во мраке, словно в вате, а дыхание было тягучим, словно приходилось дышать не воздухом, а киселём.

Миха посмотрел на свои руки и с удивлением понял, что может их видеть. И не просто видеть. Он может видеть сквозь них, причем с некоторыми подробностями. Он видел свою кровь, бегущую внутри прозрачного тела, по каждой пульсирующей жилке. Она была неоднородна и переливалась свечением. Видимые им сосуды, то вспыхивали яркими вспышками, то погружались в глубокую тьму и тогда этот участок Михиного тела становился похож на жуткий сквозной провал бесконечной черноты. С ужасом отшатнувшись в сторону, он потерял равновесие и неловко сел на землю, не понимая, что происходит.

Пол был мягким, словно матрас. Вернее даже не так. У него нельзя было нащупать чётко ощущаемой границы. Ошарашенный всеми этими невероятными открытиями, парень сидел на месте, не в силах подняться на ноги и не понимая, что происходит.

Внезапно, он почувствовал на себе чей-то взгляд. Этот взгляд пронизывал его, словно сотни тонких игл. Он был неуютный, мерзкий и хищный. В нём читалась злоба и неутолимая жажда. Это было чистое, можно сказать, даже стихийное желание, буквально кричащее намерением обратить в прах всё, что только можно, всё, до чего можно добраться, всё, на что упал этот взгляд.

На мгновенье Миха замер, словно кролик перед удавом, а потом, опомнившись, судорожно, на подгибающихся ногах, сорвался с места и опрометью ринулся прочь.

Он бежал сквозь непроглядный мрак, не чувствуя, что двигается вперёд, и вдруг со всего маха налетел на стену. Ощущение от удара об неё было таким же размытым и нечётким, как и все ощущения, которые он здесь испытывал. Не обращая внимание на боль, поднявшись, парень побежал дальше, а потом дальше и дальше: лишь бы не быть рядом с этим, пожирающим его, взглядом. Временами он снова налетал на стены или спотыкался обо что-то, но продолжал бежать. Он слышал, чувствовал, осязал, как его что-то преследует. Оно было быстрым и неотвратимым. Миха не знал есть ли у этого нечто размер и форма, но создавалось ощущение, что оно заполнило всё пространство за его спиной.

Оно приближалось. Убегать от него было так же бессмысленно, как догонять заходящее Солнце, но Миха всё равно бежал, так быстро, как мог.

Внезапно, его сознание царапнул коготок тихого голоса, вкрадчивого, словно бамбук медленно прорастающий сквозь тело.

– Отдай! Не убегай от меня! Это бесполезно! Ты принадлежишь мне! Отдай! Не убегай от меня!

Хоровод этих слов приникал внутрь головы, принуждая остановиться. Это было, словно липкая паучья сеть, словно вязкий густой клей, заполнивший окружающее пространство. Хотелось покончить с этим, расслабиться и с облегчением лечь на землю. Из последних душевных сил, парень продолжал переставлять трясущиеся ноги, упорно двигаясь вперёд. Они не слушались, просто не желали идти! Он почувствовал, как к нему протянулось что-то страшное, аморфное и приторно-успокаивающее, обещающее конец всех мучений. Во тьме слабо блеснуло что-то похожее на гигантские иглообразные когти.

- Ну уж нет! – яростно воскликнул Миха. Он не хотел сдаваться. Не сейчас… Ещё есть дела… Ещё есть…

Рванувшись что есть сил, он на последних ошмётках гаснущей воли с трудом отполз в сторону – ещё на пару шагов. Когти приближались. Казалось, что они заполонили собой всё вокруг. И тут его плечо наткнулось на что-то. Невероятно… но, кажется, это была дверь!

Парень не стал ломать голову над тем, откуда она здесь взялась и не ловушка ли это, а просто собрав все силы, которые у него ещё были и те, которых у него уже не было, открыл холодную тяжёлую створку и скрылся за нею. Захлопнув спасительную преграду, он дрожащей рукой нащупал засов и как можно быстрее задвинул его. В следующую же секунду дверь содрогнулась от страшного удара. На её поверхности, прошла волна крупной дрожи, и на мгновенье красным цветом вспыхнул какой-то рисунок. Тварь, находившаяся по ту сторону двери забилась в исступлённом бешенстве, что есть силы молотя по неожиданной преграде, помешавшей её планам и издавая жуткий, скребущий нервы, визг. Теперь в её голосе не было и намёка на сладкое спокойствие.

– Отдай! Отдай то, что моё! – бесновалось нечто, но Миха уже не слушал его. И даже не собирался.

Он остро чувствовал, как мир вокруг сотрясается от страшных ударов. Пол ходил ходуном, а двери трещали, готовые вот-вот слететь с петель.

--------------------------------------

– Ну что? Очнулся, дорогуша? – Миха услышал над собой знакомый голос. Одновременно кто-то нахально трепал его рукой за лицо.

Парень открыл глаза.

– Значит, это был сон… – ошарашено прошептал он.

– Уже бредишь? Не торопись сходить с ума, прошу тебя! Я хочу, чтобы ты был в сознании, когда мы приступим непосредственно к процессу!

Эти слова произнесла та самая фигура в чёрной хламиде, с которой Миха, ещё совсем недавно сражался. Его непонятный противник сидел над ним на корточках. Сам Миха в это время был связан по рукам и ногам. Очень плотно, надо сказать, связан: совершенно невозможно пошевелиться. Очевидно, его противники не были склонны недооценивать его силу. Внизу ощущался каменный пол, а редкие факелы выхватывали из темноты очертания каменного тоннеля.

– Что? Всё ещё не признал меня? Давай помогу! – мерзко усмехнулась тёмная фигура.

Опустив капюшон, говоривший открыл Михе своё лицо.

– Хмурый! – воскликнул парень, узнав помощника инструктора - мерзкого любителя садистских выходок. Миха невзлюбил его с первого дня своего пребывания в Мечах.

– Хмурый? Это что, я? Ну и прозвище ты мне дал… – тот удивлённо почесал затылок.

– Зачем тебе понадобились люди? Зачем тебе я? Что вообще происходит?! – крикнул ему в лицо парень, тщетно извиваясь в своих путах.

Хмурый торжествующе улыбнулся. Выдержав театральную паузу, он сотворил на своём лице картинно-будничное безразличие и изрёк: