Космоцентризм теократического государства не является плодом оторванного от жизни идеалистического религиозного сознания. Он имеет под собой объективные основания. В период перехода от присваивающей экономики к производящей, когда стали образовываться первые раннеклассовые земледельческие государства, у людей возникла необходимость в более глубоких знаниях явлений окружающей среды. Во многом для этого были воздвигнуты гигантские сооружения, позволявшие осуществлять наблюдения за различными природными стихиями, приспосабливаясь к ним или адекватно реагируя на их угрожающие последствия. Сохранившиеся до наших дней в различных частях света монументальные произведения эпохи первых государств имели в свое время практическое значение, выполняя, главным образом, функцию вспомогательных средств исследования явлений окружающей среды. Их космический символизм связан, таким образом, с вполне земными потребностями, а именно: с обеспечением новых экономических условий жизни людей. Космологические компоненты современной теократической государственности, несущие важную ценностно- смысловую нагрузку, являются наследием прошлых времен.
Переход от присваивающей экономики к производящей обусловил не только космоцентрический характер государственности раннеклассовых обществ, но и само возникновение теократических государств. На основе познанных закономерностей природных циклов в раннеземледельческих обществах были выработаны нормативные образцы и правила социальной, политической и трудовой деятельности. Они облекались в религиозно- правовую форму и выражались в виде мифов, культов, обрядов, фиксировались в форме агрокалендарей. Вся жизнь раннеклассовых государств определялась религиозно- правовой системой социального регулирования. В сельском хозяйстве, как отмечают ученые, "неукоснительное соблюдение агрокалендарей становится основой всей производственной, общественной, да и личной жизни членов раннеземледельческой общины" 6. В государственном управлении циклические природные изменения определяли особенности отправления верховной власти. Смена правителей теократических государств представлялась закономерным результатом смены власти богов, которая, в свою очередь, отождествлялась с естественными ритмами чередования времен года.
Религиозно-правовое регулирование способствовало возвышению жречества, монополизировавшего знания природного мироустройства. Жрецы стали выполнять функции поддержания социального порядка и приведения его в соответствие с циклическими изменениями природы, а храмы превратились в организационно- хозяйственные, распределительные, информационные и религиозные центры 7. Исследователи культуры майя установили, что жреческое сословие контролировало всю государственную жизнь. "Жрецы, — пишет В.И.Гуляев, — указывали время выступления военных отрядов и купеческих караванов. Они следили за сроками всех работ, в особенности земледельческих и совершали обряды, связанные с рождением, посвящением, женитьбой и смертью жителей" 8.
Процесс возникновение государства и права сложен. Он обусловливается множеством факторов, среди которых не последнее место принадлежит религиозным. Анализ теократического государства позволяет наиболее точно выявить и оценить роль религии и церкви в формировании политико- властных структур. Сам факт существования теократии предельно ясно показывает, что у государства и права имеется и духовно- нравственное, религиозное предназначение. Их должны заботить не только вопросы экономической и социально- политической жизни, но и проблемы обеспечения прав личности в области религии и утверждение в обществе этических образцов поведения, содержащихся в религиозных вероучениях.
Характерные для теократии социальные связи определяются во многом и особым отношением религиозной идеологии к историческому процессу. Теистическое видение истории телеологично. При таком взгляде направленность всемирного хода событий предзадана богом. Бог является началом и концом вселенской истории. К нему устремлено движение природного, культурно- социального и личностного универсумов. Однако достижение людьми царства божьего, с точки зрения религиозного мировоззрения, не является абсолютно гарантированным. Человек, будучи существом духовным, обладающим свободой воли, вправе определять жизненные пути самостоятельно. Его выбор может расходиться с божественным замыслом. Сопротивление всеобщему стремлению к небесному царству оказывают и действующие в материальном мире стихии хаоса и распада, которые разлагающе влияют на человека, имеющего, кроме духовной, и телесную сущность. Силы божественной гармонии и согласующееся с божественной волей поведение личности, с одной стороны, и противостоящие им стихии распада и несоответствующее божественной воле поведение личности, с другой стороны, приобретают в теократии онтологический статус добра и зла. История переживается религиозным сознанием как арена не прекращающейся во времени борьбы добра и зла. Оценка социально- экономических, политических, духовных и иных процессов не на основе их соответствия реалиям меняющейся жизни, а сквозь призму представлений об извечном противостоянии в обществе божественных и демонических сил притупляет ощущение времени, создает иллюзию внеисторичности теократии. Установившиеся в таком обществе образцы мышления и поведения, механизмы социального контроля, вследствие признаваемой за ними абсолютной значимости, сохраняются длительное время. Неизменность социальных связей, соответствующих религиозным образцам, гарантирует в теократии, с точки зрения религиозной идеологии, торжество сил добра и олицетворяет победу человека над хаосом.
Неприятие динамических процессов эмпирической действительности, обусловленных во многом, с позиции религии, проявлением в земной жизни стихий хаоса, неизбежно сопряжено с желанием утвердить новый, а точнее забытый старый, отвечающий божественной гармонии, порядок. Теократическая структура социальных связей бросает вызов привычному образу жизни людей, адекватно отвечающему внешним условиям социальной среды. Теократия пытается прервать кажущиеся ей "порочным кругом" эволюционные изменения в обществе и восстановить свои "утраченные вечные истины". Установление теократической власти, отрицающей ранее существовавшие социальные связи и институты, может сопровождаться крайним радикализмом и революционностью. Навязываемые религиозно- политической властью нормы настолько сильно расходятся с принятыми в обществе стандартами мышления и поведения, что буквально взрывают реформируемую социокультурную среду. Достаточно вспомнить глубину и масштаб последствий таких исторических событий, как реформа Эхнатона в Древнем Египте, Моисейская теократия в Израиле, "Папская революция" в Западной Европе, Шиитская революция в Иране, чтобы убедиться в кардинальности и новизне теократических преобразований.
Радикализм теократического сознания стимулируется также религиозной эсхатологией. Исход истории, познаваемый не на основе рациональных доводов, а при помощи веры, должен завершиться прекращением времени и установлением царства божьего. Теократия воспринимает "конец света" активно, направляя социальные взаимодействия на реализацию религиозно- правовых предписаний. Только в царстве божьем, в соответствии с теистической парадигмой, прекратятся несовершенства мира и найдет разрешение проблема человеческого спасения.
Как любое другое общественно-историческое событие, возникновение теократических государств имеет под собой объективные экономические, политические, социально- психологические и этнорелигиозные причины. Стечение необходимых для кардинального переустройства общества обстоятельств, соединенное с благоприятствующими тому субъективными, случайностными факторами может способствовать образованию теократических обществ в любое время. Теократия — не исторический реликт и анахронизм. Она — явление современного этапа человеческого развития и потенциальная возможность будущих структур социальных взаимодействий.
Иерархизм теократических властеотношений
Соответствующая космологическим представлениям вселенская иерархия бытия, отражается в теократическом государстве в форме отношений строгой субординации как между индивидами, так и между социальными группами: кастами, варнами, профессиональными корпорациями и т. д. Социальная стратификация обусловливает кастовость теократического общества. Религиозные догматы, закрепляя кастовый строй, обосновывают это божественной справедливостью, которая, с точки зрения религиозного сознания, заключается в исполнении представителем каждой группы долга, определяемого его социальным положением. Пирамидальная структура социальных связей являлась неотъемлемым атрибутом государств Древнего Востока, доколумбовой Америки, феодальной Европы. На принципах жесткой иерархии построена организация власти современных теократий — Саудовской Аравии, Ирана и др. Наивысшее место в иерархической структуре теократического государства принадлежит лицам, которые, с позиций религии, выполняют функции, аналогичные божественным. Верхние этажи социальной стратификации в политическом боговластии занимают его лидеры: воплощенные в людей боги, пророки, военно- религиозные вожди, духовно- политические главы государств, религиозные авторитеты.
