одна?
«Потому что этот мудак Энтони ушёл!»
— Энтони решил остаться в гостиной Когтеврана, — нахмурилась девушка. — Я уже возвращалась в Башню Старост.
«Глупо прозвучало. Как будто я перед ним оправдываюсь».
Драко тем временем осмотрел девушку.
«И зачем он так смотрит?»
«Почему он всё ещё в школьной форме? Где, интересно, он был?»
«И это вообще нормально, чтоб кому-то так шла простая школьная форма?»
«Снова оттянут галстук… Да, я, кажется, понимаю, почему по нему так умирают девочки»
«Что? Что за мысли, Гермиона? Опять!
Снова
».
«Грейнджер! Ты рехнулась? Это же Малфой! Открой глаза! Да что с тобой такое?»
«Он тебя ненавидит! И ты его тоже!»
«Но он спас меня…»
— Так и будешь здесь стоять? — с издевкой сказал Драко.
Он неторопливо пошёл в сторону Башни старост, и Гермиона молча последовала за ним. Висела неудобная тишина. Гриффиндорка не чувствовала себя в компании врага, но и другом своего спутника, уж точно, назвать не могла.
«Может, он не издевался? Может, просто я что-то делаю не так? Может, он ошибся в рецепте?»
«Что гадать? Спроси»,
— подтолкнуло сознание.
— Малфой! — негромко позвала она.
Парень остановился и посмотрел на неё. Гермиона тоже замерла на месте и, замявшись, спросила:
— Как ты готовишь своё зелье?
Что-то едва уловимое проскользнуло во взгляде слизеринца.
— А что, не получается?
— Я много раз пробовала, но как только добавляю порошок рогачника, всё превращается в чёрную кашу, — она нахмурила брови и опустила голову.
«Ну вот. Сейчас он тебе скажет, что просто издевался над тобой! Посмеётся».
«А ты останешься дурой, которая поверила врагу».
«Враг ли он?»
— До какой температуры ты разогревала котёл?
Гермиона едва заметно выдохнула от облегчения.
— До сорока градусов.
— Нужно было до тридцати восьми, — брови Драко нахмурились.
— Нет! В «Расширенном зельеварении» написано, что нужно до сорока! — заспорила Грейнджер.
— Не всё, что пишут в книгах — правильно, — Драко со вздохом закатил глаза.
«Бесит меня эта фраза. Но должна признать, что после исчерпывающих замечаний Принца-полукровки это граничит с правдой. Не всегда всё, что пишут в книгах, правильно. Но это скорее исключение, а не правило!»
— Как ты засыпала порошок рогачника?
— Просто засыпала.
Драко снова тяжело вздохнул:
— Ты совсем… Грейнджер? Его нужно было смешать с водой, а потом тонкой струйкой… — он не закончил.
«С водой? Зачем смешивать его с водой? Впервые такое слышу!»
— Я дам тебе готовое, — холодно процедил он.
Слизеринец развернулся и ускорил шаги.
«Нет! Мне нужна больше, чем одна порция! Я должна научиться варить его сама!»
Гермиона побежала за ним. Преодолев расстояние и схватив парня за рукав мантии, она выпалила:
— Нет! Покажи мне как! Я хочу научиться, — опустив глаза, Гермиона переступила с ноги на ногу. — Пожалуйста! Мне это очень нужно. Только твоё зелье мне помогло. Это… мой последний шанс. Я должна вернуться в норму как можно скорее.
«Какой кошмар! Я почти умоляю Малфоя научить меня».
«Но другого выхода нет», — гриффиндорка отчётливо ощущала раздражение и отчаяние.
Он молча посмотрел на неё, а потом начал оттягивать галстук и расстегивать первые пуговицы рубашки. Гермиона нервно сглотнула.
«Что он делает? О Мерлин! Он же не станет раздеваться?»
«У него такая бледная кожа, на ней наверно сильно выделяются царапины. Краснея и… Рехнулась? Совсем рехнулась? Прекрати так смотреть!»
Но Малфой остановился после третьей пуговицы и вытащил кулон со снадобьем.
«Грейнджер, ну почему ты одержима такими странными мыслями, когда Малфой рядом? Может, Голдстейн прав? У тебя это… недо… О ужас. Нет-нет-нет!»
— Возьми, — Драко протянул ей серебристый цилиндр. — Здесь одна порция. Завтра я дежурю с Паркинсон. После дежурства ровно в полночь приходи в ванную старост. Возьми всё необходимое, — нехотя буркнул он.
«Он поможет мне? Снова».
«Что за странное чувство?»
«И почему у меня всё так переворачивается от радости?»
«Это просто потому, что он научит тебя варить зелье? Ведь ты избавишься от этих мучений? Да?»
«Явно не потому, что он сейчас
так
смотрит на тебя».
«Какие же у него красивые глаза. Как я раньше не замечала?»
— Спасибо, — прошептала девушка.
Воздух вокруг них будто стал тяжелым. Он смотрел в её глаза, не отрываясь, и она замерла на месте с искренней улыбкой. Наверно, именно в этот момент весь её мир остановился.
«Любовь — несложная вещь, Гермиона. Твоё сердце замирает».
«…тонуть в его глазах».
«Ты не спутаешь его запах ни с каким другим»,
— пролетели в голове слова Ханны.
«Это когда вот так? Не может быть».
«Но его запах… И эти глаза. Я точно никогда не спутаю ни с чем другим».
«Господи, Гермиона, это такая глупость. Ты и Драко Малфой? Это же просто невозможно».
Они молча дошли до Башни старост и разошлись по комнатам. Гермиона, выпив снадобье, провалилась в сон.
Утро было солнечным, как и её настроение. Посмотрев на часы, девушка охнула от удивления. Старосты почти проспали завтрак. Она быстро встала и осмотрела комнату. Ханна и Падма ещё спали. И Пэнси тоже.
— Девочки! Мы почти проспали завтрак! Давайте быстрее! Встаём! — крикнула девушкам Гермиона.
— По субботам я сплю до воскресенья! — недовольно заворчала Пэнси Паркинсон со своей кровати и подняла глаза на Грейнджер.
Девушка недоуменно уставилась на гриффиндорку. Будто изучая её. Гермиона стояла в тонкой хлопковой сорочке персикового цвета на тонких бретельках.
«Что? Что она так смотрит на меня?»
Обернувшись, Гермиона посмотрела на своё отражение в зеркале возле комода.
«Чёрт! Чары красоты рассеялись! Я проспала!»
Она метнулась в ванную и, наложив заклинания оглушения, начала быстро накладывать чары.
«Я должна была проснуться раньше. Как опрометчиво!»
Выйдя из ванной, гриффиндорка осторожно посмотрела на Пэнси. Та окинула её оценивающим взглядом, но промолчала.
«Она увидела мой настоящий вид. Интересно, она кому-нибудь скажет? Может, просто не заметила?»
«Такие перемены сложно не заметить, Гермиона! Не обманывай себя».
Спустившись в гостиную, Гермиона увидела Гарри, что ждал её в кресле. Избранный сидел, уперев локти в согнутые колени.
— Доброе утро! — приветствовала Грейнджер.
— Доброе, — понуро ответил друг.
— Что случилось?
— Пошли. По дороге расскажу.
— Хорошо. Всё в порядке? — запереживала гриффиндорка.
— Да. Наверное. Ты вчера не говорила с Джинни? Ночью…
— Нет. Я после дежурства легла спать. Поссорились?
— Нет. Вроде. Слушай, я не знаю, что делать.
