— А это чё?
— Утюг.
— Оу.
Понятно, значит папа всё-таки налаживает личную жизнь. Глядишь, так и нормальным человеком снова станет.
— Слушай, мы можем поговорить? — спрашиваю я.
— Что-то случилось?
Мы усаживаемся друг напротив друга, и я начинаю рассказывать. Про остановку ботов, про Артура, про Амальгаму. Алису решаю не упоминать, конечно: не готов я с ним пока эту тему обсуждать. Отец то хмурится, то удивлённо приподнимает бровь.
— Вот как-то так, — заканчиваю я рассказ. — Думаю обратиться в охрану. Как считаешь?
Папа вздыхает и утыкается взглядом в пол.
— Даже не знаю. Мне кажется, тебя дурачат.
— Это ещё почему?
— Во всём этом нет никакого смысла. Чего Амальгама может добиться в виртуальной реальности?
— У неё должен быть какой-то план. Она может взаимодействовать через виртуальность с людьми, которые сейчас на корабле, а это уже какой-никакой шаг. К тому же, Артур, кажется, весьма серьёзен.
— Хорошо. Почему именно ты? Почему он обратился к тебе, а не к кому-то ещё?
— Ну я, типа, это… молодой гений.
— Гений, да уж. Типа, это. Знаешь, да, может быть, он тебя не дурачит. Возможно, он просто параноик. Мало ли их на свете?
— А бомба?
— Да любой хулиган мог это сделать. С точки зрения Амальгамы поступок вообще бессмысленный.
— Запугивание.
— Да уж, страшно до невозможности.
Ясно, от отца совета ждать бессмысленно. Но всё же я решаюсь на последнее слово.
— Я думаю, надо всё-таки перестраховаться. Хуже не станет.
Отец встаёт с кровати.
— Перестраховаться? Перестрахуйся. Только я уверен, что в охране тебе всё то же самое скажут.
Вот так. От отца поддержки вообще хрен дождёшься. После смерти матери он превратился в соседа, который вынужден меня обеспечивать. Я нажимаю на кнопку, и дверь открывается. Жаль, этими выдвижными дверьми нельзя хлопнуть, а то жуть как хочется.
Каюта номер два. Участок охраны. Служебные каюты отличаются от жилых маленьким элементом роскоши: дверным звонком. Я подношу палец к кнопке, но никак не решаюсь нажать. Что, если отец прав, и они просто сочтут меня паникёром или шутником?
Ладно, я должен сделать хоть что-то. Палец касается кнопки, сквозь глухую дверь еле слышно противный звон. Через несколько секунд мне открывает человек в тёмно-синей форме.
— Слушаю.
При виде меня он сразу как-то мрачнеет. На его лице отражается весь скептицизм этого мира.
На вид парню от силы лет двадцать пять. Нос, кажется, сломан, на шее красуется старый, еле заметный шрам.
— У меня есть кое-какая информация. Разрешите войти?
— Что за информация? — охранник вздыхает.
Кажется, что он сейчас заснёт.
— Можно, я всё-таки войду?
— Пф-ф-ф-ф, — вздыхает он. — Валяй.
Охранник отходит от двери и жестом указывает на стул. Внутри всё достаточно аскетично, как и в обычных каютах. Стены серые, небольшой деревянный стол посреди пустой комнаты и два стула. В стене напротив ещё одна дверь, никаких иллюминаторов. Мы с охранником садимся друг напротив друга.
— Рассказывай.
Охранник включает холодный голос и каменное лицо. От этого сразу возникает чувство, будто я обвиняемый на допросе.
— В виртуальности со мной на связь вышел человек. Он представился Артуром Авдеевым, учёным с Венеры. И он полагает, что в Homeland пробралась Амальгама.
— Шкет, ты серьёзно?
Голосом и манерой речи он больше напоминает гопника, чем стража правопорядка.
— Я не шкет. Серьёзней некуда.
— И откуда же она там взялась?
Теперь я рассказываю всю эту историю уже ему. На что охранник лишь скептически вздыхает.
— Друг, я каждый день выслушиваю всяких паникёров. У них и Амальгама пробирается в Афродиту, и обшивка корабля трескается, и астероид летит с планеты Нибиру. Ты выглядишь неглупым парнем. Познакомился с каким-то сумасшедшим и сразу побежал к нам?
— Я…
— Послушай меня. Даже если предположить, что в виртуальную реальность пробралась Амальгама — дальше-то что? Сервер Homeland там, сервера «Афродиты» здесь, на кораблях, и они никак не связаны. Кораблю ничего… — он почему-то запинается. — Ничего не угрожает. Понимаешь?
— Понимаю. Ладно, простите, что потратил ваше время.
— Ну хорошо хоть, что понял.
И всё-таки я решаю не сдаваться.
— Слушайте, но ведь можно же хоть что-то предпринять! С вас же не убудет.
Охранник снова вздыхает и некоторое время задумчиво смотрит в стену.
— Мы свяжемся с Землёй и расскажем им твою историю. У нас всё равно нет возможности рыскать по виртуалке. Окей?
Историю… Звучит так, будто я всё это выдумал.
— А что касается реального мира — не беспокойся, у нас тут всё под контролем.
— Ладно. Хорошо. Спасибо, что выслушали. Я пойду?
— Иди, иди.
Почему-то у меня такое ощущение, что нифига ничего не ладно. Но я сделал всё, что мог.
Охранник открывает дверь и выжидающе смотрит на меня. Когда я выхожу, он бросает мне:
— Не хворай.
Я оказываюсь в коридоре, и страж закона спешно закрывает за мной дверь. Вот и поговорили.
Не, я конечно, сам изначально со скепсисом ко всему этому отнёсся. Но блин, не хочу пустить всё на самотёк. Риск слишком велик. Поэтому достаю телефон и пишу Артуру.
Вадим: Артур, здравствуйте. Мы можем встретиться?
Артур Авдеев: Привет. Когда ты свободен?
Вадим: Прямо сейчас
Артур Авдеев: Хорошо. Встретимся у метро Митино, второй выход. Договорились?
Вадим: Идёт
От Мытищ до Митино по третьей кольцевой всего каких-то полчаса с одной пересадкой. Я выхожу из поезда и невольно начинаю рассматривать белый ребристый потолок. Кажется, не текстура. Неписи здесь, конечно, халтурные, но вот над
