Читаем без скачивания Наследник пепла. Книга II - М. Борзых

оставили на должности в академии, но при этом практически полностью возложили на него функцию защиты телепортов столицы.

— Вместо того, чтобы избавиться от одного геморроя, я нажил себе ещё один, — сказал на это Бутурлин, когда узнал.

Вяземский после происшествия в Коктау больше молчал. Он до сих пор сильно переживал произошедшее. Просто понимал, какая узкая грань отделяла их от настоящей катастрофы: сотня детей в браслетах, которые не могут воспользоваться магией. И легион демонов. Отличное сочетание для того, чтобы на века запечатлеться в памяти народа как палач.

К счастью, детей спасли.

В дверь постучали, и на пороге появился адъютант.

— К вам посетитель! — отрапортовал он. — Точнее, новый преподаватель.

— Пусть заходит, — с неповторимой гримасой, сочетающей презрение и принятие неизбежного, проговорил Иван Васильевич. — Кого там прислали?

Но когда вошёл новый преподаватель, сразу стало ясно, что это совсем не такой человек, которого предполагал увидеть Бутурлин.

Достаточно молодой со светлыми, слегка вьющимися волосами и пронзительным взглядом серо-голубых глаз. Худой, подтянутый, спортивный. Крой костюма — военный, но не совсем обычный.

— Здравия желаю, коллеги, — проговорил тот, сразу показывая, что он на равных с присутствующими. — Капитан Аркадий Иванович Путилин, к вам переводом из Мурманска, — он коротко кивнул и кивнул на кресло. — Разрешите?

Бутурлин только кивнул, но смотрел при этом на гостя заинтересованно. Вяземский тоже отставил чай и глядел на новенького, но с явной настороженностью.

— Не буду ходить вокруг и около, — продолжил новичок. — До встречи с вами имел неприятный разговор-инструктаж с представителями Тайного сыска. Но никто, кроме вас, этого знать не должен, — он перевёл колючий взгляд с Бутурлина на Вяземского и обратно. — Прикомандирован к вам, цитирую «слегка ограничивать полёт фантазии», так сказать. Основная специализация — «Основы концентрации и медитации», дополнительная — «Шоковые методы прорыва в рангах владения».

Иван Васильевич, слушая его, склонил голову набок.

— Соглядатая, значит, прислали. Докладывать будете…

— Я, боевой офицер, Иван Васильевич, и как никто одобряю ваши методы обучения молодёжи, — заметил Путилин, — а докладывать можно всякое, в том числе и согласованное с вами.

— Мурманск — это вотчина водников у нас, какой у вас ранг, Аркадий Иванович?

— Ярый, подошёл впритык к Боярину. Опробую на себе новые методики перехода. Стаж на тектонических разломах десять лет.

— Ну если на себе… — задумчиво проговорил Бутурлин. Что ж, в целом, я не против расширения преподавательского состава. Чувствую, с вашей второй специализацией жизнь курсантов заиграет новыми красками.

— Прежде чем подготовить программы индивидуального развития, мне необходимо ознакомиться с их личными делами. Кроме того, меня интересуют результаты вступительных тестов и психологические портреты от менталистов после ситуации в Коктау. Сломать в этом деле легче лёгкого, — он сухо улыбнулся.

— Ну что ж, у вас есть чуть больше недели на ознакомление с личными делами и подготовку методических рекомендаций перед возобновлением учебного процесса, — хмыкнул Иван Васильевич, всё еще с прищуром поглядывая на навязанного преподавателя. — Успеете ли?

— Как будто у меня есть варианты, — хмыкнул Путилин, а потом широко улыбнулся и спросил: — Но для доброго травяного взвара время всегда найдётся. Не угостите, коллеги?

Глава 7

Аграфена Петровна с самого утра мучилась мигренью. И самое поганое в этой хвори было то, что никакими путями она не хотела уходить. Не помогали ни настои, ни обезболивающие заклинания, ни артефакты, призванные устранить источник боли. Причём, мигренью полностью игнорировались, как собственное воздействие лекарки, так и прочего медицинского персонала.

И теперь Бабичева сидела и с грустью поглядывала на медицинский шкаф, в котором находилась склянка с чистым спиртом. Помочь, может, и не поможет, но легче точно станет.

Вот именно в тот момент, когда она уже собралась встать и опрокинуть полтинничек, в дверь постучали. Причём, достаточно корректно, но настойчиво.

«Не местный, — промелькнуло в голове у лекарки. — Надо бы собраться!»

Усилием воли она отодвинула мигрень на второй план, сосредоточилась и открыла дверь.

На пороге стоял незнакомый молодой человек со светлыми вьющимися волосами и серо-голубыми глазами, глядящими прямо в душу. Не фигурально, а на самом деле. Аграфена подобралась и постаралась улыбнуться.

— Здравствуйте, чем обязана?

Когда посетитель заговорил, она решила, что тот очень непрост. В любом случае, себя с ним надо было держать очень аккуратно, не болтая лишнего.

— Рад приветствовать, Аграфена Петровна — проговорил молодой человек. — Меня зовут Аркадий Иванович, фамилия — Путилин. Я — новый преподаватель боевого факультета академии. Могу я пройти?

— Конечно-конечно, — проговорила Бабичева и пригласила посетителя пройти. — Чем обязана?

— Да, собственно, особо ничем, — ответил новый преподаватель, закрывая дверь. — Вот, знакомлюсь по долгу службы со всеми коллегами в академии.

— О, это чудесно, — проговорила лекарка, понимая, что не верит ни единому слову вошедшего. — Тоже рада познакомиться. Но, кажется, вы уже знаете, как меня зовут.

— Я ознакомился с личными делами ещё до приезда сюда, — сдержанно улыбнулся Аркадий Иванович. — Люблю, знаете ли, основательный и комплексный подход.

— Понимаю, — кивнула Бабичева. — Сама сторонница подобного. Но пришли-то вы по какому-то конкретному поводу?

Путилин хотел что-то ответить сразу, но затем сделал вид, что передумал, улыбнулся и махнул рукой.

— Ничего-то от вас не скроешь, — проговорил он. — Я, конечно, думал это оставить на другой день, но раз уж пошёл такой разговор, то скажу. Моя специализация — «Основы концентрации и медитации». Это — главная, но не последняя. Есть ещё дополнительная — «Шоковые методы прорыва в рангах владения». На деле, конечно, длиннее звучит, но я сократил.

— Ого! — проговорила лекарка уважительно. — Молодым людям важно уметь повышать свой магический потенциал.

— Вот именно, — кивнул Путилин. — Но для этого я должен знать физические и магические кондиции каждого курсанта. Понятно, что обо всех сразу сказать сложно, но с кем-то вы работали больше.

— Кто конкретно вас интересует? — Аграфена Петровна сделала вид, что совершенно равнодушна, хотя внутренне уже насторожилась, так как понимала, к чему идёт дело.

— Ну вот, допустим, Виктор фон Аден, — Аркадий Иванович достал из внутреннего кармана бумагу с несколькими фамилиями и зачитал первую же. — Меня интересует, какие показатели были у него на приёме? Как показал себя на занятии? Были ли какие-то странности в его поведении?

—