Валентир уже давно перестал быть просто моим наставником, взяв полностью на себя заботу обо мне.
Все, кто обучал меня магии, манерам и наукам, делая из подростка воина и наследника одного из самых желанных титулов королевства, – все они лишь работали над тем, что открыл во мне он.
Они сделали для меня много: расширили мой кругозор, открыли передо мной новые возможности. Но ни один из них не любил меня так, как любил он.
Он объявился в моем замке спустя несколько лун после того, как стало известно о смерти отца. Весть об этом добиралась извилистыми путями – из тех, кто сопровождал лорда в очередное путешествие, осталось менее дюжины воинов. Будь среди них хотя бы один маг – их дорога была бы значительно короче и не оказалась бы столь опасной. Но маг погиб одним из первых, до последнего защищая своего господина от тварей, оказавшихся незнакомыми этому миру.
Так что родовой перстень вернулся в замок спустя почти год, после того как отец ушел в путь, из которого вернуться можно лишь с помощью некроманта.
И я остался один.
Именно так я думал до тех пор, пока мне не доложили о появлении Валентира.
Его жена тихо угасла после того, как меня забрали из крепости. Своих детей у них не было, и я стал для нее едва ли не единственной ниточкой, привязавшей ее к жизни. Сам Валентир пытался держаться, но и для него я стал тем, без кого все остальное не имело значения.
Впрочем, это чувство было взаимным. Настоящим отцом для меня всегда был только он. Пусть он и предпочитал называться теперь моим слугой.
– Я знаю. – Огонь согрел мою душу. – Но прежде чем я это сделаю, она должна привыкнуть ко мне. Ощутить, что во мне нет желания причинить ей боль. Я хочу, чтобы она сама приняла решение, почувствовав, что заставляет меня сделать ей это предложение.
Трудно сказать, хотел он со мной согласиться или у него были готовы слова, которые породили бы во мне стыд, но ответить он не успел. Громкий и нетерпеливый стук, раздавшийся в дверь большой гостиной, не дал нам закончить разговор. И все, что нам удалость, прежде чем поздний посетитель, получив разрешение, вошел в комнату, – переглянуться.
Мы оба знали, кого именно привела в мой замок ночь.
– Мой лорд. – Ньялль низко склонился, приветствуя меня.
Подобное сходило ему с рук лишь по той причине, что подобострастия, которого я не терпел в своих воинах и слугах, в этом поклоне не было.
– Я вижу, ты с хорошими вестями, – улыбнулся я, заметив, с каким трудом он сдерживает желание немедленно начать рассказ о том, с чем вернулся.
И это была великолепная возможность преподать ему еще один урок выдержки – то место, которое он не так давно занял подле меня, требовало подчас поистине безграничного терпения. Так что я сначала налил в бокал вина и подал ему, предлагая промочить горло с дороги, и лишь после того как он выпил половину, осознав, что противиться моей воле бесполезно, кивнул, разрешая говорить.
И получил в ответ то, чему обрадовался не меньше, чем его возвращению.
– Мне с чего начать: интересного, очень интересного или?..
Он имел полное право насладиться этим мгновением. И он распорядился им в полной мере – пауза, которую он сделал, осветив ее загадочной улыбкой, была идеально рассчитана. Как раз чтобы вызвать жгучий интерес, а не желание встряхнуть, торопясь узнать то, с чем он появился.
– Начни с просто интересного.
Я сделал вид, что меня не очень привлекают его новости. Но мое безразличие его нисколько не убедило.
Моя жизнь складывалась так, что внешняя бесстрастность и даже холодность стали для меня той крепостью, за которой я прятал живость своего характера и стремление к радости и веселью. Но я был лишен их, родившись от обрекшего меня на боль и терзание отца. И моя замкнутость и отстраненность были скорее защитой, чем потребностью. От тех, кто, проявив ко мне чувства, сам, не желая того, мог сделать мое существование еще более горьким.
– Как прикажет мой лорд. – Теперь он склонил лишь голову, давая мне понять, что оценил мой урок. И прося его простить за то, что его нетерпение лишило меня возможности узнать самое главное.
Судьба, словно воздавая за свою жестокость, время от времени одаривала меня встречами. С теми, кто скрашивал мое существование в этом мире. И Ньялль так же, как и Валентир со своей женой, были как раз из таких.
– Охотнику удалось найти кошку. Они находятся на Торсане.
И опять улыбка. Мол, ты же сам хотел…
Я ответил ему лишь взглядом: конечно, сам. Дозволяя ему продолжить его игру, которая, как ни странно, была приятна и мне.
– Он не воспользовался переданным вами эликсиром. Девушка сопровождает его добровольно.
Это было… как порыв наполненного влагой ветра, обещавшего долгожданный дождь после затяжного зноя. Дарило предощущение, предчувствие чего-то, во что верить я уже не смел.
Похоже, я не ошибся в том юном анимале-драконе и ему удастся вернуть в мою жизнь хотя бы подобие приключения.
– В Рексаре на них наткнулся граф д’Арве и заинтересовался диковинкой. Итог: сгоревший дом его дяди и… – Эту паузу я пережил с трудом. Пусть радуется, что у меня были хорошие наставники. – Вероятно, похищена часть бумаг из его личного архива. Таких пожеланий в адрес этой парочки вряд ли кто-то от него когда-нибудь слышал.
– Им грозит опасность?
Внимание Дамира обычно сулило большие проблемы тем, на кого оно было направлено. И я не пожелал бы такого своим самым непримиримым врагам, не говоря уже об этой парочке, всей виной которых было то, что один из них решил меня переиграть. А вторая… была кошкой, в которой я так нуждался. Она единственная надежда на будущее для моего рода.
– Охотник нанял в телохранители младшего сына повелителя, вместе с той самой троицей, которая его обычно сопровождает. Город они покинули без проблем, хотя и потянули за собой ищейку.
– Возьмешь кристаллы и…
Судя по удовлетворению на его лице, со своим желанием вмешаться я поторопился и меня ожидал еще один сюрприз.
– Их сопровождает Рауль д’Арбас.
Надеюсь, мое изумление послужило достаточной наградой для Ньялля. Да и не только мое: Валентир скинул с себя маску слуги, в которую в моем замке никто и никогда не верил, и, заметно дрожащей рукой налив вина в пустой бокал, выпил его одним глотком.
Однако заниматься рефлексией было рано. Уж больно загадочные взгляды бросал на нас юный воин. Словно намекая на то, что мы рано расслабились.
– Причина? – Рычащие нотки скользнули в мой голос вопреки моему стремлению сохранить хотя бы видимость сдержанности.
– Эта кошечка оказалась внучкой князя д’Арбаса. Азаир узнал о ее появлении, как только они вышли на земли оборотней. И если я не ошибаюсь, а это вряд ли, наследник тигров тоже решил поиграть в какую-то игру – д’Арве уже давно стоит первым номером в списке его личных врагов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
