броситься на шею Хита, но он молча расстегнул куртку влез во внутренний карман и спустя мгновение в его пальцах показалось что-то маленькое и блестящее.
— Я… — он замялся и потупил взгляд. — В общем вот, — рука со свертком вытянулась к Элли. — С днем рождения.
Она во все глаза уставилась на подарок. Он это серьезно?
— Эй, мы же договаривались: без подарка!
— Это ты договаривалась, а не я, — Хит пожал плечами. — Возьми, там ничего особенного.
Что за упрямец!
Элли нахмурилась. Медленно взяла из его рук блестящую вещь. Пальцы вдруг стали непослушными, в горле встал ком. Под пристальным взглядом она неаккуратно разорвала бумагу, и на ладони осталась плотная синяя коробочка. Элли осторожно поддела крышку Взгляду открылась тонкая серебряная цепочка с миниатюрной подвеской в виде буквы «Э».
Сердце бешено забилось, отдаваясь в ушах. Эмоции захлестнули и на секунду сдавили горло. Молчание начало затягиваться.
— Не нравится? — раздался севший голос. — Могу вернуть или обменять на что-нибудь…
Элли подняла взгляд и увидела тревогу в золотистых глазах. Не нравится? Он думает, что не нравится?!
— Да ты что! Она же просто прелесть! — она подцепила тонкое плетение и подняла, стараясь не запутать в узел. — Нужно скорее надеть.
Толстый шарф в одно мгновение улетел на заднее сиденье. Элли продела цепочку под волосы, наощупь застегнула и нашла пальцами прохладный кусочек серебра, теперь лежащий между ключиц.
— Мне нужно зеркало.
Она быстро отогнула потрепанный «козырек» над стеклом и нашла в нем свое отражение. Тонкая цепочка почти слилась с кожей и между ключиц осталась только буква, будто парящая в воздухе. Аккуратная, нежная, воздушная.
— Просто сказочно, да? — еле слышно выдохнула Элли, повернулась к Хиту и заглянула в глаза. Теперь в них плескалось неприкрытое восхищение.
— Но я по-прежнему считаю, что не стоило тратиться, — она попыталась придать голосу строгость. — Лучше бы отложил на учебу.
Но Хит только отмахнулся, на лице мелькнула теплая улыбка.
— Там уже отложена половина суммы. Успею, — и брови тут же сошлись снова: — Я купил еще вот эту… не знаю, зачем, — он снова сунул руку во внутренний карман.
На этот раз на ладони оказался запаянный прозрачный пакетик с еще одной буквой, «X».
— Глупо, наверное, — пробормотал Хит, с преувеличенным вниманием рассматривая подвеску — Ты не захочешь ее носить, а я не люблю, когда на шее что-то болтается…
Какой же он трогательный! Милый, замечательный! Просто лучший. Элли быстро сбросила куртку с плеч, подалась в сторону и рывком перебралась на мальчишеские колени, оседлав их. Хит удивленно развел руки в сторону.
— Ты что творишь?
Элли вырвала пакетик из его потрескавшихся от работы пальцев и прижалась к губам.
— Повешу две рядом, — шепнула она, запуская пальцы в растрепанные темные волосы. — Для всех будет выглядеть, как загадочное «он» Che).
И, не дожидаясь ответа, снова стала целовать приоткрывшиеся губы. Забралась ладонями сначала под куртку, потом под плотный свитер, провела пальцами по коже. Ответом ей стала заметная дрожь. На шее Хита забилась жилка. Он подхватил Элли под бедра и прижал к себе, жадно прихватил нижнюю губу, почти до боли, на грани…
В груди поднялась горячая волна и ухнула вниз живота.
Уже можно перед ним раздеться? Восьми месяцев достаточно? Он ведь лучший парень в мире! Такого больше ни у кого нет! Зачем тянуть? Не прерывая поцелуй, Элли подхватила край своей кофты и потянула вверх… И в тот же момент на ее руки легли горячие ладони и придержали.
Поцелуй резко оборвался. Хит отстранился, прикусил губу и уставился на переплетенные пальцы. Брови снова хмуро сошлись на переносице.
— Холодно, — тихо выронил он. — Ты замерзнешь.
Сердце в груди уже билось тяжелым поршнем. Что он делает?
— Добавим обогрев, — Элли с обманчивым спокойствием повела плечом и снова закрыла ему рот поцелуем.
Ненавязчиво выпутавшись из захвата, снова начала поднимать кофту и…
— Не спеши, — Хит уперся лбом в лоб и серьезно заглянул в глаза.
Можно писать пособие, как почувствовать себя идиоткой. Перед глазами поплыли цветные пятна, Элли сильно прикусила щеку изнутри.
— Ясно, — она рванулась в сторону пассажирского кресла. — Ты не хочешь.
Но на ее талии тут же сомкнулись крепкие руки и потянули назад. Хит усадил ее на колени, прижал к себе и спрятал лицо в изгибе шеи. Его сердце бешено забилось рядом с ее, а горячее дыхание опалило кожу.
— Хочу конечно, глупая, — шепнул он, и его губы пощекотали мочку уха. — Меня сейчас порвет от того, как сильно хочу. Но не здесь, — он мягко запустил пальцы под кофту и погладил поясницу. По его телу прокатилась волна крупной дрожи.
— И не так…
… «Божья коровка» Айды круто свернула вправо. Элли покачнулась на сиденье, потеряла свое отражение в боковом зеркале, но тут же снова нашла. Рука машинально легла на серебряную букву между ключиц. Айда — водитель не от бога. Если у Элли пространственный кретинизм, и она даже не пытается садиться за руль, то Айда рискнула. Бесстрашная женщина. Ее редко что-то останавливает по жизни.
Вся дорога прошла в молчании. Плюс пространственного кретинизма — нужно быть сосредоточенной и не трепаться. Наконец-то можно просто помолчать и привести мысли в порядок. Элли подцепила букву «Э» пальцами и потянула вдоль цепочки. Дошла до края плеча и потянула назад. Ткнулась лбом в стекло…
— Нет, все-таки я не могу поверить! — раздался звонкий голос Айды.
За окном проплывали улицы, здания менялись с низких на высокие, зажглись фонари. Пункт назначения совсем рядом.
— Во что? — Элли на секунду отвернулась от стекла и бросила непонимающий взгляд на подругу.
Та размахнулась и стукнула по рулю.
— Я ведь сразу сказала, что он в твоем вкусе, но чтобы настолько!
Похоже, тема бывших все-таки не раскрыта.
— Боже… — Элли устало закатила глаза. — Отпусти и забудь.
И она снова ткнулась лбом в стекло.
Айда обсасывает эту историю с того момента, как Элли позвонила ей вчера вечером и рассказала все. Почти все. В подробности одиннадцатилетней давности вдаваться так и не стала, но Айде и без того хватило впечатлений. До сих пор не отпускают.
«Божья коровка» сделала еще один поворот улица приобрела узнаваемые черты. «Чилли» близко.
— Он был хорош? — снова прилетело со стороны водителя.
Элли даже не повернулась. Тема начала надоедать.
— О чем ты?
— Мозг, внешность, секс…
— Айда… — она сжала переносицу и откинулась на спинку кресла.
Интересно, понимает ли вообще подруга, что спрашивает не о мужчине за тридцать, а о тощем патлатом пацане? Вряд ли.
— Он был просто ужасно милым парнишкой, вот и все.
— Настолько милым,
