– Я прошу прощения, милая сударыня, за столь дерзкий поступок с моей стороны, однако же, Вы должны поверить мне в том, что я не имел другого выхода. И если Вы пообещаете не созывать всеобщего внимания к нашему теплому разговору, я обещаю освободить Вас.
Девушка кивнула.
Царевич медленно опускал свои руки, но не спешил отстраняться, опасаясь, что девушка может удумать сбежать. Но девушка не сдвинулась с места. Более того, она не выглядела ни напуганной, ни удивленной.
– Что же обязало Вас к такому весьма своенравному поступку? – спокойно поинтересовалась она, глядя царевичу прямо в глаза.
– То, что я никак не мог смириться с тем, что мне неизвестно Ваше имя, о прекрасная госпожа, – улыбаясь, ответил Александр.
– Ну, для этого было вовсе необязательно опускаться до такой интриги, – дерзила царевичу девушка.
– Боюсь Вас огорчить, сударыня, но Вы совершенно ошибаетесь в своих суждениях по этому поводу. Однако я не буду утруждать Вас разъяснениями о том, что и каким образом происходит при дворе, Вы вскоре узнаете об этом и сами. Я же повторю свой вопрос – могу ли я узнать Ваше имя?
– Имею честь представиться – фрейлина великой императрицы Александры Романовой, Ольга Калиновская, – сказала девушка, приседая в изящном реверансе.
Царевич аккуратно взял руку Ольги и поднес ее к своим губам.
– Вы только что сделали величайшее правое дело, – произнес Александр.
– Какое же? – спросила Ольга.
– Теперь я смогу уснуть! – уверенно ответил Александр.
Улыбка слегка задела аккуратно очерченные губы Ольги.
– И вот она, очередная победа! Я заставил Вас улыбнуться! Сегодня госпожа Фортуна мне улыбается, – сказал царевич. – Ваша улыбка прекрасна, что за беды и горестные мысли заставляют Вас прятать ее?
Ольга, ни разу не смутившаяся от заигрываний молодого царевича, вдруг занервничала и отстранилась от него.
– Мне пора идти. Ваша маменька будет меня искать, – сказала она, вырываясь из рук Александра.
– Но постойте же! Я не хотел Вас обидеть! – кричал он ей вдогонку. – Мне нужно сказать Вам еще одно!
Ольга послушно остановилась, чем очень удивила Александра. Эта дерзкая девчонка могла быть послушной?
– Я слушаю Вас, – сказала она, не оборачиваясь.
– Это отвратительное платье Вам совершенно не к лицу, – усмехнувшись, произнес Александр.
– Прошу прощения, но другого у меня пока нет, – отвечала Ольга.
– Это хорошо. Потому что у меня оно как раз есть. Впрочем, я уверен, что Вам было бы гораздо лучше и вовсе без него, – заключил Александр.
Ольга до сих пор стояла к нему спиной, поэтому он не мог видеть, какую реакцию вызвали на ее лице эти слова.
– Между тем, – продолжал он, – подготовленное специально для Вас платье Вы сможете забрать сегодня из моих собственных покоев.
– Не думаю, что государыня Александра оценит такой поступок, – возразила Ольга.
– Я совершенно с Вами согласен в этом, моя госпожа, и именно поэтому она о Вашем ночном визите ничего не узнает. Соглашайтесь, ведь это всего лишь платье…
Ольга сорвалась с места и спешно отправилась на поиски утерянной ею Александры, не удостоив царевича ответа.
– Я буду ждать Вас сегодня! – крикнул он ей вслед.
Глава 19
Роковая неосторожность
Наступление ночи не заставило себя долго ждать. Александр нервно мерил шагами свою палату. Ольга не появлялась. Он ожидал, что она придет, но не исключал того, что она может этого не сделать. Ни одна девушка не позволяла себе ослушаться просьбы молодого царевича, неужели сегодня это впервые произойдет? Но нет, дверь в палату Александра тихонько скрипнула.
Александр обернулся. Перед ним стояла Ольга в прежнем голубом платье. Это было ему на руку.
– Я рад видеть Вас у себя в гостях, сударыня. – Александр спешно приблизился к ней и поцеловал ее нежную ручку. Ольга присела в реверансе, однако ничего не ответила.
– Я вижу, это платье у Вас действительно единственное?
– Как я и говорила Вам ранее, сударь, – ответила Ольга.
– Прошу, подойдите к кровати, на ней лежит платье, в котором Вам будет гораздо лучше.
Ольга направилась к кровати. На ней лежало действительно удивительной красоты платье. Оно было сшито из кремового атласа, а мелкая россыпь из красивых прозрачных камней на белом корсете играла всеми цветами радуги, освещаемая мягким светом от свечи.
Александр галантно отвернулся от Ольги, предоставив ей возможность переодеться. Ольга быстро скинула с себя платье, которое не нравилось и ей самой, так как оно совершенно не подходило ее глазам. Ей хотелось поскорее укутаться в эту красивую расшитую камнями нежную материю.
Ольга с легкостью надела на себя роскошное платье. Дело оставалось за малым – нужно было завязать корсет. Однако прислуги, которая обычно справлялась с этой задачей, в комнате не было. Ольга, с трудом справляясь с вырывающимися наружу из развязанного корсета своими прелестями, вышла на свет и предстала перед взглядом царевича.
Александр был совершенно очарован красотой Ольги. Это платье делало ее еще более прекрасной. Он приблизился к ней и распустил ее высокую прическу. Роскошные темные локоны упали Ольге на грудь. Голова Александра пошла кругом.
Он обошел Ольгу сзади, чтобы помочь ей завязать корсет. Однако делать этого ему не пришлось – очень скоро влюбленные оказались в постели.
Александр долго допытывался у Ольги, почему она была к нему так холодна при знакомстве, если так же, как и он, мечтала остаться с ним наедине. Но все объяснялось очень просто – Ольга давно переживала определенные семейные трудности, именно этим и была она опечалена все время. Царевич тут же взял на себя обещание поучаствовать в разрешении любых вопросов, так сильно волновавших его возлюбленную.
Александр и Ольга очень сблизились. Они любили проводить время вместе не только ночью, но и днем. Молодая пара часто гуляла в парке, а также пряталась по углам для поцелуев и прочих нежностей. При любой обстановке они не теряли возможности обменяться взглядом или каким-то иным знаком внимания. Всегда осторожный в этом вопросе царевич окончательно утратил свою бдительность.
И случилось то, что рано или поздно должно было случиться, – мать Александра узнала о происходящем между Александром и Ольгой романе. Это не могло не иметь своих последствий.
Эта связь пугала родителей Александра куда больше, чем все его предыдущие связи. Во-первых, она была излишне страстной, что и погубило ее тайное существование. Во-вторых, она была совершенно неприемлемой из государственных соображений. В крови фрейлины не было ни грамма царской. Кроме того, Ольга Калиновская исповедовала католичество. А такая «гремучая смесь» уже имела место быть под сводами Зимнего дворца – брат Николая Первого – Константин Павлович, который приходился Александру Второму отцом, взял себе в жены польскую графиню Лович.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
