взлетит. Потому что все захотят узнать: откуда у тебя такие наряды и почему они не могут получить такие же.
– Да! – подтвердила я. А еще можно будет выпустить целую коллекцию имени меня и хорошо на этом заработать. Но, наверное, принцессы так не зарабатывают? Или лично я могу каким угодно образом? Это королевская казна пополняется из налогов и прочих отчислений вроде госпошлины при ввозе товаров из-за границы. Но это не мои деньги. А вдруг я могу обзавестись своими?!
– Вот что, – заключила Ванесса, немного поразмыслив. – Покажи мне свои новые платья. А потом, если я сочту идею стоящей, мы пойдем к Корсану, он поможет с договором и объяснит нюансы.
– Отлично. Модистка как раз у меня в покоях. И парочка новых нарядов – тоже.
Ванессу нужно было видеть в этот момент. Она впервые предстала передо мной именно женщиной, а не коварной, просчитывающей все ходы наперед королевой. Как обыкновенная женщина, Ванесса рассматривала мои новые платья с блестящими от восторга глазами. Проводила по ткани руками, изучала декоративные элементы и отпускала восхищенные комплименты: «Ну надо же, какая красота! Как изящно вы обыграли привычный стиль. Это находка!»
Наконец Ванесса повернулась ко мне:
– Если это твоя задумка, то, Астелла, я горжусь тобой.
– Это придумала ее высочество Астелла, я делала все именно так, как она хотела, – тут же честно призналась модистка.
– Прекрасно, – Ванесса кивнула. – Идем к королевскому юристу. Пусть он предложит варианты.
Корсан оказался пожилым, но цепким и весьма дотошным мужчиной. Он внимательно нас выслушал и рассказал, что можно придумать. Моему восторгу не было предела, когда выяснилось, что патенты в Алдании все-таки есть. Для этого достаточно подписать специальный документ и уплатить госпошлину в казну. В нашем случае даже уплачивать ничего не нужно, потому как договор будет заключать королевская семья. Не я, конечно же, мне Ванесса не разрешила. Но согласилась подписать этот документ от своего лица. Ладно, я придумаю другой способ заработать собственные деньги. Коробит все-таки, что целиком и полностью нахожусь в финансовой зависимости от королевской семьи.
Так вот, после подписания документа всем модисткам Алдании сообщат о наличии патента и запрете на использование моих идей. Естественно, для этого нужно подробно и очень четко описать на бумаге все мои идеи. Ну а после за соблюдением закона будет следить специальная служба. Как только обнаружат нарушения, скажем, какая-нибудь модистка все-таки нарушит закон и согласится сшить наряд с использованием моих идей, ей выпишут гигантский штраф. Такой, что лучше бы и не обходила закон. А еще это платье конфискуют, даже если аристократка успеет его на себя надеть.
Меня такие условия устроили. Договорились, что через два месяца начнем выдавать разрешения проверенным модисткам, кого будем утверждать мы с Ванессой. И разрешения эти будут, конечно же, платными.
– А я что-нибудь с этого получу? – все-таки не удержалась. Ну моя же идея! И деньги, выходит, тоже мои.
Королева посмотрела на меня так, будто увидела впервые. Но, учитывая, что обычно она смотрела на свою дочь как на ничтожество, не такой уж плохой взгляд получился.
– Меня удивляет, как в последнее время ты начала задумываться о финансовых вопросах. Сначала с леди Лизанной, теперь с моделями платьев. Разве мы когда-нибудь отказывали тебе в покупке всего, что ты пожелаешь?
Я не растерялась:
– Хочу приносить пользу Алдании, я ведь принцесса. Разве не об этом мы недавно говорили? Об ответственности, о взрослении… – я, конечно, немного переврала тему разговора, но сойдет. Примерно так же, как взгляд королевы.
– Ты спросила о своих деньгах. Речи о приходе этих денег в казну не шло, – королева прищурилась.
– Да! Если что-то пойдет на мой личный счет, то я меньше буду просить у вас, а значит, буду меньше тратить из казны.
– Мы обсудим это позже.
Что ж, по крайней мере, это не твердое и безоговорочное «нет». Но сомневаюсь, что королева даже после недавних разговоров захочет дать мне немного финансовой свободы. Ведь проще управлять, если пригрозить, скажем, урезанием трат на мои нужды. А я, может, на свой замок хочу накопить. Уехать от столицы и там заняться каким-нибудь увлекательным делом. Править женщину все равно не допустят, да и не стремлюсь я к власти.
После всех обсуждений мы все-таки подписали договор. Вернее, это сделала королева под присмотром юриста. Модистка подписала дополнительное соглашение, где говорилось, что она ознакомлена с информацией и обязуется шить такие платья только для принцессы Астеллы Ярай и ни для кого больше, по крайней мере, до тех пор, пока не будет заключено иное соглашение.
Впрочем, модистка осталась довольна. Она прекрасно понимала, что благодаря этим запретам вышедшие из-под ее рук платья приобретут небывалую популярность. Ну а я уверена, что наши шедевры оценят по достоинству, невзирая на то, что в них будет появляться на публике «жалкая» принцесса, над которой все издевались. Уж вкусами аристократки не обделены. Включат мозг и поймут, что тоже такие хотят! И очень удивятся, обнаружив, что модистки отказываются выполнять их заказы.
– А что насчет моего расписания? – спросила, когда с формальностями было покончено и юрист с модисткой ушли. – Я могу добавить новые предметы и исключить старые?
– Это что еще за новость? – удивилась королева. – И что же ты хочешь поменять?
– Хочу вычеркнуть из расписания вышивание, музицирование и литературу.
Да, от литературы все-таки решила избавиться. Попросту жаль тратить время на изучение любовных романов. Если и захочу ознакомиться с достоянием местной культуры, то это совершенно точно будут не любовные романы. До них, может, потом доберусь. Как и до музицирования, когда устрою свою жизнь.
– Вместо них, – продолжала уверенно, – добавить юриспруденцию, экономику и политику. – Заметив, как вытянулось лицо королевы от потрясения, мило улыбнулась и добавила: – Все, как ты хотела. Чтобы лучше понимать наш мир, чтобы научиться влиять на него и на свою жизнь.
– Твой отец будет не в восторге, он-то растит нежный цветочек на выданье, – задумчиво заметила Ванесса.
– Но это вопрос семейный, а мы знаем, кто занимается семейными вопросами.
– Не совсем, вернее, не только семейный, но мыслишь правильно, – королева наконец ответила на мою улыбку. – Хорошо, пусть будет по-твоему. Я найду, что сказать Андару. Со следующей недели у тебя новое расписание. Но учти, если хоть один преподаватель пожалуется на то, что ты плохо занимаешься,
