силу, потенциал стать великой или ужасной. Думаю, в итоге я стала и тем, и другим. И я не думаю, что для него это имело значение.
— Ты хочешь знать, от кого мы бежим? От всех, — произнесла я как можно более угрожающе. — Мы сбежали из Ямы…
— Никто не сбегает из Ямы, — сказала Имико со скептическим видом; признаюсь, мне это понравилось.
— Мы сбежали. И военные это знают. Они не хотят, чтобы мы оставались на свободе. Особенно я.
— Потому что ты ведьма? — Она сверкнула все той же самодовольной улыбкой.
— Вот почему мы в Юне, — сказал Хардт. — Мы не можем оставаться в Террелане. Нам нужно бежать. — Я решила не упоминать, что я намеревалась однажды вернуться и превратить Терреланскую империю в пепел. Я не думала, что это разумно, учитывая, что все трое за столом были терреланцами.
Хардт перевел взгляд на меня:
— Я знаю, ты не умеешь ходить под парусом, Эска, но, думаю, я смогу устроить нас на корабль. У меня есть некоторый опыт. Может быть, мы сможем оплатить дорогу до Полазии.
— У меня есть идея получше, — сказала Имико и замолчала, чтобы сделать большой глоток пива. — Пойдемте со мной. Я вам покажу. — С этими словами девушка направилась к двери в задней части таверны. Никто из нас за ней не последовал. Когда Имико дошла до двери, она обернулась, закатила глаза и призывно махнула нам рукой.
Это ловушка. Она приведет вас к вашим врагам.
— Как ты думаешь, можем ли мы ей доверять? — спросила я Хардта.
Большой терреланец покачал головой:
— Нет. Но, кстати, я вспомнил, как однажды сказал Изену, что мы не можем доверять тебе. Похоже, я был неправ на этот счет. Возможно, я снова ошибаюсь.
Я посмотрела на Тамуру, и старик широко улыбнулся, как будто был счастлив, что его спросили:
— Трудно ловить рыбу, если тебя не подпускают близко к воде.
— Я бы хотел, старина, чтобы ты хотя бы раз сказал, что ты имеешь в виду, — ответил Хардт, разочарованно хмыкнув.
— Он имеет в виду, что доверие можно заслужить, а его трудно заслужить, не имея шанса. Во всяком случае я так думаю. — Я посмотрела на Тамуру, и он кивнул. Было много случаев, когда безумие Тамуры было выше моего понимания. Интересно, сколько мудрости я упустила из-за того, что не понимала. С другой стороны, возможно, именно понимание этой мудрости и свело Тамуру с ума в первую очередь. Если смотреть на слишком яркий свет, он ослепит.
Я встала из-за стола и пересекла комнату, направляясь к Имико прежде, чем успела решить, что это плохая идея. Хардт и Тамура последовали за мной, и я была благодарна им за это. Идти в неизвестность всегда легче, когда за спиной друзья. Имико быстро кивнула хозяину таверны, затем скрылась за дверью и поднялась по лестнице. Я медленно последовала за ней, прислушиваясь к каждому шагу на случай засады.
— О, пошли, — донесся из-за поворота лестницы голос Имико. — Мы будем сидеть здесь весь день, если ты не поторопишься. Мы всего лишь поднимемся на крышу.
Никакой засады не было, и в конце концов я вышла на солнечный свет, подняв руку, чтобы защитить глаза от яркого света. Все еще стояла зима и было очень холодно, но это не помешало свету оставаться ярким. Крыша таверны была плоской, и вокруг небольшого стола стояли два деревянных стула. С этой точки обзора я могла видеть доки и воду за ними. Прекрасное зрелище. Мне всегда нравился хороший вид. Имико ждала неподалеку, и выражение ее лица говорило о большом нетерпении. В ярком свете она выглядела такой юной, совсем девочкой.
— Вы смотрите не туда, — сказала Имико и указала на север вдоль береговой линии.
Тамура хихикнул, Хардт хмыкнул. Я потеряла дар речи.
— Вы хотите сбежать. Убраться подальше от Террелана? Это ваша лучшая ставка, а не какая-то ветхая груда бревен, пытающаяся выжить в океане. И я могу доставить вас туда. — Имико кивнула, ее улыбка показывала, насколько она довольна собой. Я могла бы рассердиться на нее за это, но я была слишком поражена. Вдалеке, мало чем отличаясь от точки на горизонте, я увидела гору, перевернутую вверх дном и летящую по небу. Прошло много лет с тех пор, как я в последний раз видела Ро'шан.
Корабли больше не имели для меня значения. Я точно знала, как мне сбежать из Террелана. В летающем городе.
Глава 11
Это был третий раз в моей жизни, когда я увидела Ро'шан, украшающий небо своим величественным видом. Первый раз это произошло, когда мне было пять лет и город пролетал над Кешином. Он редко заходил так далеко на запад, чаще всего пролетая только над восточным побережьем Иши, когда находился на орбите своего города-побратима, До'шана. Я почувствовала, как у меня кончилось дыхание, а вместе с ним и все слова. Даже сейчас, по сей день, я восхищаюсь его грациозным путешествием по небу.
Во второй раз я увидела Ро'шан, когда еще училась в академии. В Пикарре от этого начался переполох. На памяти живущих летающий город пролетал над их головами всего один раз. Там был фестиваль, празднование которого длилось три дня. В дело вмешалась даже академия. Наши обычные занятия были приостановлены, и наставники попросили нас, студентов, сделать бумажные фонарики. Во всех районах Иши всегда было принято отправлять сообщения в город, когда он пролетал мимо. Каждый фонарик представляет из себя маленький бумажный шарик с чашечкой внизу для свечи и веревочкой, к которой можно привязать письменное послание. Некоторые из воздушных шариков простые, летающие и ничего больше, в то время как другие украшены. Я решила нарисовать на своих фонариках узоры из пламени. У каждого есть шанс отправить сообщение, независимо от того, слишком ли он стар, чтобы это увидеть, слишком беден, чтобы позволить себе это, или слишком молод, чтобы обращать на это внимание. Я, должно быть, изготовила не менее двадцати фонариков и на многих других написала послания для тех, кто не смог, но сама воспользовалась только одним. Странно думать, что в то время мы воевали, а город праздновал это событие.
Я помню волнение, которое поднялось, когда упал огромный якорь, — и не только мое собственное. Чувство предвкушения охватило город, как пожар. Я стояла с Джозефом на вершине Башни хвастунов в толпе примерно из двадцати человек, и мы наблюдали, как падает якорь. Земля содрогнулась от удара. Двое из толпы упали, один чуть не перевалился через край башни.
