Не дожидаясь ответа, сбегаю под защиту Кости. Вжимаюсь в него спиной. Обнимает, продолжая болтать о чем-то с остальной компанией. Чувствую его взгляд. Тяжелый, болезненный взгляд.
— Замерзла? — растирает мои плечи Костик. — В сауну пойдем?
О, да. Мне хочется сбежать!
— Пойдем.
Крис нереальная в своем купальнике. Не могу отвести глаз. Хочется касаться ее гладкого животика… Чувствовать запах! Облизывать эти чувственные мягкие губы.
Ее глаза медленно моргают, она поглядывает на меня.
Я в купальнике и футболке. Но для нее, мне хочется снять всё!
И я стягиваю через голову футболку, кайфуя от того, как она плавится от этого моего жеста.
Присаживается ко мне на кресло.
— Детка, Аронов иногда жестит, но…
— Ой, перестань! — улыбаюсь я. — Нормальный такой Драконище. Подумаешь порычал!
— Правда? — с облегчением выдыхает она.
— Не переживай. Я люблю Аронова! Но вынуждена иногда рычать в ответ, чтобы не разлюбить.
— Нравишься ты ему. Очень. А взять не может. Поэтому такие неадекваты. Обычно он очень сдержан и вежлив.
— Утомил меня он! — честно признаюсь я. — Хочу отдыхать. Давай… немножечко с кем-нибудь другим поиграем?
— Ну, давай… — хищно ухмыляется Крис. — Может и наш Драконище одумается.
Не надо ему одумываться. Чужой мужчина, всё. Найду своего.
«Драконище» смотрит на нас с лестницы. Он еще одет, на плече спортивная сумка. Хмурится…
Черт… пока болтали с Крис, наши ноги и кисти машинально сплелись. И мужчины с дивана напротив разглядывают скольжение наших пальцев друг по другу. Смотрю им в глаза. Отводят свои, разливая очередную порцию шаманского.
— Крис, — зовет ее Олег. — Пойдем, поговорим.
Оглянувшись, Крис на мгновенье касается моих губ. И они неконтролируемо растягиваются в улыбке. Сбегает…
Крис остается в парилке, я выхожу. Жарко…
— Олег, вода ледяная! — подтягиваясь на руках на бортик, вылазит из него Ожников, стуча зубами.
— Я распорядился, чтобы помыли бассейн и сменили воду к нашему приезду. Через час нагреется.
Чеширский со смехом пытается подхватить меня за талию, чтобы заморозить, а может, чтобы погреться об меня. С писком выворачиваюсь и сбегаю, прячась от него за кожаным диваном.
— Ой, Саш… — недовольно ворчит Татьяна. — Не брызгайте тут. Я в одежде.
— Так, разденься! — рывок в мою сторону.
Капли летят на Татьяну. Рывок от него в другу сторону.
— Саша! — психует она. — Отойди!
— Да я к тебе и не подходил. Нужна ты мне!
— Хамло…
— Зануда!
Пока препирается с Татьяной, сбегаю за кресло.
— Я тебя все равно утоплю, Женька!
Убегаю по ступенькам наверх. Саня больше не преследует меня, переключившись со своими приколами на только что вышедшую из сауны Кристину.
Попалась…
— Ожников! — хохочет она, вырываясь. — Премии лишу!
Посмеиваясь, наблюдаю за ними сверху.
— Женя.
Рядом, облокачиваясь на перила, встает Равиль.
— Шампанского хочешь?
— Неа…
Разглядывает мой профиль.
Я вижу как заходит Даня. С ним Ленка, наша фитнес-девочка, Лора, Гламурный…
— Дань! — машу ему я.
Он должен был привести мне мой рюкзак, оставленный у него в машине.
С улыбкой машет в ответ, показывая рюкзак. Идет в мою сторону, но Ожников перехватывает его со штрафной. Да… Ожников у нас тот еще виночерпий!
— Твой парень? — уточняет Равиль.
— Что ты меня со всеми женишь? — улыбаюсь я.
— У женщины должен быть мужчина. Иначе…
— Иначе?
— Иначе она становится общей женщиной.
— Я похожа на общую женщину?
— Нет. Не похожа.
— Но мужчины у меня нет, Равиль.
— Значит, должен быть опекун. Отец, брат.
— Опекун… Зачем?
Мне интересно разговаривать с ним. За его словами есть какие-то основания, я хочу разглядеть это.
— Затем, что женщины слабы и доверчивы. Их нужно защищать от соблазнов, ошибок.
— А… В этом ты прав, пожалуй. Женщины такие.
— Я бы хотел защищать тебя.
— Нет смысла.
— Почему?
— В моем случае защищать нужно соблазны и ошибки. Они слабее меня, Равиль. И ими играю.
Рассматривает. Очень внимательно.
— Это… очень высокомерное заявление, Женя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— И тут опять ты прав.
— Ты можешь легко разбиться с этой «высоты».
— Да. Я хочу разбиться с этой высоты.
— Ты хочешь разбиться?
— Конечно! Это способ вскрытия. Как познать себя, если не вскрывать и не рассматривать внутренности?
— Познание — путь мужчины. Путь женщины — служить ему, — улыбается он.
— Служить… — пытаюсь распробовать эту его реальность. — Служить — это правильно! Я служу людям… скальпелем. И тебе сейчас, чувствуешь?
— Чувствую… Ты джинн, Женя. Или одержима им. Сейчас я вижу это по твоим горящим сумасшедшим глазам, — качает он головой. — Ты создана из огня.
Я читала исламскую мифологию. И во мне много от джинна…
— Ты — мусульманин?
— Да.
— Тогда, держись от меня подальше, Равиль. Потому, что ты опять прав.
— В моей культуре тебя бы пороли, Женя. Пока не сломили бы твою гордыню. И отдали в жены самому отстраненному сакалу.
— Пороли… Это интересно. Возможно, я бы позволила это кому-нибудь более мощному, чем я.
— Пороть? — округляет он глаза.
— Ломать мою гордыню, — уточняю я. — Как — это уже его выбор. Хорошая бы вышла игра! Кто такой сакал?
— Мудрец, который поднялся выше своих страстей.
— Выше своих или выше моих? — уточняю я. — Жалко сакала…
— Дитя порока… — улыбается он.
— Держи дистанцию… — подмигиваю ему, делая шаг навстречу Дане.
Мне нравится беседовать с Равилем.
Данила уводит меня в ближайшую открытую комнату. Совсем крошечная. Здесь две кровати. Кидает свою сумку на одну кровать, мой рюкзак на вторую.
Вопросительно смотрит.
— Это должно что-то значить? — напрягаюсь я.
— Ты против нашего соседства?
— Я сплю с Крис.
Это вылетает само собой, без всякого подтекста. Но кровь бросается ему в лицо.
Ах… эти юные мальчики! — начинаю посмеиваться я.
Подхватываю рюкзак.
— Жень! — перехватывает он меня. — Я катаю Крис уже год. И я не слепой. Периодически — девочки. Ты реально с ней спишь?
— Даня… А ты спроси у Крис. Ты ж еще и не немой.
— У нее я спросить не могу.
— А с чего ты взял, что можешь спрашивать это у меня?
Вырываю руку, сбегаю.
Какого черта? Какое твое дело, Данила? Дыши ровно…
Не хочу кусать его. Не хочу! Но он начинает превращаться в "Сашку" с этими своими глупыми влюбленностями. И боюсь, что этот камень тоже повиснет на моей шее.
— Жека! — подтягивает меня Саня в кружок наших «артов».
Со смехом обсуждаем все провалы Феста и кто как это разруливал. По пальцам путешествует косяк. Это тема Чеширского, и он иногда злоупотребляет, скуривая остальных. Я не пробовала…
Анж делает затяжку, хлопая своими большими ресницами.
— Прикольная…
Передает мне.
— Мхм… — кивает Костя. — Такой релакс!
Я хочу попробовать?
Да, наверное, с моими «артами» мне спокойно. И мне хочется поэкспериментировать.
Забираю из пальцев Анж косяк.
Но крепкая хватка тормозит мою руку. Олег. Его пальцы вынимаю косячок из моих.
Ну как ты здесь оказался так внезапно?!
— Ты достаточно расслабленна, нет? — чуть напряженно.
Ууу… Драконище.
Глядя мне в глаза делает затяжку сам, отдавая косяк дальше Ожникову. Пьяный… Этого почти не видно. Но я чувствую, моя голова кружится и колени становятся мягкими от его близости.
— Тебя Крис искала, — разворачивает за плечи к бассейну.
Там Крис с Брутальным.
Подхожу, обнимаю за талию.
— Ты искала меня?
— Я? — удивленно. — Ну пусть будет, да! Погуляй… — ухмыляется она Брутальному.
Тот послушно исчезает.
— Заскучала, моя девочка… — ее пальчик двигается вдоль моего купальника по бедру.
Я закусываю губу от остроты ощущений.
