интонаций и говорила она с большими паузами между предложениями.
«Эй, Мия! Что происходит?»
Извини, – уже обычный голос. — На тест всех моих систем потребовалось много ресурсов. Зато теперь могу сказать однозначно. Прокол внешней связи был удален из моей системы и резервного хранилища. Восстановлению подлежит только со внешнего носителя.
Вот же ж… У меня возникло острое ощущение, что меня кто-то дурит. И клянусь, что этот кто-то получит по наглой, электронной морде. Да, и я не имею в виду Мию.
Не то, чтобы мне прям сейчас нужен был этот протокол. В конце концов мне бы еще разобраться с новым помощником у меня в голове. Но подобная ложь наводила на весьма справедливые сомнения — а так ли все обстоит, как говорил мне этот голожопый Наставник?
Сдается мне, что именно он покопался в моем нейро-импланте и именно удалил этот протокол.
Вопрос — зачем?
Какую цель он преследовал? Не дать мне доступа к его базе? Так он мог просто не говорить о том, что база вообще существует и все.
«Мия, покажи мне еще список категорий»
Выполнено!
Я пролистал взглядом текст. Вот, нашел.
… Искин не может допускать в своем общении в оператором прямую ложь…
Вот оно. Я конечно не специалист в компьютерной логике, но написанное говорило однозначно — он не мог соврать или умолчать при заданном мною вопросе. Это жесткий, системный императив. А вот внести исправления в мой нейро-имплант вполне. Вред человеку это не несет? По-видимому, не несет.
Ну, погоди! Я до тебя доберусь!
Не надо трогать мое!
Глава 13
Все-таки каждое утро — это эмоции.
Для кого-то они хорошие, для кого-то они плохие. Вот для меня в это утро эмоции были однозначно не хорошими.
Во-первых, я банально не выспался.
Разговор с Мией зашел далеко за полночь, и я лег спать, когда горизонт начал бледнеть, предвещая рассвет. Самое плохое это, то что разговоры с ней, не принесли в общем-то никакой пользы. Я пытался ее разговорить на темы магии и ее предыдущего владельца жизни, но нет. На все вопросы мои был ответ, что в базе информации нет или разглашение информации запрещено системным императивом. Паскудство. Вроде у меня в голове кладезь информации о боевой магии древних, но… Видит око, да зуб неймёт.
Это не добавляло мне хорошего настроения.
Во-вторых, я обнаружил, что одеть в Академию в общем-то и нечего. Купленного за большие деньги костюма не было.
Он конечно был. В моей общажной квартире. Если конечно меня за пропуски в занятиях еще не отчислили. А здесь была повседневная одежда, которую я купил вчера вместо больничного одеяния. Черные широкие штаны, как я люблю, и белая длинная рубашка с широким поясом. Оно конечно хорошо. Все новенькое. Чистенькое. Но для похода в Академию это не то. Тем более я первый раз на учебу иду и хотелось бы выглядеть так, как и другие студенты. Слава богам, студенческий знак остался в этом доме. В спешке не надел два месяца назад.
Сообразил я насчет одежды, точнее отсутствия нужной, когда уже сидел в столовой за столом и уплетал горячий омлет с большим бутербродом.
Лена вошла в столовую, когда я уже пил кофе и она была уже при полном параде. Черная и короткая юбка. Белая, приталенная рубашка и черный пиджак. Как дань студенческой моде, по которой надо в одежде обозначать стихии, выделялась алая брошь на лацкане пиджака в виде розы. Красные лепестки с белоснежным обрамлением.
Ух, хороша чертовка!
Куда только делись одежды, аля косплей на кожаные доспехи, и дорогой меч. Нет, девушка однозначно взрослеет и избавляется от комплексов.
Но собственно, меня в ее виде привлекла не ее одежда, а то что над ее головой застыла надпись — «Абсолют. Ранг 2».
Ага. По-видимому, мои ночные разговоры с Мией принесли свои плоды, ибо она теперь согласилась с современной градацией магов на стихии. Еще ночью она упорно считала магов не абсолютов — ущербными. С дефектом магического ядра. А людей, лишенных магии вообще калеками.
«Сделай у дружественных объектов цвет надписи зеленый, у враждебных — красный. Все прочие — серый.»
Выполнено.
Цвет надписи на Леной сменился на травянисто-зеленый.
Славненько.
Напоминаю, что те объекты, которые ты хочешь сделать дружественными, требуют внесения образа ауры в мою базу.
Ну, да. Ну, да.
Те, кто еще не попал в поле моего зрения, когда она уже «проснулась», считались нейтральными объектами, так как она в свою базу тащила копию образа мага. Точнее копию той ауры, что состоит из рисунка магических каналов и структуры ядра. Как оказалось, они у каждого мага свои. Индивидуальные. Все равно что отпечатки пальцев на руке.
Чтобы однозначно идентифицировать личность ей была нужна аура. Без нее никак. Попытки включить Рому в зеленый список вызвали отповедь, что не могу и не буду.
Ну что ж. Буду показывать.
— Ну, что? Готова идти на учебу? — Бодро спросил я у Лены.
— Демидов, дай я поем сначала! — фыркнула она.
О как! Демидов! Ну-ну.
Ну хоть радует то, что она по крайней мере не растеряна как вчера вечером. Видимо приняла новости. Приняла и переварила в себе. Оттого и самоуверенность с ехидством.
Самоуверенность — это конечно хорошо, но все же убавим немного. Попозже. Вечерком. Слишком самоуверенный долго не живут.
Лена взяла тарелку и быстренько себе наложила большую порцию омлета. Сделала бутерброд с мясом и налила себе кофе.
На отсутствие аппетита она похоже не жалуется.
Кроме нас за столом был только неизменно мрачный Маркус, который собственно меня и будил. Иначе бы я позорно проспал первую лекцию. Остальные мужики поели до нас, а Аня осталась нежится в объятиях Морфея, как поведала Лена.
Ну, пусть спит. Ей сейчас полезно. В ее положении.
Пока я пил вторую чашку кофе, Лена доела свой завтрак и сверкая белоснежными зубками ела румяную ватрушку с творогом.
— Ну, что? Пойдем? А то опоздаем! — спросил я после того как исчез последний кусочек выпечки у нее в руках.
— Угум. Фойдем. Фто⁈ — возмутилась она, глядя на мою улыбку. А как было не улыбаться, глядя на жующую Лену с набитыми щеками.
Это не рыся. Это честное слово хомяк какой-то.
Но весьма симпатичный.
В конце-концов я не выдержал и прыснул от смеха.
— Фурак!
Я засмеялся в голос.
Она мрачно дожевала, запила остатками кофе и обиженно повторила:
— Дурак!
—
