представления проекта, он этого больше не предложил.
Я принесла директору в кабинет несколько копий ознакомительных документов, которые аккуратно оформила для раздачи руководству. Мне уже было известно, что он уезжает именно сегодня, только о моем участии в поездке он молчал, поэтому сейчас был последний шанс услышать его решение по этой теме. Мне не хотелось спрашивать самой, потому что я хоть и ждала, но жутко боялась этого разговора. В итоге ничего не было, он как обычно внимательно изучил, что я принесла, удовлетворительно кивнул и сказал, что на ближайшее время я свободна от его задач. Мне ничего не оставалось, как просто уйти, но сам факт, что он вообще ничего об этом не сказал, разозлил. Я не хотела напрашиваться, ведь это он директор и только он решает такие вопросы, однако можно было хоть как-то обозначить свое пусть и отрицательное решение. Вернувшись в свой кабинет, никак не могла принять внутри себя, что в действительности меня явно отпустил груз, который мучил в последнее время. Я была готова поехать на несколько дней, но именно в этой поездке от меня могли потребовать окончательное решение по дальнейшему переводу, которое я все еще не приняла. У меня не было сомнений, что это отличная возможность попасть в столицу, а главное я всегда к этому стремилась. Вот только сейчас, когда я могла ухватиться за этот шанс, мне внезапно стало страшно, а хуже было только то, что я не понимала, чего конкретно боюсь.
Так получилось, что я видела в окно, как директорский автомобиль выезжал с парковки завода, и неосознанно проводила его взглядом до момента, как он окончательно скрылся из вида. В этот момент я ощутила странное чувство тоски, будто меня не просто оставили, а, можно сказать, бросили. Только эти мысли моментально удалось отогнать, потому что я знала, что еще не готова вернуться в столицу, но надеялась рано или поздно найти в себе силы решиться на это. Сейчас у меня наконец-то появилось свободное время, а осознав это, я ощутила невероятное чувство радости, что даже решила поделиться им с коллегами.
— Наконец-то директор уехал! — я отошла от окна и встала в центре кабинета, весело просматривая на двух сотрудниц. — Хоть ненадолго, но свобода! — я развела руки в стороны.
— Ну и хорошо, отдохнешь, а то он загонял тебя совсем. Спасибо не оставил еще дела, пока в отъезде… — одна из коллег всегда очень за меня переживала, хотя на самом деле переживали обе, вот только вторая никогда вслух об этом не говорила.
— Ничего, оглянуться не успеешь, вернется к тебе твой директор! — шутливая фраза второй сотрудницы странно отозвалась в области груди. — Так что может тебе еще готовиться надо к его возвращению.
— А может он и не вернется уже, другого кого пришлет. — сама сказала и неожиданно расстроилась от своих же слов, но продолжила изображать неподдельную радость. — В любом случае уж недельку я от него отдохну.
Мои рабочие дни вернулись в привычное русло, но за последнее время я так привыкла к другой деятельности, что старая рутина моментально наскучила. Мне не было повода переживать, что директор не вернется обратно, потому что я точно знала обратное. Пусть это региональный завод, однако проект слишком серьезный, чтобы пустить все на самотек, а значит ему точно еще какое-то время придется контролировать грядущую деятельность. Эти мысли неизменно посещали во время работы над стратегией, ведь моя должность на деле совсем не подразумевает такую работу, у нас в принципе нет человека, чьи должностные обязанности могут включать ведение проекта. Директор естественно может, но это также не его прямая обязанность, так как в сферу его ответственности входит и без этого огромное количество дел. Когда я задумалась, почему не спросила об этом раньше, то поняла, что просто в состоянии постоянной попытки что-то успеть, раз за разом теряла эту мысль из вида. Внезапно захотелось снова ворваться в его кабинет, чтобы поделиться своими наблюдениями, но дверь была закрыта, а директор был за много километров отсюда. Понимая, что эти размышления об отсутствии директора усугубляют мое и без того унылое рабочее состояние, в среду и четверг отпрашивалась у Геннадия Юрьевича пораньше и, пользуясь теплой погодой, шла встречать Юлю с работы, уводя ее на длительные прогулки. В четверг подруга заподозрила неладное и начала интересоваться, каким образом произошли такие радикальные изменения в моем рабочем режиме. Пришлось признаться, что работа, которой меня бесцеремонно нагружал директор, оказалась слишком увлекательной, а сейчас, пока он в отъезде, мне почти нечем заняться, ведь свои основные обязанности удается разбирать за половину рабочего дня. История про мою трудовую деятельность Юлю не сильно впечатлила, зато отъезд директора сильно заинтересовал.
— Так вот оно что! Это тебе без директора скучно стало?! — Юля как обычно говорила громко и восторженно.
— Я тебе про работу, а ты мне про директора. — я держала оборону, только ведь понимала, что сейчас на заводе мне его явно не хватает.
— Ну, он же тебе нравится! Вон как глазенки загорелись. — подруга хитро сощурила глаза, а я решила не строить из себя невинность.
— Даже если нравится. Что с того? Он мой директор, да и вообще он здесь в командировке. Рано или поздно уедет в свою столицу насовсем. — я пыталась рассуждать здраво, только меня саму эти мысли не радовали.
— И что? Ты его того… убеди, что лучше тебя не найдет даже в столице, на худой конец пусть там на работу хоть устроит. — Юля всегда рассуждала так, словно все легко и просто, хотя именно в этот раз попала в точку.
— Возможно ты удивишься, но работу в столице он уже предлагал.
— Да ты что!!!?? — Юля прям закричала. — И ты молчишь?!
— Потому что я пока не согласилась! — я попыталась ее успокоить.
— Как не согласилась!? Ты же мозговитая и вообще всегда хотела там жить! — она сказала это таким осуждающим тоном, что мне действительно стало немного стыдно, причем перед собой и своими реальными мечтами.
— Хотела! — я ответила довольно резко, но потом вздохнула и продолжила немного отрешенно. — И сейчас хочу. Только там мои мозги никого не интересуют. Все будут видеть во мне лишь провинциалку, которую привели за сомнительные заслуги, а мне важно показать, что я специалист.
— Так показывай, кто тебе мешает? Будто твой директор сразу тебя на работу взять захотел, когда впервые увидел! Ну оценят, что ты красивая, чего трагедию делать из этого? — Юля даже зажгла сигарету, что говорило о ее небольшом нервном напряжении. — Где-то надо
