Читаем без скачивания Изумрудное пламя любви - Уилла Ламберт

Он притянул девушку к себе. И, слушая стук его сердца, она понемногу успокоилась. Право, смешно было так расстраиваться из-за пары клещей, если уж рискнула отправиться в джунгли, где ночью рычат ягуары.

— Дайана, ты в порядке? — Слоун приподнял ее голову и заглянул в заплаканное лицо.

— Все нормально.

— Ты уверена?

— Да! — Выплакавшись, она почувствовала себя лучше.

— Точно?

— Да.

— Вот и хорошо! — Слоун ободряюще сжал ей руку, и она чуть было вновь не расплакалась.

И вдруг перед ними возникло нечто, заставившее их отскочить друг от друга, как детей, застигнутых за недозволенной игрой. Не более чем в трех метрах от них стоял Дэн Джекос собственной персоной.

— Дайана не знала, что ты появишься здесь, — сказал Слоун. — Вообще-то ты немного опоздал.

— Надо же было убедиться, что за вами никто не следит, — объяснил Дэн.

— Ну и как?

— Да вроде все в порядке, но никогда точно не знаешь. Карлайл говорит, что-то не получается, он носом это чует. Он почти решил вновь отказать тебе, парень, несмотря даже на то, что ты имеешь на своем попечении маленькую мисс Грин. Я чуть из шкуры не вылез, чтобы убедить его в том, что слово все-таки надо держать.

— Он встретит нас здесь или где-нибудь по дороге?

— Ты имеешь в виду Карлайла?

— А кого же еще?

— Короче, Карлайл передает свои извинения, но…

— Мы же заключили сделку! — взорвался Слоун.

— Придержи коней, приятель! — Дэн поднял руку, как будто защищаясь от удара. — Он знает, что за дело у вас двоих, и готов жить с вами в мире и согласии. Однако он не желает персонального тура и послал меня представлять здесь его интересы. Так что вам придется потерпеть мое общество.

— Только помни: ни тебе, ни Карлайлу я не позволю смеяться над нами! — В голосе Слоуна прозвучала угроза.

— Единственное смешное во всем этом то, что ты думаешь, будто у Карлайла есть время лазить по джунглям с такими, как вы. — Дэн покачал головой. — Приятель, ты и твои дела неинтересны Карлайлу. Тебе повезло, что он послал с вами меня.

Слоун выразительно посмотрел на Дэна, потом на Дайану, потом опять на Дэна.

— Не вздумай распускать руки. Это для тебя плохо кончится.

— Ах, любовь! — Дэн театрально расшаркался. — Разве это не прекрасно?

— Ну, хватит! Не выходи за рамки, если хочешь целым вернуться к Карлайлу.

— А тебе лучше бы сказать своей подружке, что здесь не ходят с длинными волосами. В таком виде, как теперь, она — ходячее приглашение для всех насекомых, которые ходят, ползают, прыгают и летают.

Теперь уже втроем они медленно двинулись в джунгли. Громадный тропический лес занимал две трети территории этой страны. Он простирался от реки Мадре де Диос на юго-востоке до Путумайя на севере. Местное население, избегавшее его, называло лес «зеленым адом». Однако он был истинным раем для массы фантастически красивых бабочек, собиравшихся в целые стаи желтого, голубого, черного и золотого цвета. Орхидеи редчайшей красоты — одни без запаха, другие — благоухающие в теплом воздухе — в изобилии свисали с пальм и перуанских кедров. Было душно. Джунгли, впустившие в свой зачарованный мир маленький караван, как бы давили на путников со всех сторон, затрудняя дыхание, ошеломляя чудесами, неизвестными нигде за их пределами.

Дэн указывал то на несколько камней, скрытых густой травой, и они оказывались остатками древнего индейского торгового пути, то на каменные глыбы на другом берегу реки.

— Возможно, это все, что осталось от Уну Канча, храма, посвященного воде. Инки поклонялись рекам, ручьям, водопадам и даже дождю.

Дайана с удивлением поняла, что Дэн, так же, как и Слоун, хорошо знаком с историей этих мест и отлично ориентируется в необычной обстановке. Это было для нее неожиданным и приятным открытием, но вовсе не означало, что Дэн стал ей больше нравиться, как человек.

Ближе к полудню из-за духоты разговаривать стало трудно. За последние несколько часов уже трижды шел дождь. Дважды Дайана поспешно влезала в пластиковый макинтош, который дал ей Слоун, но в третий раз она не стала суетиться. Дождь, как оказалось, улучшал самочувствие, так как немного охлаждал тело, а одежда высыхала быстро. Дождь был особым — казалось, кто-то льет воду из гигантского ведра прямо на голову. Стоило слегка прикоснуться к нависавшим над головой листьям, как с них низвергались потоки воды.

Они остановились, когда стемнело. Дайана чувствовала себя совершенно измученной. Одежда ее насквозь промокла, все тело болело. Она с трудом проглотила немного тушенки, да и то только потому, что ее заставил Слоун.

— Надо беречь силы, — сказал он. — Здесь нельзя болеть.

Она даже не запротестовала, когда он сказал, что сам помоет посуду. С трудом добравшись до своего спальника, она с удовольствием вытянула натруженные ноги и сразу же заснула.

Когда утром ее разбудил голос Слоуна, Дайана далеко не сразу поняла, где находится.

— Дайана! Дайана!

— Мм… — Она наслаждалась теплом его руки на своем плече. Как прекрасно, что ее будят его голос и нежное прикосновение!

— Вставай, Дайана, и, пожалуйста, сохраняй спокойствие. Они вполне дружелюбно настроены и…

Кто это вполне дружелюбно настроен? Она с трудом открыла глаза. Первым, кого она увидела в зеленом полумраке джунглей, был Слоун и рядом с ним — человек пять индейцев, одетых, если то, что на них было, можно назвать одеждой, самым причудливым образом: кто в рваных штанах, кто — в набедренных повязках, кто — в шортах, и все босые. Красной и синей краски они не пожалели, раскрасив ею лица. И все были вооружены — кто ружьями, кто — копьями.

— Они не охотятся за головами, Дайана! — успокоил Дэн. — Не смотри так, словно боишься, что твою голову вдруг отделят от твоей очаровательной шеи. — Он засмеялся, а вместе с ним и индейцы.

— Кто это? — Дайана невольно потянулась за своей курткой и натянула ее на блузку, которую у нее не было сил снять вчера вечером.

— В Бразилии мы бы назвали индейцев с такими копьями тигреро — охотники на ягуаров. Там, где я живу, их тоже много. — Слоун сел позади нее. — Обрати внимание на копья. Древки крепкие, наконечники из закаленного металла, каждый примерно в двадцать сантиметров длиной с поперечиной у основания. А знаешь, для чего поперечина? Она удерживает кошку на расстоянии вытянутого копья, когда лезвие вонзается в нее. Охотникам не хочется иметь дело с когтями и клыками этих милых созданий.

— А чего они здесь хотят?

— Они охотятся на ягуара, — сообщил ей Слоун. — Говорят, на прошлой неделе он убил двух жителей их деревни, а вчера вечером — ручную обезьяну.

— Они думают, что ягуар где-то здесь?

— Они знают, что он где-то здесь. Вчера они пустили по следу собак.

— Мы бы услышали, если бы он был здесь.

— Дэн и я слышали, — возразил Слоун. — Ты же спала, как убитая. Этот ягуар очень хитрый. Он наверняка уже не раз имел дело и с собаками, и с людьми и поэтому не позволил собакам преследовать себя. Он знал, где найти болотистое место, и стал перескакивать с кочки на кочку, чтобы между ним и собаками всегда была вода. А потом перепрыгнул через небольшой ручей, вернулся немного назад, залег и убил собак, когда они появились здесь.

— Хорошо, что индейцы захватили ружья, — заметила Дайана.

— Сомнительно только, что они воспользуются ими. Для них дело чести убить ягуара копьем. Особенно теперь, когда кошек стало не так много, как раньше.

Индейцы постояли еще несколько минут, беседуя с Дэном, а затем тихо исчезли в чаще. Дэн подошел к костру, чтобы налить себе еще чашку кофе.

— Дайана, давай-ка уберем твой мешок, — поторопил Слоун. — Скоро выходить.

Только тут Дайана заметила, что мужчины уже сложили свои спальные принадлежности и поели.

— Индейцы немного напугали тебя, верно? — Дэн подошел к Дайане, когда Слоун привязывал ее спальник к седлу. — Конечно, это не такие соседи, которых ты привыкла видеть по утрам, верно? К счастью, они цивилизованные. А несколько лет назад их папаши подкрались бы ночью и сражались бы, как звери, за привилегию завладеть твоей очаровательной головкой, чтобы засушить ее.

— Черт возьми, Дэн, оставь при себе эти свои ужасные истории! — Слоун подошел к костру с парой пакетов изюма и орехов и протянул их девушке. Пока она ела и пила кофе, он ловко стриг ее охотничьим ножом.

Потеря волос больше не волновала ее — снова отрастут. Она с волнением ощущала легкие прикосновения его пальцев к затылку, шее. Ну не смешно ли — годами ждать любви и не воспользоваться тем коротким временем, которое у них еще оставалось? Она не знала раньше, что душевные страдания могут причинять почти физическую боль.

Слоун отошел от нее.

— Ну вот. — Он смотрел на свою работу с видимым удовольствием. — Совсем неплохо.